Бездушиш (СИ)
— Победа!
Всё, можно смеяться последним. Гахары обыграны. Но пока я довольствуюсь лёгкой улыбкой. Это было несложно. Всё самое важное ждёт впереди.
* * *И всё же мальчишка, не юноша. Я не вижу в его детской выходке ничего весёлого и тем более умного, но я уступил его просьбе. Китар заслужил поощрение. Баловство в чистом виде. Впрочем, вреда данный розыгрыш никому не несёт — пусть забавляется. Тем более, что идея мальчишки, другим членам отряда пришлась по душе. Вальдемар, Гаспар, Крюгер — те ладно. Эти трое и сами горазды на всевозможные шутки. Но Кэйлор… От обычно предельно серьёзного короля Эмрихта я поддержки подобного балагана никак не ожидал. А ведь даже Хайтауэр, счёл идею Китара уместной.
— Это мы! Свои! Встречайте своих спасителей! Ждали⁈
Летящие в сторону берега выкрики сопровождаются взмахами рук, что не идёт общей гребле на пользу. Мы уже пересекли риф, но до только что обновившегося острова ещё плыть и плыть. Нас само собой уже заметили и узнали. Ждавшие увидеть в море корабль гахаров люди слишком рады, удивлены и взволнованы, чтобы спокойно стоять. Нас встречают тряской вскинутого вверх оружия, прыжками на месте — Клещ так и вовсе приплясывает — и беспрестанными ответными выкриками.
— Наши! Наши! Приплыли! Мы знали! Давайте скорее! Ло! Ло! Твою бабку за пятку, свои! — летит с берега несмолкающим гомоном.
— Аж обидно, — негромко возмущается лежащий на дне лодки Китар. — Недавно потерявшие друга не должны так бурно ликовать. Какие-то они слишком уж радостные.
Гаспар с ним не согласен.
— Потерявшие друга, — хмыкает Кузнец. — Да они самих себя едва не потеряли. В такие минуты забываешь про всё плохое. Уж поверь, первым делом тебя грустным словом помянут, стоит радости схлынуть.
— Ну-ну.
И заваленный сверху вещами Китар замолкает. Берег уже слишком близко — его могут услышать.
— Убили их, да? Как? Застали врасплох?
Вепрю не хватает терпения. Через несколько секунд наша лодка упрётся в дно килем. Всё, упёрлась. Мы дружно выскакиваем наружу и спешим навстречу вбежавшим в воду товарищам. Пятеро человек с одной стороны, столько же с другой. Сблизились, принялись обниматься, жать руки друг другу. И только одиннадцатый член нашей команды не участвует в этой победно-приветственной свалке.
— Как вы быстро! Нас только шесть раз укокошили. И седмицы не бьёмся с уродами.
— Неплохой результат.
— Неплохой? Скажешь тоже. Нас всухую разматывали. Мы ведь даже ни одного из них не прикончили. Эта рыжая мразь лечит раненых.
— Представляете, — перебивает Вепря Клещ. — Не успеем ожить, а они уже плывут к берегу. Ну, как вы сейчас. Мы уже и так и этак… Без даров же дерёмся. Душит, гадина. Когда надо ей, раз — дар вернулся, два — его снова нет. Жуть, как сложно. А, как эти твари из луков стреляют…
— Так, как справились? — отодвигает коротышку Вепрь.
— Убили пленника.
— Ха! Тоже думал об этом. Но они его на корабле держат. С нами драться вчетвером ходят. Клещ на даре пытался доплыть. Бесполезно. Подстрелили его.
— И я тоже стрелой. Невидимкой подкрался к их лагерю. Они здесь ночевали, — указал я на пальмы. — Это было несложно.
— Отлично! Теперь пока они новый корабль построят, пока доплывут…
Края губ внезапно замолчавшего Вепря опускаются вниз.
— Эх… Совсем чуть-чуть опоздали, — грустно вздыхает Хайдар. — Горе у нас. У всех нас. Не дождался вас Китя. Сгинул малый. На себя удар принял.
Вальдемар охает, Крюгер ругается, Гаспар поминает наковальню. Мы же с Кэйлором скорбно молчим, нахмурившись. Неплохая актёрская игра. Шутка однозначно удастся. Вот только эффект розыгрыша был бы мощнее, притворись мной Китар. Это мне, а не ему сейчас нужно слушать всё это из лодки. Я ему предлагал поменяться, но нет — считает, что не сможет сдержаться и мимикой выдаст себя.
— Они думали, что он — это ты, — тоже вмиг помрачнев, кивает на меня Клещ. — Сами нам то сказали. Проклятые нелюди! Сгубили братишку.
— Они нашли его остров раньше, чем наш, — опустив глаза, тихо произносит Чопарь. — Там оставалось всего несколько поражений. Мы как раз к нему плыли, когда…
— Его больше нет, — закрывает Бочка руками лицо, пряча слёзы. — Потеряли мы друга. Не сберегли. Ушёл Китя.
— Стой! — восклицает Вепрь. — Или он в тебе?
И тут же сам себе отвечает:
— О чём я… Он бы тебя тогда сразу задвинул бы. Вода забрала паренька. Его Путь закончен. Эх… Было бы, чем помянуть, кроме слов… Светлая память. Он был настоящим героем.
— И мужиком! Настоящим! — добавляет Клещ.
— И настоящим охотником, — присоединяется к восхвалению шутника Чопарь.
— И настоящим другом! — сквозь слёзы рявкает Бочка.
На этом достаточно. Дальше шутка уже начнёт становиться жестокой. Понятно, что мальчишка давно уже оплакан друзьями, но вновь поднимать эти чувства из душ — это лишняя боль.
— Не дождётесь!
Вскочивший со дна лодки Китар стоит в полный рост, уперев кулаки в бока.
— Настоящий охотник, мужик и герой пройдёт Путь и спасёт всех людей всех миров. Жив я. Жив!
Ладно, я был не прав. Это стоило того. Лица мунцев — да и Эгер от них ненамного отстал — превратились в идеальные маски возведённого в абсолют удивления. И действительно, очень забавное зрелище. Даже я едва сдержал улыбку. Остальные же, включая Хайтауэра, так и покатились со смеху.
— Это всё Китар, — кое-как сумел выдавить из себя сквозь хохот Гаспар. — Его идея.
— Я его прикончу…
Но в словах Вепря нет злости. Взрыв эмоций, сменивших на лицах людей удивление, заставляет и мунцев подхватить общий радостный хохот. Так смеются исключительно счастливые люди.
— Друзья!
Китар уже здесь. Только высокие показатели крепи не дают их костям поломаться. Такими объятиями можно душить врагов. Розыгрыш однозначно удался. Степень радости просто зашкаливает.
— Ну теперь мы им точно покажем! — ревёт Бочка, грозя кулаком горизонту. — Пусть приплывают!
Андер и так не семи пядей во лбу, а тут ещё и эмоции. Совсем думать не хочет. Очевидно же, что ничего мы гахарам не будем показывать. А вот Вепрь умён.
— Что мы им покажем? — хохочет Хайдар. — Двух Китаров? Обойдутся, уроды. Ты на лодку глянь. Ло зачем такую длинную, думаешь, строил? Уплывём мы. Скажи, командир?
— Безусловно.
— Вот зараза!
Все взгляды тут же устремляются к ругнувшемуся Клещу. Ну-ка, ну-ка. Чем его не устраивает мой план?
— Да не… — понимает коротышка, как прозвучало его восклицание. — Уплыть — это я только за. Я про другое. Ты бы хоть что ли волосы лентой бы подвязал. Как две капли воды же. Как прикажешь вас различать? А то вдруг мне захочется дать поджопник Китару, а я…
Новый взрыв хохота согнул людей пополам. Звёзды! Что это? Я смеюсь? Я… смеюсь…
Дно вселенной…
Глава вторая
Прощай, Вода!
К сожалению, а, может быть, к счастью, получить ногой по мягкому месту колдуну не грозит. В тот же день Ло попросил барона подстричь себя, и теперь моему коротковолосому близнецу не светит поймать по ошибке даже простой подзатыльник, каким наградил меня Вепрь после памятной шутки. И ладно. Зато с той поры нас уже без проблем различают. Одежду сменить не судьба — другой попросту нет. Причёска же, хоть смотри на меня со спины, сразу выдаст в лохматом парнишке Китара. Никакой больше путаницы.
А вот вещи с оружием перепутать нам запросто. Всё у нас совпадает вплоть до самой последней мелочи. Надеюсь, с Воды унесём всё добро, что у нас сейчас есть. В том числе и жемчужины, которые нами проглочены. Колдун называет это умным словом «эффект». По идее, мы с ним по разу способны ожить, если нас кто убьёт. И не только мы. Его Величество с Клещом теперь тоже немножко бессмертные. Ло скормил им жемчужины, которые у нас были в запасе.
Почему именно им? Ну так они и рискуют сильнее других. То есть, рисковали. Сейчас-то наш Путь по Воде, считай, без пяти минут, как закончен. Собрали победы. Что мунцам, что нам по последней осталось добыть. Вот убьём сейчас пленников — и прощай Пояс Смерти. Сортируем припасы. Вдруг переход в новый пояс снова нас раскидает? У каждого в рюкзаке должно хватать, что еды, что воды, что всего остального.