Всерьёз (СИ)

Да, она имеется и связана напрямую с настоящей любовью.
— Мышонок, завтра же едем к врачу прочищать тебе уши! — обеспокоенно распахиваю глаза и поворачиваю лицо дурёхи к себе. — Что мне сделать скажи? Почему ты не можешь принять меня?
— Дело во мне… — аккуратно она убирает мою руку и сползает с кровати, направляясь в ванную. — Я тебя очень люблю, а вот себя полюбить не могу…
— Причина? — откидываю мятые одеяла и следую за ней в ожидании ответа, но девчонка лишь встаёт под душ и подставляет лицо под струи воды. Молниеносно оказываюсь рядом и молча принимаюсь мылить желанное тело. Трепетно рисуя пенные круги на животе Алисы, встревоженно выдыхаю и через плотно сжатые зубы придушенно вою ей в плечо.
Моя женщина не может или не хочет соединить со мной жизнь.
Чувствую себя полным неудачником.
Миллион женщин были готовы на всё, лишь бы я проявил к ним интерес и только одна, самая маленькая, самая тихая, самая скромная имеет железобетонное мнение, что она-то как раз и не готова.
Что я могу сказать?
У меня не за горами нервный срыв!
— Давай пока просто продолжим то, что есть? — гладит по моему сердцу Алиса. — Я с тобой и я счастлива!
— Счастлива? — не выразить словами, как загорелось всё внутри от тончайшей надежды.
— Благодаря тебе, Березин! — ласковое касание до моей щеки и отрывистая просьба. — От тебя зависит моя жизнь… Держись до конца!
Не совсем вник в смысл этих слов, но подсознательно расценил их, как свою награду.
— Всё сделаю ради этого! — увлекаю свою любовь в долгий поцелуй и уже потом передаю всё управление банными процедурами ей.
У неё это быстрее получается, я ведь могу и зависнуть на какой-нибудь выпуклой части тела, а потом и вовсе снова запачкать. И виноват в этом, естественно, буду я, а не обладательница сексуальных форм.
  
Глава 29
 
ИГОРЬ.
— Марат сказал, что зачистку трудно будет провести… — докладываю я друзьям, не мигая пялясь в одну точку на стене своего кабинета. — Там не просто шайка отморозков. Чубаев напрямую с верхушкой связан, поэтому жопу в полиции и спокойно греет.
— Обойти верховных получится? — нервно крутит мобильный в руках Барсов.
— Нет, сразу впрягутся. — в отчаянии массирую себе виски. — Он пешка, но, видимо, замешан по-крупному. Зачем им рисковать утечкой информации?
— Он один засланный казачок? — задумчиво дёргает нижнюю губу Леванов.
— Нет, конечно. — вымученно закатываю глаза. — Что делать, парни? Без шума и пыли не получится.
— Я думаю. — угрюмо отвечает Ян. — Ген, звони Глебу. Любовь любовью, но мы в жопе. Пусть выезжает.
— Почему бы нам не рассказать твоему отцу? — спрашивает у Барса рыжий, набирая номер Богатырёва.
— Не впутывай его. — кидает суровый взгляд на друга Ян.
— Ген, там у них сейчас началась поставка основного груза. — объясняю я. — По всем путям наркота, Марк Миронович сам не захочет ввязываться…
— Пиздец, Гошан! — взрывается Ян, подлетая к моему столу и громким шлепком ударяя по нему ладонями. — Надо было сразу тихо убрать мелких сошек! Нахуя ты фамилией-то светил!?
— Я ж не знал, что там всё так серьёзно! — взмахиваю руками. — Думал, припугну, оттяну время, а потом их уже уложим!
— Ты нас всех под раздачу подставил!! — со зверской мордой вопит на меня друг. — Гена, не звони Богатырю! Пусть хоть этот в живых останется!
— Поздно… я уже смс отправил… — поджимает губу адвокат.
— Молодец, Березин! — хлопок в ладоши и Ян уныло бредёт к окну. — Думай теперь, куда девок наших прятать… — понурив голову, он упирается лбом в стекло и протяжно вздыхает.
— Я уже к ним приставил людей. — бормочу я, понимая его состояние.
Сам, узнав, что столкнулся с прошлым, внутри тихо вою, призывая всю свою смелость, чтобы выйти к врагу с уверенным лицом. Чтобы Алиса с мамой не заметили мой эмоциональный раздрай, отвёз их с утра в салон красоты и попросил Милу с Ксюхой составить им компанию. Сразу же вызвал ребят и приказал не сводить с женщин глаз. С Яном пришли к выводу, что девчонок пока нужно под любыми предлогами держать вместе и не оставлять одних до ликвидации опасности.
 
Целый день утопаю в своих мрачных мыслях.
Чем больше думаю, тем сильнее схожу с ума.
Что пришлось испытать моему мышонку с этими суками? Как много гнили она видела? Кто ещё причастен к тому, что она так намертво скована в душе? Как она это всё пережила?
Моя маленькая, идеальная, такая тихая, словно мягкий гул ветра.
Что они сделали, раз стёрли в ней всю громкость?
Твою ж мать, я чокнусь от ярости, что разрывает изнутри. Я сгорю заживо от желания убить. В голове засела сцена изощрённой пытки и меня трясёт от того, что она до сих пор не воплощена в реальность. Сам не понимаю, как ещё держусь…
Что именно останавливает?
Страх за Алису с ребёнком? Что до них доберутся отомстить? Или же годами съедавшая меня боязнь пойти по стопам отца? Мысли о друзьях? О матери?
Я теряю себя, ища ответы. Что предпринять? У кого просить помощи?
Башка раскалывается от неизвестного будущего…
В один миг жизнь рухнула. Столько лет жил припеваюче, не предполагая, что всё было иллюзией. Гордился собой, что выстоял и отскрёб от себя запёкшуюся кровь на фамилии. Отделил плохое и забрался на вершину гордости.
Ложь. Всё оказалось игрой воображения.
Я всё тот же запутавшийся пацан, чьё место и предназначение решают другие. В чьей семье приветствуется продажность и несдержанность, граничащая с одержимостью быть первым во всём.
Я глупец, раз подумал, что преобразовал эти качества и направил их в мирное русло. Идиот, раз решил, что замаскировав все деяния родителей, смогу считать себя нормальным, не осквернённым тем беспределом, что они творили.
Лишь два пункта в жизни, за которые мне не стыдно бить себя в грудь и гордо держать подбородок.
Алиса и мои друзья.
Без этих людей я неполноценен. Каждый служит мне покровом во тьме. Если кого-то убрать, то распад моей личности обеспечен.
— Есть идеи? — вскидывает бровь рыжий.
— Нужно искать тех, кому по зубам верхушка. — заключает Ян. — И кто не посчитает Березина преградой…
— Нахрена им Игорь? Отец же давно не при делах. — щурит глаза Леванов, подозревая о недостатке информации.
Ловлю на себе холодный взгляд Барсова и безвыходно провожу рукой по затылку.
Глубокий вдох и несмотря на то, что язык прилип к нёбу, отказываясь говорить это вслух, подавленно произношу:
— Он подал аппеляцию… прошение взяли на рассмотрение. В скором времени слушок дойдёт и до остальных. Бровилов не захочет отдавать правление своими ублюдками и начнётся сучья война.
— А откуп? — звучит вопрос в гробовой тишине.
— Сам знаешь. — прикрываю глаза, чтобы справиться с подкатившей тошнотой. — Истёк срок давности… никого не волнует, что я выкупил жизни своей семьи. Вальков возвращается, а значит будут приняты меры. Меня, мать и Алису уберут.
АЛИСА.
— Он до сих пор написывает?? — заглядывает в мой мобильный через плечо Мила. — Алис, приструни!
— Я уже блокировала два номера, но Родион, по-моему, решил скупить все сим-карты в магазине… — заношу нового абонента в чёрный список и продолжаю довольно крутиться в кресле, ожидая, когда в волосы впитается краска, мне, наконец, помоют голову и я увижу себя с более чёрным и блестящим цветом.
— Березин не в курсе, да? — усмехается рядом Ксюша, пока ей мастер профессионально быстро завивает кудри.
— Нет… — лёгкость в настроении улетучивается и я немного помедлив, признаюсь. — Он в последнее время очень загружен… сложно поймать момент, когда он желает общаться по душам…
 
Ожидала сочувствия или женских советов, но девчонки будто одновременно впали в раздумье.
— Честно говоря, и Ян стал каким-то отстранённым… сидит у себя в кабинете часами и ночью много ворочается, не может уснуть… — потерянно выдаёт Мила, рассматривая свой новый маникюр. — У вас с Геной сдвинулось с мёртвой точки, Ксюш?