Зимний сон (СИ)

Девушка ушла, оставив его вновь наедине с кровавого цвета прудом и тяжелыми мыслями.
Усянь же думал в этот момент о том, что Цзян Чэн, конечно же, дико зол на него. Даже нет – он ненавидит его. Ведь Вэй Усянь предал свою семью. Цзян Яньли, конечно, очень расстроена его поступком, но ругать не будет. Она всегда лучше всех понимала смысл его решений. А вот Цзян Чэн… Как бы не пришел он сюда искать справедливости. В любом случае, он найдет их пристанище, рано или поздно. И Вэй Ину придётся быть готовым отвечать за свои действия. Перед А-Чэном и перед Лань Чжанем тоже.
Лань Чжань. Увидятся ли они еще хоть раз? Они изначально были далеки друг от друга, а теперь между ними и вовсе пропасть разверзлась. Даже идя по Пути тьмы, но являясь адептом ордена Юньмэн Цзян, у него были бы редкие встречи с ним. Теперь же, поселившись здесь с остатками клана Вэнь, он лишил себя не только дома и семьи, но и человека, которого любит. Любит… Так странно и непривычно осознавать это, но у него было время подумать над этими странными чувствами, что возникли неожиданно и разгорались со временем всё больше и больше. Лань Чжань понравился ему сразу, не признать это было бы ошибкой, но вот в какой момент возникла любовь? Или это и была любовь с первого взгляда?
– Что толку сейчас об этом размышлять? Да, Вэнь Нин? – обратился он к телу человека, скрытому под водами красного пруда.
Темная пещера, озаряемая лишь парой свечей, чей свет едва заметно трепещет. Тишина, нарушаемая дыханием одного человека в черных одеяниях, что без движений сидит на обломке скалы. Мрачное место.
Ужасное место.
Будь у него выбор, он отвел бы этих людей туда, где условия были бы более подходящие для жизни. Но у него нет ни выбора, ни возможности этого сделать. И сейчас, вместо того чтобы думать о чувствах, ему бы стоило поразмыслить над тем – как им жить дальше? У него нет опыта в подобных вещах, ведь почти всю свою сознательную жизнь он прожил, будучи первым учеником богатого ордена, ни в чем не нуждаясь и не заботясь о получении каких-либо материальных благ. А теперь ему нужно позаботиться не только о себе, но и о тех людях, ответственность за жизни которых он на себя возложил. Если бы не помощь Вэнь Цин, то он бы не справился. Удивительная женщина. Возможно ли, что в этом мире она сможет стать счастливой? Ей бы так подошло быть женой какому-нибудь сильному заклинателю из влиятельного клана. Красива и умна, сильна духом и предана своим близким. И да, из нее получилась бы прекрасная мать. Вэй Ин был бы несказанно счастлив, если бы Вэнь Цин устроила свою жизнь вдали от этого места.
Потерев лицо ладонями, он тяжело вздохнул и произнес:
– Да уж… кто бы мог подумать, что всё получится вот так…
В ответ ему лишь тишина, да колыхнулось пламя свечей от его резкого выдоха.
– Лань Чжань, как хорошо, что ты не видишь меня в таком состоянии. Пусть я останусь в твоей памяти, как сильный и твердый духом человек. Улыбающийся и неунывающий. Надеюсь, что ты не пострадал из-за того, что пропустил нас на тропе Цюнци… Очень на это надеюсь. Ты и так спутался со мной… Не хочу, чтобы тебе причиняли боль.
При мысли о Ванцзи заныло сердце, сжалось болезненно.
Оказаться бы сейчас в его объятиях, что так нежны, что так надежны…
– Хватит! – воскликнул Вэй Ин, вскакивая с камня и обращаясь к самому себе, – Не думать! Не надо думать об этом… Только хуже себе сделаю…
 Присел обратно, сжался весь. Спрятал в ладонях лицо, будто спрятался от всего мира и от своих мыслей… от своей тоски.
– Я лишь надеюсь, что с тобой всё хорошо… – прошептал темный тихонечко, – очень на это надеюсь.
Не считая того, что Лань Ванцзи принял на себя почти весь удар относительно поднявшегося скандала, вызванного действиями Вэй Усяня, в остальном с ним всё было нормально. Все заклинатели выливали свой гнев на него и Цзян Чэна, считая их самыми приближенными людьми к Вэй Ину. В этом они, конечно же, не ошиблись – для него эти двое и А-Ли, действительно, были самыми близкими людьми. Никто не желал слушать, что люди из клана Вэнь, которых Вэй Усянь увёл с собой, были не причастны к войне и никого не убили. Сам факт того, что Вэй Ин посмел пойти против других кланов, да еще и убил охранников клана Ланьлин Цзинь, что присматривали за пленными, стал решающим для вынесения вины и начала тотального преследования. Никто не прислушался к тому, что Усянь не стал бы без причины кого-либо убивать. Никто не стал ни проводить расследования, ни выяснять подробностей инцидента. Он освободил пленных, убил адептов чужого клана и скрылся в неизвестном направлении.
  
Его объявили чистым злом, призывая уничтожить.
Ванцзи и Цзян Чэну стоило неимоверных усилий, чтобы утихомирить глав других кланов. В этом им, неожиданно, помог Цзинь Цзысюань. Он уговорил своего отца, главу клана Ланьлин Цзинь, Цзинь Гуаншаня, не торопиться с выводами и подождать, пока Вэй Усянь объявится и объяснится. Цзысюань мотивировал свои слова тем, что тоже считает – Вэй Усянь не стал бы убивать просто так людей, следовательно, охранники действительно издевались над пленными, и это могло стать единственной причиной для таких его радикальных методов. Если бы он хотел просто убить, то убил бы всех присутствующих там охранников, а пострадали всего трое, которые, как он слышал, всегда отличались особой жесткостью к военнопленным.
Конечно же, он это сделал ради Цзян Яньли, к которой всё больше и больше питал нежные чувства и собирался восстановить их помолвку и жениться на ней. Если он сейчас восстанет против горячо любимого ею младшего брата, а Яньли считает Вэй Ина именно младшим братом, то не видать ему этой девушки в женах. Чего он крайне не хочет.
Постепенно главы кланов угомонились и перестали кричать на каждом углу, что Вэй Усяня нужно уничтожить, но отношения к нему это не изменило.
Как же быстро были забыты его заслуги во время уничтожения ордена Цишань Вэнь.
Один неверный шаг, неверный для других, но не для него, и все достижения обнулились.
Один такой шаг и вместо героя он стал злодеем. Ужасным темным заклинателем, что пошел против всех. Само его существование осуждалось, избранный путь порицался, а действия, совершенные во время войны, начали подаваться в ином свете – не как победы над врагом, а как убийство множества людей при помощи темной магии, совершенные с особой жестокостью.
В большом поселке у подножия гор Илин также блуждали подобные слухи и сплетни. Доходили они и до Вэй Усяня. Вот только он сам всё так же не считал, что был не прав. Перед ним был жестокий враг, безжалостно уничтожавший людей, так почему он должен был с ними церемониться? Жалеть тех, кто в одночасье истребил весь твой клан? Убил родных и близких? Это не к нему.
Здесь его не знали в лицо. Он стал просто одним из многих местных жителей и смог раствориться в этой толпе, снующих по своим делам людей. В первый раз спускаться сюда с гор было немного боязно. Вдруг узнают? За себя он не боялся – боялся за людей, что взял под свою опеку. Из них всех никто более не рискнул пойти в поселок – их страх ещё слишком велик.
Но его никто не узнал. Никто не обратил на него внимания. Вэй Ин начал чаще и чаще по разным делам приходить в поселок. Вместе с этими выходами в свет улучшилось и его настроение, что благоприятно отразилось и на всех остальных жителях Луаньцзан.
Первым его нашел Цзян Чэн.
Когда Вэй Ину доложили, что тот его ждет у подножия горы, то Усянь несся к месту встречи со всех ног. Одновременно радуясь и переживая: как встретит, как отреагирует?
Конечно же, Цзян Чэн был в гневе. Высказал всё, что думает о поступке Вэй Ина. А после, когда увидел, в каких условиях живет Усянь – был разочарован. Предлагал вернуться вместе с ним в Пристань Лотоса.
Вэй Ин отказался.
Как бы ему ни хотелось вернуться, сейчас он не мог этого сделать. Только-только жизнь этих людей начала налаживаться, насколько это возможно в подобных условиях, и оставь он их в этот момент, то все приложенные усилия станут зря потраченными временем и силами.