Бездушиш (СИ)

— Сюда, тварь! — взревел я, выскочив из-за дерева. — Я здесь!
Не я призвал демона, но раз тот погнался за мной, предпочтя толпе оставшихся в Солони гипотетических жертв одного человека, значит бездушные для рогатого великана — приоритетная цель.
— Что ты делаешь, идиот? — охнул Ферхат.
Получилось! Так и не опустив занесённый для удара меч на поверженного противника, демон резко повернулся ко мне. Жёлтые глаза сверкнули. Тварь узнала меня. И обрадовалась.
  
— Спасаю паладина! И нас!
Но Видящий уже не слушал меня. Фигура одарённого стремительно таяла в рассветной серости леса. Ожидаемо. Это входит в мой план. Пусть бежит. Сейчас я его догоню.
Убедившись, что демон, потеряв интерес к лежащему без чувств паладину, несётся ко мне, я бросился в лес и помчался за трусом. Троерост у Ферхата серьёзный, но рано или поздно я настигну его. Долина не столь широка, чтобы в ней можно было заложить по-настоящему большую дугу. Видящему нет смысла бежать в сторону Солони. Он однозначно попробует дать круг по лесу и прорваться к отосланным солдатам. Там лошади — в них он видит спасение.
Оторваться от демона на рывке не так сложно. Мы с Видящим быстро увеличили разделяющую нас с тварью Бездны дистанцию. С каждым мгновением та продолжает расти. Сейчас одарённый начнёт поворачивать. Так и есть. Всего через пару минут Ферхат начал плавно смещаться правее. Предсказав его курс, я срезал дугу и почти поравнялся с несущимся по лесу бездушным.
— Чего ты пристал ко мне? — не оборачиваясь, выкрикнул Видящий. — Взялся увести демона от этого идиота, так уводи. Он за тобой гонится. Это ты его вызвал. Я знаю. Меня не обманешь.
— Мне нужен твой дар, — окончательно догнал я бездушного. — Мы убьём его.
— Иди в Бездну!
— У меня есть план.
— План у него… — фыркнул Видящий. — Да кем ты себя возомнил, сопляк? И вообще, — протянул он в мою сторону руку, — отдавай мой меч.
Ну всё, время пришло. Момент подходящий. Если мне повезло, убью разом двух зайцев.
— Посмотри мой возраст, — схватил я протянутую ладонь Видящего.
Едва не упавший Ферхат попытался выдернуть руку, но я держал крепко. Мы резко остановились. Если я не ошибся, и нужный дар у бездушного есть, сейчас он узнает мой возраст. На всякий случай приготовившись стыдить труса — мол, пятнадцатилетний мальчишка-бездарь готов сразиться с демоном, а ты, проживший сотни лет одарённый, спасаешься бегством — я внутренне воззвал к звёздам.
Молю вас, Всевидящие — пусть эта фраза так и останется в не пригодившихся заготовках. Пусть этот трус сейчас увидит во мне владыку, а не мальчишку. Я не хочу до скончания века собирать эти проклятые ключи и сражаться с нечистью. Я не Китар, я Ло — верховный грандмастер, проживший под вашим светом, о звёзды, пять тысяч восемьсот семьдесят девять лет. Не заставляйте меня начинать всё с начала. У меня нет столько времени. У нас нет столько времени. Человечество не дождётся меня. Мне некого будет спасать.
— Ты… Ты… Вы…
О, звёзды… Спасибо! Спасибо вам! Вы вняли моим мольбам. В глазах побледневшего Ферхата огромными жирными буквами написан ответ на мой главный вопрос. Я точно не Китар. И мне не пятнадцать.
— Вы с острова? — проблеял затрясшийся Видящий.
— А сам, как думаешь?
Перехожу в режим «владыки». Надменный взгляд, уверенность в своих едва ли не божественных силах, твёрдый, с нотками иронии, голос.
— Извините за глупый вопрос, господин, — склонился в низком поклоне Ферхат. — Без малого три тысячи лет… Вы в шаге от ухода на Истину. Прибыли на материк его сделать. Я всё понимаю.
— Что⁈
Слово вырвалось изо рта против моей воли. Какие три тысячи? Да ещё и без малого?
— Простите! — отпрянул от меня испугавшийся Видящий. — Я сказал что-то не то?
— Сколько точно мне лет? — выделяя голосом каждое слово, требовательно произнёс я. — И отмер! — добавил я резко.
Ничего не понимающий Ферхат покосился на демона, показавшегося из-за деревьев всего в нескольких десятках метров от нас и в страхе зачастил:
— Две тысячи девятьсот тридцать девять. И в отмере десяток. Голубой ключ — это вы его взяли. Я и так это знал, господин. Демон… — снова перевёл взгляд на несущегося на нас великана Ферхат, — нужно что-то с ним делать. У вас же, наверняка, есть боевые дары. Вы их как-то спрятали от меня, но…
— Заткнись! — рявкнул я на Ферхата. — За мной! Быстро!
Он послушался, и мы вновь полетели по лесу. Дурная программа… Но лучше, конечно же, так, чем, если бы мы с Китаром делили бы его показатели.
Но отмер… Тут загадка. И мне придётся её разгадать. Ровно десять… Не бьётся. Здесь нужно подумать.
  
Глава седьмая
 
И что я теперь умею?
 
Доев завтрак, я помог деду убрать со стола и, пока старик мыл посуду, сбегал с ведром за водой. У трубы водовода, где её набирали жильцы всего дома, несколько человек обсуждали вчерашнюю битву с нечистью под стенами города. Я невольно подслушал кусок разговора. Да уж, история больше похожа на сказку — переврали всё напрочь. Чем больше языков и ушей, через которую прошла новость, тем меньше в той новости правды. Тут уже и Воинов Создателя полегла половина, и демон на стену залез, и тысяча йоков по полю валяется трупами.
Я вежливо поздоровался, представившись внуком Онуфрия, как дед меня ещё вчера научил. Спасибо старому вору — тому хватило мозгов хотя бы здесь, среди соседей, не хвастаться своим вчерашним присутствием возле места событий, а то сейчас ко мне бы пристали с расспросами. Так же, наоборот, пока набиралась вода, сам послушал людей. Те не всем сказкам верили, и спор вёлся шумно, но народ сходился в одном — тот бездушный, что отыскал Ключ от Бездны и выпустил нечисть, находится в городе. Его будут искать.
Вроде плохо, а с другой стороны — пока вся эта кутерьма не уляжется, дед меня точно не погонит на дело. Успею потренироваться на старике обращению со своим новым даром и, глядишь, смогу вытянуть из Онуфрия какие-нибудь ценные знания. Уже обмозговал всё. Если не стирать чужую память большими кусками и применять дар только тогда, когда рядом никого нет, то старик не заподозрит неладное. Вот вернусь сейчас в дом и займусь.
— Ну что, Роша, — поманил меня к себе Онуфрий, едва я поставил ведро у рукомойника. — подумал над моим предложением? Разбогатеть есть желание?
— А у кого его нет? — хмыкнул я. — Только подробности надо. Ты ведь пока ничего и не рассказал толком. Я ведь должен понимать, на какой риск иду? И ради чего иду. Что там по барышу? Как делить собираешься?
— Не боись, не обижу, — похлопал меня по спине старик, подталкивая к стулу. — Садись, Роша. Сейчас всё обсудим.
Дотронулся — сам виноват. Садясь на стул, я уже смотрел на Онуфрия сквозь вызванный при помощи нового дара полупрозрачный циферблат. Подчищать пока нечего. Я другое проверить хочу. Очень важно — могу ли я перемещать жёлтый круг, единожды вызвав его.
— Там денег — нам обоим до конца жизни хватит, — хищно осклабился дед. — Никодим приличную часть своего капитала в золоте держит. Не в товаре, не в княжьей казне под процент, а в монете. О том мало, кто знает, но я в своё время разведал. Там счёт на сотни идёт.
— Сотни золотых? — округлил я глаза.
— Полновесных.
Присвистнув, я откинулся назад и, задрав голову вверх, перевёл взгляд на закопчённый потолок. Эх… Жалко. Не выгорит хитрость. Стоило мне потерять из вида Онуфрия, как циферблат мгновенно исчез. Причём, исчез насовсем. Опустив глаза обратно на старика, я тут же убедился, что полупрозрачного круга нет и перед дедом, где он прежде висел.
  
Плохо. Было бы очень удобно уметь стирать людям память не сразу, а через какое-то время. Незаметно подкрался к человеку, дотронулся до него, призвав циферблат — и болтай с ним о чём-хочешь. Выяснил всё, что нужно — прощаешься и уходишь, «унося с собой» жёлтый круг. Если остановить стрелку, когда завернёшь за угол, человек, которому ты подтёр память, не вспомнит не только содержимое вашего разговора, но и тебя самого забудет.