С песней по жизням. Часть 1 и Часть 2 (СИ)
Заселились в постоялый двор неподалеку, все были немного встревоженные и сплетнями, и напряженностью, исходящей от командира и-безусловно-близостью дома.
Эйрин ни во что не встревала, ходила по пятам за Эйриком по рынку, лавкам, в порту же помогала считать товар, скупаемый знакомыми купцами прямо с борта. Задерживаться после всех довольно выгодных распродаж парни не хотели и уже через два дня они шли вдоль берега Куршского залива в сторону Клайпи (Клайпеды), от которой до дома основной части команды было версты три пешком.
Часть вторая Глава 11
-Ну, вот мы и дома! – радостно загалдели северяне, когда показалась родная пристань около небольшого, но оживленного городка, вернее, большой деревни.
-О, смотрите, это же Хельмут Старый и его ребята! – воскликнул самый молодой и глазастый Йенс Рассмуссен.
-Подойдем ближе, спросим – спокойно ответил Эйвинд и переглянулся с Торвальдссоном. – Орм, на тебе очистка трюма и отвод в доки. Я отведу принца и Эйрин к Гудрун и вернусь. Эйрик, расчет вечером.
Чувствуя себя немного неуверенно, попаданка с иноземцами пошла за быстро уходящим в сторону и вглубь побережья Густафссоном. Арабы молчали, девушка тоже.
Минут через пятнадцать они подошли к кромке леса, вдоль которой выстроились пяток деревянных приземистых домиков с толстыми соломенными крышами, на двух из которых разместились огромные гнезда аистов. Домики имели по два-четыре окна с округлыми стеклами, территорией между ними, делимой плетнями, и дымоходами, над которыми курился дымок. Никто не вышел им навстречу, но Валиева ощущала чужие взгляды.
Вдруг дверь крайнего дома распахнулась и из неё вышла высокая худая старая женщина в домотканной юбке, блузе с вышивкой и полотенцем в руках.
- Гудрун, старая треска, мы вернулись – ласково обратился к женщине Эйвинд и шагнул навстречу.
- Мальчишка, ты чего так задержался, я уже неделю жду, головастик бесстыжий!- низким голосом ответила женщина и протянула капитану обе руки.- Баню топлю каждый день, ты должен мне дров заготовить на зиму!
«Вельва…Это как ведьма или знахарка, да?»- думала Ирина, наблюдая как общаются знакомые.
- С тобой гости издалека, вижу. Проходите в дом, сначала баня, потом еда и разговоры, – окинув строгим взглядом пришедших, Гудрун первой вошла в открытую дверь.
-Пойдемте, Гудрун с виду суровая, но она мудрая и добрая, – с улыбкой напутствовал капитан и гости по очереди зашли в жилище.
«Похоже на дом Вреи – отметила обстановку и порядок пришелица, когда оказалась внутри: длинный стол, лавки, печь (только меньше размером, без полатей, но с плитой), пристолье с деревянным тазом и бочкой под ним (руки мыть?), у печи - рабочее место , полка с посудой, бревенчатая перегородка, за ней видна еще комната. Сени, что они миновали, уходили вглубь и оттуда доносилось квохтанье кур –хозяйственный двор. Больше Валиева не успела рассмотреть, потому что Гудрун начала командовать.
-Так, мужики, в баню! Там уже все готово. Одежу оставите, потом постираю. Ветерок, иди уже, как не хозяин. – Она вытолкала присмиревших мужчин и Ярика за дверь, а сама повернулась к Ирине и сказала:
-Здравствуй, иноземка. Садись, выпей горячий взвар на травах, мы с тобой позже помыться сходим. Пока вымой руки и помоги собрать на стол.
Валиева подчинилась. Пока мужики мылись, женщины собрали на стол запечённого гуся с яблоками, перловую кашу с морковью, луком, брюквой, жаренными на гусином жире, густой, как желе, овсяный кисель, тушеную в сметане с луком свеклу, кровяные колбаски, ягодный морс, пиво, медовуху. Хлеб свежий, с запахом тмина, молоденькие огурцы, зеленый лук, укроп. От вида блюд Ирина растерялась: кроме гуся, перловки и огурцов ей не глянулось ничего, разве что ароматный и мягкий хлеб.
Гудрун заметила выражение лица гостьи:
-Что, не по нраву? Где же ты раньше жила, иноземка? Тебя там соловьиными языками кормили, что ль? – поддела старуха (хотя, примерно моего прошлого возраста, отметила попаданка).
«Ну вот, еще одна по мою душу столбовая дворянка…И что им от меня надо-то?» - начала заводиться Ирина, но сдержалась, прикинулась дурочкой и распахнув глаза, уставилась на хозяйку.
- А вы их пробовали? И сколько же птиц надо поймать, чтобы накормить их языками кого-то? Они же маленькие и поют красиво…
-Ишь, вывернулась! – пробурчала вельва. – Так откуда будешь, дева?
«Опять двадцать пять! Пожрать бы да помыться…»
-Оттуда, где гостя прежде в баню ведут, потом кормят, спать укладывают, и только отдохнувшего с дальней дороги душой и телом пытать расспросами начинают. У вас не так? –теперь уже она поддела старуху.
Гудрун залилась каркающим смехом, вытерла слезы и сказала, прям как Любава:
-Молодец, не сробела передо мной. Ты права, будет еще время для разговора, нам с тобой не один год рядом жить.
Ира оторопела.
-Почему? Ну, раз Ветерок тебя сюда привел, значит, люба ты ему или приятна для начала. Да и Эйрик невесть кого в род не взял бы. Не мельтеши думками, руны я бросала, они и сказали, что вернуться парни до штормов, с чужестранцами, с одними снова уйдут, с одним мне оставаться как с родней новой. Вот оно и выходит, что про тебя, а те чернявые уйдут. Ладно, вертаются. Тебе тоже обмыться надо, ходи за мной.
«Все страньше и страньше… Вот и не верь в экстрасенсов, Ирина Михайловна…»
***
Позже за столом девушка очень жалела Аладдина, с опаской выбиравшего блюда. Гудрун, слава богу, больше не язвила, вполголоса разговаривала с Эйвиндом, не обращая внимания на гостей, поэтому Эйрин наложила принцу «кошерные» кушанья, коротко рассказала, из чего, и поела сама. На вкус - съедобно, просто необычно. Хлеб был выше всяческих похвал, а если бы его еще со сливочным маслом да со сладким чаем, мммм…Язык бы проглотила.
Насытившихся путников Гудрун распределила по разным комнатам, коих оказалось несколько, и все-в разных местах. Пустынники отправились в дальнюю постройку во дворе, Ирина - в левое от двери помещение, а припозднившийся Эйрик и вернувшийся Эйвинд – во вторую от кухни комнату. В первой за занавеской спала Гудрун.
Лежа в отдельной светелке, на ровном полутвердом матрасе, на такой же подушке, накрытой чистым холстом, под похожим на плед одеялом, не испытывая качки, не слыша храпа парней и кваканья лягушек, в одной длинной рубахе на голое тело, с промытыми распущенными волосами, иномирянка смогла только привычно подумать «Хорошо-то как, Машенька! – Да я не Ма…», как ее подхватил на руки Морфей-усыпальник.
В это время в дальней комнате на заднем дворе
-Господин, вы как?-тревожился Ярик. – Странная еда, спасибо госпоже, выбрала правильно.
-Господин, что дальше?- подал голос один из телохранителей.
Аладдин Али-Абу ибн-Рашид лежал на относительно нормальной постели за последние три месяца и не желал ни отвечать, ни думать. Он смертельно устал! И уже сожалел, что так необдуманно попался на уловку четвертого брата и потащился на край света. Зачем? Но принц молчал, обрывая недостойные сына халифа мысли даже внутри себя.
-Исмаил, Ярик, давайте спать. Мы почти у цели. Как говорит Эйрин, утро вечера мудреннее.
Слуги вздохнули и выполнили приказ господина. Тихо здесь, спокойно. И правда, надо отдохнуть, когда еще им такое удастся…
В тоже время в комнате за кухней в доме Гудрун-вельвы
-Эйвинд, отплывать надо через день, край.. Хельмут рассказал, что конунг сначала созывал всех по поводу предложения Фризии и Бриттании отправиться с ними в Теплый и Южный океан искать дорогу в Страну слонов и рубинов, Синдху , или Джунго, страну фарфора и шелка, по морю, минуя степняков и халифат, в пику Генуэзии. Они предоставят корабли быстроходные, Нордия – рисковых моряков. Сыновья Локи! Боятся сами-то!
Эйрик устало откинулся к стене.
- Потом ригстаг поднял вопрос о наследнике, пригрозив Хакону голосовать, если он не назовет имя хотя бы претендента. Дальше-больше: сухопутные короли выразили надежду на брак одного из сыновей конунга с их принцессами, неважно кого с кем. Ригстаг заволновался, ярлы никак не договорятся, какому предложению отдать предпочтение. Торвуда-то вернули в столицу, представляешь?! Вроде исправился…Ага – протянул недоверчиво Эйрик. – Ну чего молчишь, Ветерок?