Цепь Севера (СИ)

Николай замолчал, всем своим видом показывая, что закончил. Федор, поняв, что продолжения не будет, вопросительно изогнул бровь.
– И всё? Это и есть ваши хорошие новости? Вы совсем с ума посходили?
Федор снова начал закипать и даже встал с места, но в это же мгновение волна силы отбросила его назад в кресло. Взгляд матери из насмешливого стал серьезным. Одним движением ладони оставив порыв сына, она дала понять, что больше не собирается терпеть его поведение.
– Цепь, Федор! Черная цепь у Громова! Ну же, я столько сил и средств потратила на то, чтобы вырастить из тебя человека! Дала образование, ты ведь не дурак! Ну же, Цепь!
На лице Федора начали выступать капельки пота, потому что, сила, вдавившая его в кресло, никуда не исчезла. И в таком положении играть в загадки со своей матерью он не хотел. Пусть сама выкладывает все, что скрывается в её больной голове.
Дарья еще немного посмотрела на своего сына, а затем грустно вздохнула.
– Торчин Громов, мой мальчик, – её голос прозвучал разочарованно.
– И что мне за дело до старых легенд? – хрипло ответил Федор, пытаясь сопротивляться матери изо всех сил.
– Ты понимаешь, что говоришь? – фыркнул Николай. – Цепь Торчина — это сказка!
- Сказка, которая ожила, - улыбаясь произнесла женщина, вальяжно откидываясь на спинку кресла. В её глазах появился мечтательный блеск.
– Ты хочешь сказать, что у Громовых появился равный? – всё ещё продолжал сомневаться Федор. – Хоть убей, но не верю. Давно известно, что сильнейший проводник их истока – это Заря старика, и все эти легенды про Торчина просто бред. Красивые россказни для диких, застрявших в средневековье северян. Это всё, что у них осталось после прорыва и того позора, которым они себя обрекли.
Федор уже почти освоился под давлением силы матери и стал чувствовать себя намного свободнее.
– Выходит, что нет, – Дарья задумчиво поцокала языком.
- Хорошо, пусть так, - устало произнес Федор. - Но мы не достигли цели. Матвей захочет узнать, кто именно напал на усадьбу, а это работа имперских службистов. С этим мы, что будем делать?
- Об этом не беспокойся, - вклинился в разговор Николай. - Я уже подготовился, безопасникам будет не до этого.
- Пусть даже и так, - не унимался Федор. - Но от этого ваша теория не перестает быть бредом.
– Если все действительно так, как я думаю, - перебила его Дарья. - Уничтожать Громовых нет никакого смысла. Мальчишка может стать нашим союзником без всех этих проблем.
– Ну и как ты собираешься это сде… – начал было говорить Федор, но в этот момент дверь в кабинет с грохотом распахнулась, и Дарья, изменившись в лице, тут же вскочила со своего места.
– Света, цветочек мой! Иди к бабушке! А я уж подумала, что твой сварливый отец прячет тебя от меня.
 Глава 4 
Не знаю, что именно имела в виду рыжая сволочь, когда говорила про магию воздуха, но бежал я сейчас словно ветер. Перед глазами одной смазанной линией проносился берег реки, а за спиной раздавался топот огромного кабана.
– Су-су-сука рыжая!!! – сбивая дыхание прокричал я.
– Считай, что теперь мы с тобой квиты, – весело отозвался Крест. – Будешь знать, как от меня всякие секреты прятать.
– Вот ты… Ничего, придет война, придешь ты ко мне каску просить, – ответил ему. И сконцентрировал всё внимание на том, чтобы ни обо что не споткнуться.
Топот свиньи-переростка становился всё ближе, и я снова помянул Креста «добрым» словцом за то, что потащил меня в эту чертову пещеру.
Вообще начиналось всё вполне мирно. После поляны с живницей мы протопали по лесу еще минут двадцать и оказались перед большим черным лазом у подножия пригорка. Рыжий сказал, что коричневый мох растет там, и приглашающе махнув мне рукой отправился внутрь.
Во мне что-то предупреждающе шевельнулось, но так, на самом краю моего подсознания, и не придав этому никакого значения, полез следом за ним. Кто ж знал, что стоило довериться интуиции.
В пещере было довольно сыро, темно и воняло, словно в свинарнике. Сделав несколько поворотов, мы вышли на каменную площадку, на стенах которой рос слабо светящийся мох. Именно тот, что был мне нужен.
  
Подойдя к одной из стен, с помощью сакса срезал пару пучков и довольный начал снимать сумку, чтобы сложить добычу в неё, как в глубине пещеры кто-то мощно выпустил газы. Волна вони с такой силой ударила по ноздрям, что у меня аж глаза заслезились, и не разбирая дороги я ринулся на выход. Естественно несколько раз запнулся о валяющиеся на полу пещеры камни, отчего то, что спало в темноте, решило проснуться и посмотреть на незваного гостя.
Уже выйдя на свежий воздух, утирая рукавом слезы и пытаясь вдохнуть, услышал за спиной хрюканье и медленный стук копыт. А когда зверь вышел на белый свет, единственное, что пришло в мою голову – бежать.
Здоровенный дикий кабан размером с быка, покрытый плотной кожаной броней, как у носорога, вдохнул мокрым пятаком воздух и уставился на меня своими маленькими красными зенками. Ударив несколько раз копытом о землю, кабан захрапел, а потом без особых предупреждений бросился на меня, выбирая из-под копыт клочья земли.
– Прямо… налево… прямо… – Рыжий, полностью игнорируя мои оскорбления, указывал куда нужно бежать, и спустя несколько минут я оказался на берегу этой реки.
– Он достаточно разогрелся, – Крест обернулся через плечо. – Теперь прыгай в воду. Она в реке ледяная, кабана судорогой сведет. Там его и прикончишь.
Снова попасться на очередную уловку Рыжего не хотелось, но топот этого порося-переростка становился всё ближе. Быстро обернувшись и окинув взглядом зверюгу, решил, что может быть Крест и прав. От кабана валил густой пар, будто он не свинья, а паровоз какой-то. Пасть была широко раскрыта, язык болтался на ветру а хрип, с которым эта махина вдыхала воздух, слышался всё отчетливее. Помедлив ещё пару секунд, все же решился, и стиснув зубы бросился в воду.
Мать моя женщина, отец мой порядочный семьянин! Не знаю, как там себя ощущала свинья, но мне было совсем не сладко. Всё тело словно проткнули мириадами маленьких игл, дыхание сперло, а ненависть к Рыжему ещё прочнее укоренилась внутри.
С трудом заставляя себя шевелиться, несмотря ни на что я продолжал забираться все глубже и глубже, и когда вода уже стала достигать груди, Рыжий довольно выдал.
– Все! На ужин будет свининка! – кажется его эта ситуация только забавляла.
Развернувшись, обнаружил что кабану действительно стало плохо. Завалившись на бок, он с головой ушел под воду и только пускал пузыри, а его огромные ноги с копытами замерли, вытянувшись словно бревна.
– Добей его, – поторопил меня Крест. – Чего зверье мучить.
– Ме-мен-ня бы к-кто до-б-би-л, – стуча зубами огрызнулся я.
Нет, раньше мне конечно нравилось попариться в баньке, прыгнуть в снежок и потом снова забраться в парилку. Но сейчас никакой баньки поблизости не виднелось, поэтому мысли о мучениях кабана занимали в моей голове не самое первое место. А больше всего меня волновало то, как я буду чувствовать себя после такого купания.
С другой стороны, Рыжий в чём-то и прав. Кабан просто защищал свою территорию от непрошеных гостей, и если кого и нужно тут мучать, то это Креста. Ну и меня заодно, за доверчивость. Чувствовал же, что он подлянку какую-то приготовил, но нет, всё равно в пещеру полез.
Борясь с неслабым течением, подошел ближе к зверю и не став медлить воткнул пику навершия сакса ему в голову. Вода тут же окрасилась в красный, а зверь слегка дёрнулся и затих.
– И как его теперь вытащить? – задал резонный вопрос Рыжему. – Эту тушу даже десяток таких как я не сдвинут с места.
– Используй цепь, – беззаботно ответил он.
– Опять ты за своё? – буркнул я, забравшись на тушу кабана. – Можно как-то поподробнее, или тебе скотский характер вообще нормально общаться не позволяет?
Продолжая мысленно отчитывать Рыжего, стуча зубами начал стягивать с себя мокрые вещи.