Лорд утерянных земель
Несмотря на разыгравшиеся нервы, способность логически мыслить Олег Волжский не потерял, и это внушает уважение. Я извлекаю из поясной кобуры автоматический пистолет и протягиваю его виконту. Ирония в том, что это его собственное оружие, изъятое нами после его захвата.
– Пятьсот метров, – продолжает информировать нас Кан.
– Робот на позиции, – сосредоточенно докладывает Ло.
Стараюсь держаться рядом с Олегом, готовясь при необходимости прикрыть его своим силовым щитом. Я почти уверен, что первый концентрированный удар противника будет направлен именно на сына графа. По большому счету убивать нас с Шелой людям Шваба даже нет необходимости, хотя они, несомненно, попытаются это сделать. Просто потому, что живыми мы можем создать им очень серьезные проблемы, причем как прямо сейчас, так и в будущем.
– Четыреста метров. Вы на дистанции прямого выстрела.
Чувство опасности продолжает грызть изнутри мой мозг, но враг выжидает. Чем бы противник ни был вооружен, вести прицельный огонь он, видимо, пока не может, и ждет, когда мы приблизимся на дистанцию уверенного поражения.
– Триста пятьдесят… – продолжает обратный отсчет дистанции Кан.
– Хозяин, опасность, – прорезается в моей голове бесстрастный голос демона, и в ту же секунду нечеткий купол маскировочной сферы, скрывающей от нас противника, ярко подсвечивается изнутри и разлетается лоскутами. Из-под него в нашу сторону одновременно бьют три выплеска энергии тайкунов и потоки пуль из нескольких стволов.
Глава 2
Магические атаки имеют разную природу. Одна из самых простых – струя инфернального пламени, и попадает она в Шелу. За союзницу я спокоен. Её генератор щита с такой проблемой справится без особого труда. На мгновение защитное поле вокруг Шелы вспыхивает и становится видимым, но это и весь эффект, которого удается достичь морфу, выбравшему её в качестве цели. Вокруг нас дымно вспыхивают сырые ветки и пожухлая листва, но на это никто уже не обращает внимания.
Мне достается более изощренный удар, однако за долю секунды до того, как меня пытается рассечь надвое серп пустоты, организм спонтанно проваливается в режим обостренного восприятия. Поток скрытой силы, текущий через мой источник, скачком возрастает на порядок, и я рефлекторно бросаю почти всю энергию в щит, одновременно прыгая в сторону виконта, чтобы хотя бы частично прикрыть его от уже летящего ему в грудь ледяного копья.
Морф, ударивший по мне серпом пустоты, достаточно силен, но, судя по всему, его конструкт не вполне корректно настроен на источник силы. Это общая проблема почти всех самоучек, вроде меня, пытающихся почти вслепую нащупать пути управления старыми артефактами тайкунов. Мне в этом плане невероятно повезло, а вот моему противнику, похоже, не очень.
И всё же стихия вакуума – достаточно подлая штука. Несмотря на накачку энергией, щит гасит удар серпа лишь частично. До меня невидимое лезвие не дотягивается, но вложенная в атаку сила почти полностью останавливает мой прыжок, и я оказываюсь на земле. В и без того изрядно пострадавшую защиту впиваются сразу две пули, но ресурса щита пока хватает на то, чтобы их остановить. Хуже другое – я не успеваю прикрыть Олега, и формирующееся прямо на лету ледяное копье задевает лишь край моего защитного поля, легко его пронзает и бьет в щит виконта Волжского.
У сына графа неплохой защитный амулет, но сам Олег – слабый морф, так что почти весь ресурс его щита – это накопленная амулетом энергия тайкунов. Впрочем, запас скрытой силы в этом конструкте вполне приличный. Помнится, близкий взрыв гранаты он выдержал без особых проблем. И всё же граната – штука понятная и предсказуемая, а ледяное копье, выпущенное морфом неизвестной силы, может оказаться намного опаснее.
Олега буквально сносит с ног и отшвыривает на несколько метров в сторону, но и снаряд из магически структурированного льда разлетается во все стороны облаком искрящихся осколков и водяного пара. Энергии при его разрушении выделилось более чем достаточно, чтобы мгновенно испарить заостренный наконечник копья.
– Демон, целеуказание! – требую я, перекатываясь и направляя Вал в сторону противника.
Впереди, там, откуда в нашу сторону продолжают лететь пули, вспыхивают шесть подсвеченных силуэтов. Они несколько размыты – сфера скрытности, создаваемая кем-то из нападающих, продолжает действовать, однако при ведении огня и активных перемещениях её эффективность сильно снижена.
Очередь!
Метрах в десяти перед стреляющими в нас из автоматов людьми Шваба встают огненные султаны взрывов. Стволы и ветви деревьев мгновенно высыхают и вспыхивают, а к небу с ревом рвутся клубы пара и летят какие-то горящие ошметки. Впереди слышны крики и ругательства – кого-то, похоже, зацепило.
Позволять противнику ещё раз применить боевые жезлы я не собираюсь, но и выжигать всю вражескую позицию под ноль в мои планы тоже не входит. Олег Волжский уже убедился, что его пытались убить, но теперь нужно ещё и предоставить ему неопровержимые доказательства того, что эту попытку совершили именно люди барона Шваба.
Вскакиваю и, петляя между деревьями, бегу вперед, слегка забирая вправо, чтобы обогнуть преграждающую мне путь стену огня. Шела остается на месте. Это правильно, пусть лучше займется виконтом. Он если и пострадал, то не слишком сильно, но когда придет в себя, пусть увидит рядом кого-то из нас.
– Противник начал отход, – сообщает Ло.
Коротко оборачиваюсь. Судя по всему, Олег ещё не пришел в себя, так что ограничивать себя в средствах я смысла не вижу.
– Прикажи роботу прижать их огнем к земле. Только осторожно, они нам живыми нужны.
– Сделаю, – в голосе Ло звучит злое удовлетворение, и откуда-то справа прилетает длинная очередь, выпущенная из легкой автоматической пушки. Хруст, с которым небольшие снаряды вгрызаются в стволы деревьев, слышен даже сквозь гудящее пламя. Робот ведет огонь бронебойными боеприпасами, чтобы не зацепить врагов случайными осколками. Зато психологический эффект от такого обстрела более чем неплох.
– Больше не суетятся, – докладывает Ло. – Лежат мордами в землю или пытаются ползти к естественным укрытиям.
Продолжаю сокращать дистанцию. Горящая полоса леса уже позади, и я вновь вижу перед собой распластавшиеся на земле силуэты противников. Кто-то из них даже пытается неприцельно стрелять в нашу сторону, но, сделав небольшой крюк, я теперь приближаюсь к ним справа, откуда они атаки не ожидают.
И всё же меня замечают. Не знаю уж, как им удается пробить мое маскировочное поле, но навстречу мне летит рой пуль, выпущенных явно не наугад. Щит принимает три попадания, и я понимаю, что ещё чуть-чуть, и защите конец. Падаю на землю. Надо мной проносится ещё одна порция бронебойных снарядов. Автоматическая пушка боевого робота кибов заставляет людей Шваба крепко задуматься, и временно прекратить огонь.
Коротким рывком сокращаю дистанцию. Наши противники почему-то предпочитают держаться вместе, и их позиции находятся совсем рядом друг с другом, что меня полностью устраивает. Красный шарик гранаты тайкунов совершает полет по короткой дуге и ударяется о расщепленное попаданием снаряда дерево. Опоясывающие конструкт меридианы вспыхивают серебром, и враги, только начавшие вновь поднимать оружие, безвольно валятся на землю. Впрочем, не все. Один из морфов всё ещё пытается навести на меня боевой жезл, хотя дается ему это с явным трудом.
Выстрелить в противника я уже не успеваю – после броска гранаты нужно какое-то время, чтобы поднять и навести на цель автомат, но этого времени у меня нет. Щит практически сдох, а организм уже несколько секунд как вывалился из режима обостренного восприятия.
– Хозяин, опасность, – бубнит в голове голос демона, – Жезл ледяной купели…
Уже понимая, что это бесполезно, пытаюсь рывком перекатиться в сторону. Враг чуть доворачивает жезл вслед за моим движением… и отлетает в сторону, пробитый насквозь бронебойным снарядом. Боевой робот кибов с такой дистанции промахиваться не умеет. Главное вовремя отдать ему необходимый приказ.