Сила рода. Том 3 (СИ)

— Договорились.
Надеюсь, когда-нибудь этот снежный ком из дел и заданий перестанет увеличиваться, и я смогу спокойно заняться учёбой и саморазвитием… 
Хотя… Воин развивается в бою.
— Отлично, — кивнул директор, распахивая дверцы. — И помни про князя. И ни слова про змею!
— Кстати, — шепнул я, пользуясь тем, что внимание присутствующих в зале Одаренных направленно на танцующие пары и нашего появления никто не заметил. — Вы не находите странным, что Императорская кобра есть, а самого Императора нет?
Директор поперхнулся заготовленными словами и неодобрительно на меня посмотрел.
— Ну, Иванов! — он покачал головой. — Как только тебе это всё в голову приходит!
— Фантазия хорошая.
— Хорошая, говоришь? — непонятно чему развеселился директор, пристально смотря куда-то вперёд. — Сейчас посмотрим.
После его слов ко мне в душу тут же закрались смутные подозрения, но с ходу уловить ожидающий меня подвох я не сумел.
— Дамы и господа! — последние аккорды музыки стихли, и по залу прокатился голос, м-м-м, ведущего? — Перед финальным танцем бала, слово предоставляется… князю!
Ого! Он лично прибыл в гимназию? Да уж, была бы здесь бомба, я, будучи неизвестным недоброжелателем, подорвал бы её прямо сейчас!
Хотя, может быть напавшие на Пылаева на это и рассчитывали?
Князь тем временем не спеша вышел вперёд и окинул зал уверенным взглядом.
Сегодня вместо сюртука и мехового плаща на нем красовался элегантный фрак, который как будто бы стройнил кряжистую фигуру князя.
Вот только аура, расходящаяся вокруг него, ясно давала понять — перед нами не напыщенный хлыщ, но умудренный жизнью Воин, вылезший из своей берлоги.
— Здравия вам, други! — князь отсалютовал серебряным кубком, который казался в его руке игрушечным. — Жизнь лучше, чем смерть. А танцевать лучше, чем лежать в сырой земле.
Я более, чем уверен, что в словах князя был заложен определенный посыл, и даже догадывался какой.
— Наши предки любили учиться, любили радоваться жизни, любили свою родину. Я следую их заветам, и эта гимназия прямое тому подтверждение.
Какой бы неоднозначной не была фигура князя, но в этом ему было не отказать. Княжеская гимназия, действительно, была лучшим местом в мире для учёбы!
— Мы — терпеливый народ, — он посмотрел куда-то влево, где, как мне показалось стоял Фёдор Безухов со своими родителями. — И стерпеть можем многое.
Он невесело усмехнулся, мгновенно превращаясь в опытного Воина.
— Но за своих стариков, за наше прошлое и род, и за детей, за наше будущее, жизнь отдадим. А если кто-то целенаправленно придет именно к нам, например, в эту гимназию, мы порвем его на кусочки.
Сказано это было с такой уверенностью и непоколебимостью, что я даже почувствовал гордость за князя. На душе стало так легко, будто я оказался за каменной стеной. В безопасности.
— Я могу простить многое, — казалось ещё немного и фрак треснет на медвежьей фигуре князя. — Глупость, измену, без-честные поступки и стяжательство. Но если кто-то решит поднять руку на стариков и детей… Пощады не будет.
Ох, знал бы он про махинации северян… Ну или того, кто действует их руками… Хотя, может быть узнал и поэтому сейчас мы слышим эту речь?
Эдакое последние предупреждение.
Мол, неважно какие на вас грехи, повинитесь и я не буду рубить с горяча.
Кстати, удивительно грамотная речь и подача. Наверняка на каждого из здесь присутствующих скопился такой компромат, что хватит не на одну смертную казнь.
И многие могут действовать вынужденно, опасаясь, что правда вскроется. 
И чем больше услуг, просьб или приказов они выполняют, тем глубже увязают в паутине лжи и предательства.
Я посмотрел на князя новыми глазами. 
Несмотря на образ недалёкого Вояки, который только и может что давить всех своей Аурой, он только что сделал политически верный шаг.
Вопрос в том, сколько человек из здесь присутствующих действительно являются агентами иностранного влияния и готовы ли они положиться на слово князя.
— На балу присутствует моя дочь.
 
Опа! Вот это поворот!
— И, согласно традиции, она первая выберет кому подарит заключительный танец бала.
Ага, понятно, значит это что-то типа белого танца, где девушки выбирают кавалеров. Причем первой выбирает самая знатная девушка. 
А дальше по нисходящей. Главное, как я понимаю, не вылезти вперёд негласной, но очевидной для всех кроме меня очереди.
— Но перед этим, я хотел бы выслушать ответы трех Претендентов, которым были пожалованы десницы!
Вот о чем говорил директор. Вот только… почему трех? 
— Андрей Булычев! — князь дождался пока высокий старшеклассник с черной перчаткой на левой руке выйдет из толпы и почтительно остановится в трех шагах от него. — Каков будет твой ответ?
— Присягаю тебе, княже! — с достоинством ответил гимназист и отвесил поклон в пояс. — Клянусь служить тебе верой и правдой! Клянусь не посрамить свою Честь, а всю свою Волю и Любопытство направить на служение княжеству! 
— Принимаю твою клятву, — кивнул князь и гимназист, радостно улыбнувшись, встал по правую руку от князя. — Вижу огонь Любопытства горит в твоей груди сильнее всего, а посему назначаю тебе службу в Инженерном полку в звании корнета.
Андрей Булычев просиял, а зал слитно разразился аплодисментами.
— Василий Салищев!
Ещё один старшак-выпускник с перчаткой на левой руке с достоинством вышел к князю и замер перед ним в трех шагах.
— Присягаю тебе, княже! — голос Василия оказался низким, будто говорил не молоденький парень, а мужик лет тридцати-сорока. — Клянусь служить верой и правдой! Клянусь не посрамить свою Честь, принимать Волевые решения и с Любопытством смотреть в лицо опасности!
— Принимаю твою клятву, — кивнул князь и гимназист, отвесив глубокий поклон, встал по правую руку от князя. — Вижу жар Чести, пылающий в твоих глазах, а посему назначаю тебе службу в инфантерийском гвардии полку в звании подпоручика.
По залу прокатилась волна удивления, а Василий засиял, словно начищенный золотой.
Вот только непонятно почему, ведь инфантерия, насколько я знаю, это обычная пехота?
— Гвардейский полк, — негромко обронил стоящий рядом Яков Иванович, в который уже раз прочитав мои мысли. — Вася с детства обожает УГи.
Что ж, ну тогда все встало на свои места! УГи — это мощь.
— Михаил Иванов!
Я отчего-то почувствовал дрожь в коленях, а по спине пробежалось стадо мурашек.
Вышел вперёд, судорожно размышляя про себя, как бы помягче отказать и что дальше делать с перчаткой.
Остановился, как и все, на расстоянии в трех шагов от князя, но зал отчего-то возмущенно зашептался.
Неужели я снова сделал что-то не так?
Князь, не обращая внимания на одаренных с любопытством посмотрел на меня и едва заметно улыбнулся.
— Каков будет твой ответ, Михаил?
— Княже! — я твердо посмотрел в глаза мужчине. — Для начала позволь поблагодарить тебя. Твой дар дважды спас мне жизнь, и я, честно говоря, с удовольствием бы сшил себе мундир из этого материала.
Со всех сторон так и повеяло возмущением, удивлением, раздражением и даже злостью.
Снова накосячил? Нужно прочитать про общение с князем в «Трех княжествах».
— Решил стать Десницей? — усмехнулся князь, которого, казалось, мой ответ позабавил. — Ведь только он или она имеет право на Матовый мундир.
Он или она? Интересненько…
Да и слово «матовый» было сказано таким тоном, что я сразу понял, что это нечто баснословно дорогое.
— Со всем моим уважением, княже… — я сделал паузу, чтобы подобрать слова.
— Можешь не продолжать, — усмехнулся князь. — Ты ещё не готов, но от своих слов я не отказываюсь. Лично мне твоя присяга не нужна, но если ты выступишь против княжества…
Перед глазами тут же вспыхнула полупрозрачная надпись:
десница князя
+1 к рангу Воина, +1 к рангу Инженера, + 1 к рангу Мага