Оцифрованный. Том 4 (СИ)

Корейцы и японцы уже занимались изготовлением андроидов, но из-за огромной цены они в основном использовались как слуги, телохранители и предмет роскоши.
Как боевая единица андроиды не оправдали себя из-за высокой цены и низкого уровня интеллекта. То бишь ты не только покупаешь дорогую игрушку, но ещё и глупую. Андроида нужно обучать на поле боя, и тогда он будет более-менее эффективным. Вот только они ломались раньше, чем обучались…
  
Так что это направление робототехники люди почти забросили. Но об андроидах знают, так что Ларри не вызвал «вау-эффекта». Все удивились, но быстро стали воспринимать его как «прихоть герцога».
— Господин, губернатор просит вас прибыть к нему. Дело срочное и крайне важное, — сообщил Ларри.
— Хм. Необычно.
— Другой информации Захар Георгиевич не предоставил.
— Ладно. Съезжу. Раз нельзя по телефону, то дело действительно важное. А вы… — я посмотрел на девчат. — Отдыхайте.
— Ага, конечно! У нас концерт скоро! — с сарказмом хмыкнула Нина и утащила девчат в дом.
А я привёл себя в порядок, переоделся, и Настя повезла меня в Челябинск. Нужно бы договориться о возможности полёта над областью… Так-то, путь не близкий, а по воздуху оно быстрее.
Пока ехали, я успел отдохнуть и обсудить с Анастасией дела. У бабы Люды и остальных всё хорошо. Зина в школе, Марина на работе, остальные кто как.
Пенсия старикам даётся хорошая, всё же герцогский грант. Так что они могут отдыхать и заниматься, чем хотят. Но скучно им дома. Им хочется на землю да в огород…
Ладно, что-нибудь придумаю. А пока… Челябинск. Город стал существенно тише. Но оно и понятно, ведь немало людей покинули его. Без базы-крепости, да и после двух ужасающих нападений люди боятся жить здесь и уезжают. В основном в соседние регионы, но кто-то едет и в Магнитогорск. Ведь там строится «стена».
А люди нам нужны… Столько проектов ведь, и везде требуются работники. На первом этапе индустриализации люди дешевле машин. Так что приходится использовать людей. На втором этапе будет пятьдесят на пятьдесят. А на последнем, четвёртом, машины будут делать почти сто процентов работы. Но четвёртый этап — это когда уже совсем всё плохо. Так что, думаю, обойдусь и третьим. Но я отвлёкся…
И вот, я приехал к резиденции губернатора, а вот она мало в чём изменилась. Но и неважно.
Меня встретили у входа и провели в кабинет Захара Георгиевича, который принимал ещё одного посетителя. Они оба сидели на диване и общались. Сам же кабинет… Большой, роскошный и много кожаной мебели. Даже портреты какие-то висят.
Видимо, Захар здесь почти ничего не менял с момента получения кабинета.
— Добрый вечер, Захар Георгиевич, и… — поздоровался я с ними.
— Добрый, Сергей Кириллович, позвольте представиться, я Родионов Глеб Макарович, секретарь Царской Думы, — мне пожал руку средних лет мужчина. Статный, черноволосый и одетый в простую, но дорогую одежду. — Я прибыл сюда по важному делу, и оно касается вас, а также всего Царства.
— Неужели вы решили одобрить мой запрос на введение Чрезвычайной Ситуации в герцогстве? — я присел на кресло, что стояло напротив дивана.
— Так и есть.
— Это хорошая новость, — согласился я, принимая документы. — Сейчас не место лишней бюрократии. Всё же угроза инсектоидов велика как никогда.
— Полностью с вами согласен. Поэтому у меня для вас есть второй указ… — из металлического кейса он достал лист бумаги и протянул мне. — Вы показали невероятные успехи, и Царь доволен вами. Поэтому просит взять на себя временное управление Пятым сектором.
— Вы просите меня одного защищать всю границу? — у меня аж задёргался глаз.
— Не одному, конечно. В случае крайней нужды вы имеете право обратиться к губернатору за мобилизацией областных сил и вызовом подкреплений.
— Вы же понимаете, что одно дело диверсионные операции, а другое — это полномасштабные сражения?
— Понимаю, — согласился тот. — Но выбора нет. Генералы даже под угрозой увольнения отказываются брать Пятый сектор. Но буду честен, у нас попросту не осталось людей, которые смогут удержать это место. Аристократы тоже почему-то отказываются.
— Почему-то? — я в голос рассмеялся. — А не потому ли, что Пятую базу-крепость не обеспечивали даже боеприпасами в течение полугода? Люди за свои деньги всё покупали, как и снаряжение.
— То, что вы говорите, невозможно, — покачал он головой.
— Глеб Макарович, я служил на Пятой базе и прекрасно знаю, что возможно, а что нет. Поэтому давайте вы не будете говорить мне, что того, что я видел, на самом деле не было.
— Вы утверждаете о коррупции на Пятой базе? — от заявления мужчины я даже испытал злость.
— Нет. Я утверждаю о коррупции в Штабе. Чудовищной коррупции, граничащей с предательством.
От моих слов губернатор, всё это время молчавший, сильно нахмурился. Как и Глеб.
— Судя по отчётам, снабжение проходило регулярно, а склады базы были полны снаряжения и припасов.
— Базы, которая уничтожена и ничего не проверить, — хмыкнул я в ответ. — Я, как и все адекватные люди, которые в курсе причин падения Пятой базы-крепости, отказываюсь от вашего предложения.
— Вы не можете отказаться от Царского указа, — возразил мужчина.
— Царского? Почему тогда я вижу здесь, — указал на документ, — надпись «указ Царской Думы»?
— Царская Дума лишь исполняет волю Царя, поэтому её решение приравнено к решению Царя.
— Я, конечно, прошу прощения, но разве в две тысячи шестьдесят восьмом Дума не получила возможность издавать самостоятельные указы?
Мужчина нахмурился, видимо, не знал, что я знаю. Мало кто знает, ибо это скрывалось. Точнее, информация есть, но её не афишировали и запрятали среди кучи бесполезной информации.
— А также Царская Дума способна отменять указы Царя. Поэтому давайте вы не будете мне вешать лапшу на уши. Указ Царской Думы я могу смело послать далеко и надолго да пешим ходом. Лишь Царь может принудительно назначить меня на охрану целого сектора.
— Сергей Кириллович, вы же понимаете, что своими действиями подвергаете опасности целую область, а потому и всё царство? — возмутился тот.
— Тем, что отказываюсь от задания, которое мне не по силам? У меня три сотни бойцов и двести новобранцев. Военной техники почти нет. Крепости тоже нет. Чем я буду защищать сектор?
— Вам пришлют людей, и будут поставки из Штаба.
— Глеб Макарович, я видел эти поставки и «людей» из Штаба. Поэтому не еб*** мне мозг, — выматерился я. — Я не хочу остаться без патронов и в окружении врагов, как Ромашкин.
— Семён Семёныч сражался как герой! До последнего, — возразил тот.
— О чём вы вообще? — я посмотрел на него как на кретина. — У них закончились артиллерийские снаряды, мины и даже стрелковые боеприпасы. Они кое-как выжили, потому что я подоспел и запросил артиллерийский огонь по крепости.
— Вы клевещите на Штаб и герцогский род Ромашкиных? — нахмурился мужчина.
— Клевещу? Может, мне выложить в сеть кое-какие доказательства? — заулыбался я. — Вы, может, и не знали, но я был ретранслятором в переговорах Ромашкиных. И случайно услышал немало интересного… И знаете что? Там ещё был какой-то компьютерный вирус, который, судя по дате удаления файлов, начал очищать сервера ровно в момент, когда Ромашкин подал сигнал о том, что близок к поражению, и получил сообщение из Штаба с приказом держаться.
— То, что вы говорите… — начал было Глеб, но я перебил.
— Я проник в систему базы, дабы спасти её, и знаете что?
— Что?
— Восстановить всю почту, причём с официальными цифровыми ключами и шифровкой, оказалось очень даже легко. С видеозаписями, правда, не очень, но вот, к примеру, — я вытянул телефон и там появилось видео, где артиллеристы паникуют из-за того, что закончились боеприпасы и силы сдерживания остались без прикрытия.
Затем видео со складов, которые были практически пусты. Солдаты выгребали всё, что оставалось, дабы дать последний бой. Немного самого боя внутри базы, и Семён Семёнович даже меня удивил. Сильный Одарённый. И отважный.