Всерьёз (СИ)
— Хорошо… — выдыхает Алиса и ей не удаётся скрыть, что она непрочь продолжить слушать мой бред и дальше.
Улыбаюсь, как дурак.
— Я позвонил, потому что скучаю по тебе. — напоследок скрашиваю наш разговор любовными фразочками, хоть моя недотрога и делает вид, что ей всё равно на них. — И я с каждым днём понимаю сильнее, что вся моя жизнь — это ты… что до тебя её не было.
Напрягаю слух и облегчённо провожу рукой по щетине. Лёд тронулся. Дыхание моей девочки стало глубже и прерывистее.
Зацепило, значит!
— Я буду ждать тебя дома… — видимо, телефон был приближен плотнее к губам, так как женский голос проник мне прямо в мозг, где по неведомым причинам произошла автозамена, заменяя произнесённые слова на «И я тебя люблю…», тем самым пропуская ток по всему моему телу.
Я даже не обижен, что мышонок первая нажала отбой. Она часто сбегает таким образом.
Проверяю в зеркале заднего вида своё отражение и приказываю себе сделать лицо попроще. Маменька щепетильно относится к моему внешнему виду. Я собирательный образ всех её идеалов и не могу позволить себе спускаться ниже планки.
Что ж, надо побыстрее избавиться от напряжения и выпустить пар.
Встречи всё равно не миновать, так чего лишний раз сидеть на иголках.
Стоит только моей ноге ступить на территорию ресторана, как ко мне с выпяченной грудью бежит хостес и сообщает о том, что моя мать томится в ожидании. Не проявляю ни малейшей любезности в адрес выделывающейся передо мной брюнетки и прохожу мимо, досконально зная излюбленное место хозяйки заведения.
Интересный факт — я не трахал здесь ни одну сотрудницу, чем явно их расстраиваю.
Это место и всё, что с ним связано вызывает лишь рвотный рефлекс. Была бы моя воля, сжёг бы его дотла. Но терплю всё из-за маменьки…
— Сынок! — видит она меня издалека и не вставая, протягивает руки, чтобы притянуть к себе для поцелуя. — Пахнешь шикарно! Это тот парфюм, что я тебе привезла из Барселоны?
Нет. Это тот парфюм, запах которого втянула носом Алиса, проходя мимо меня в офисе пару недель назад.
— Да. — выдавливаю подобие улыбки и прижимаюсь к материнской щеке губами.
— Я тебе в Милане потрясающий костюм купила! — выбрала бессмысленную тему для начала разговора мама. Естественно, меня же нужно подготовить для ошеломляющего десерта.
— Спасибо. — беру в руки меню, но мать коротким жестом останавливает и взмахивает ярким маникюром, подзывая ожидающую официантку.
— Попробуй новое блюдо. Хочу послушать твоё мнение. — спокойно отвечает она на мой немой вопрос.
— Как скажешь. — облокачиваюсь на спинку стула и беглым взглядом прохожусь по посетителям, лишь не смотреть матери в глаза.
— Не хочешь спросить, как я провела месяц в Милане? — закуривает она тонкую сигарету и сканирует меня на интерес.
— Умираю от любопытства, но лучше дам тебе возможность самой поделиться впечатлениями… — пресекаю свой порыв достать телефон и убить оставшееся время, переписываясь с Алисой.
— Ты прав! Мы со Стеллой были настолько вовлечены в подготовку к неделе моды, что получили массу впечатлений! — сверкает белоснежной улыбкой женщина и медленно выпускает из губ дым. — Или же я опоздала и Стеллочка выдала тебе все наши женские тайны? — по острию взгляда понятно, что стерва маменьке уже настучала и сейчас меня будут растягивать на дыбе.
— Виделись, но я был занят. — даю возможность матери раскурочить всё в моих глазах в поисках подтверждения и оборачиваюсь на дверь кухни, чтобы спросить о наличии официантки с долбанным новым блюдом, но сжимаю челюсть так сильно, что из неё не выскользнет даже звук.
— Ничего страшного! — восклицает маменька, не замечая моего покрасневшего от злости лица. — Как раз сейчас всё и обсудим!
Смотря на то, как уверенно к нашему столику приближается Стелла, от напряжения сводит мышцы.
Сговорились.
Двойной удар по психике.
— Речь шла только о нас с тобой. — холодеет мой голос. — Я выделил время только на тебя.
— Соединим приятное с полезным. — совершенно не беспокоясь о том, что я сейчас разнесу весь столик. — Стелла — член семьи.
— Какой семьи? Твоей или моей? — цежу сквозь сжатые зубы, запирая изнутри поток страшных ругательств.
— Общей, Игорь. — тушит окурок мать и встречает свою любимицу с распростёртыми объятиями. — Ты взяла с собой подарок? — шепчет ей на ухо.
— Конечно, тётя Лен! — подмигивает Стелла, горделиво занимая рядом со мной место. — Игорюш, у меня машина странные звуки издаёт, посмотришь?
Мои пальцы на столе накрывает женская ладонь и я дёргаюсь, как удара током.
— Для этого существуют автосервисы, Стелла… — демонстративно убираю свою руку и тщательно испепеляю девушку недовольным взглядом. — У тебя со слухом всё в порядке?
— Не жалуюсь, дорогой! — всё прекрасно понимает, но от чего-то строит дуру. — Больше беспокоит отсутствие любимого в моей постели…
Да, она это говорит при моей матери. Совершенно обыденным тоном. А чего от подружки скрывать?
— Не пропадёшь. — выплёвываю я желчно, прокручивая в голове момент, когда догонял Алису на лестничной площадке.
— Стеллочка, вручи ему уже свой сюрприз, а то он ещё после работы не перестроился и слегка напряжён. — несёт полную чушь моя мать.
Я словно в псих. больницу попал. Разговаривают как со слабоумным.
— Да, так и сделаю! — перед моим лицом возникает продолговатая коробочка. — Я нашла лучшего мастера и заказала нам обоим одинаковые…
— Не стоило. — даже не шевелюсь, чтобы принять и посмотреть презент. — Подари кому-нибудь другому.
— Он именной, сынок. — вставляет слово маменька, надавливая на мою совесть.
Увы, там уже давить некуда, так что…
— Мне всё равно. — смотрю на Стеллу поверх протянутой руки с подарком и борюсь с желанием вышвырнуть её вон.
Но вовремя себя останавливаю. Лучше не выпускать этих двух змей из террариума к нормальным людям. Пусть давятся своим ядом в этом адском месте, что мать величественно зовёт семейным рестораном.
Тьфу.
Никогда я не возьму ответственность за это адское заведение, кое маменька беспринципно отсудила у очередного своего мужа, у которого после этого у отказало сердце. Бедолага повёлся на лицемерную игру и без утайки отдал матери сердце и почти всё своё состояние. А она даже не поменялась в лице, когда услышала о его похоронах.
Моя милая, чистая сердцем и душой маменька… прям разрывает от гордости, что я её сын…
— Игорюш, я же для тебя старалась… такого кулона ни у кого нет… — продолжает выбешивать Стелла. — Единственный в своём роде, также, как и ты! — и снова тянет ко мне цепкие пальцы.
— Ты глупая? — грубо отшвыриваю их от своего плеча. — Я тебе вчера что сказал?
Глаза девушки мгновенно выдают нанесённую обиду, но черты лица остаются неподвижными. Спокойна, как удав при моей матери-анаконде.
— Напомни, любимый! Я вчера в самолёте выпила лишнего и не очень хорошо владела собой…
Сука! Даже не краснеет!
— Конечно напомню, Стеллочка! — растягиваю губы в злорадной усмешке. — Я сказал тебе, чтобы ты больше не светила передо мной своими сиськами и размулёванной фальшивой рожей! Припоминаешь? — замечаю надувшуюся вену на её шее и всё равно удивляюсь, что девка держит себя в руках.
— Раньше ты каждую ночь к ней приезжал, чтобы увидеть эти сиськи и рожу, что вдруг изменилось, дорогой? — с олимпийским спокойствием делает глоток вина маменька.
— Я изменился. — кидаю останавливающий взгляд на официантку, принёсшую мне отраву дня и небрежно встаю. — Ну довольно разыгрывать этот жалкий фарс… я уже догадался, что вам всё известно. В ваших интригах принимать участие не собираюсь. — не глядя швыряю на стол несколько купюр и медленно наклоняюсь к Стелле. — Заканчивай считать, будто ты что-то для меня значишь. Обычный, ничем не отличающийся от других трах. За него ты немало из меня вытянула. Мы в расчёте, Стелла, так что не смей заявляться ко мне снова. — выпрямляюсь и внимательно смотрю на наручные часы, показывающие, что я уже порядком опаздываю на переговоры с поставщиками. — Спасибо за обед, дамы. — задерживаю на маменьке выразительный взгляд и для пущего достижения цели, жёстко убеждаю. — Не суйтесь к ней. Не пощажу даже тебя, мама…