С песней по жизням. Часть 1 и Часть 2 (СИ)

Ярик помолчал немного, потом продолжил:
- Господин хороший человек и воин тоже. Его не особо любят во дворце-он не рвется к власти, избегает конфликтов, с султаном в целом ладит. Мать его тоже умерла. Ему очень нравиться, как вы поете! Красиво! Мне тоже. И он уже может говорить, только не считает нужным.
-Может, и правильно делает. Прям 13 воин!
-Почему 13?
-Расскажу как-нибудь.
***
Лапшу Ирина накатала еще в трактире, подсушила там же и вот теперь использовала в дополнение к крупе. Если Эйвинд считал, они по нескольку дней не якорились, тогда в ход шли сухари, сало или копченое мясо с рыбой. Пить Ирина заставляла только кипяченую воду, запасая ее на стоянках в небольшие бочонки и кувшины. Пиво - только в деревнях и помалу, чтоб не расслабляться.
За время пути Ирина немного сблизилась с принцем, обмениваясь репликами и постепенно учась понимать друг друга, вязала свитер, играла на вуэле и пела, когда «усталые детишки» просили. Но в основном хозяйничала или спала: так дорога казалась легче. К сожалению, заниматься с Миколой почти не удавалось: парень периодически сидел на веслах, уставал и валился спать как убитый.
А вот с Аладдином, благо, жили рядом, в когге, она музыкой баловалась. Сближение их произошло после одного редкого лагеря на берегу Березины.
***
Ирина перестала считать дни, поэтому не могла точно сказать, сколько они уже плыли. Накануне целый день и ночь шел дождь: мелкий, противный, ну хоть тепло было. Все равно-брр! Ребята махали веслами, принц медитировал, Ирина злилась.
Слава богу, следующий день стал жарким, ватага повеселела, и Густаффсон объявил остановку на песчаном побережье, редком в этих местах. Молодцы разделились, как обычно: кто - охотится, кто - по дрова, Ирина - к костру, готовить. Поели горячего, ребята бросились мыться, стираться, Ирина, перемыв котелки, тоже поплескалась в вечернем сумраке: потерлась песком как скрабом, промыла немного голову, постирала одежду и вернулась к кострам, застав там веселье.
Дело в том, что Аладдин держался особняком, ни с кем в контакт не вступал, даже с Эйвом, но от помощи в делах не уклонялся, как и его охрана: те даже на весла садились иногда. А вот мыться со всеми не ходил: либо после всех, либо в сторонке, под присмотром бодигардов. Норды посмеивались, но молчали, а тут, видать, прорвало.
-Нежный у нас пассажир – завел шарманку Лейв Свенссон, шутник и язва. – Вот смекаю, а не девка ли переодетая, а? Эй, Ала, как тебя, принц! Ты стесняешься чего? И платок не снимешь? Ты не баба, часом?
Парни ржали, пустынник помолчал, да и выдал на нордском:
- Я-воин не хуже тебя, северянин! И я –мужчина! Платок называется куфия, и снимать его-нарушать запрет Аллаха! Ты лучше извинись или я вызову тебя на поединок!
Лейв обалдел, остальные тоже, а потом, как обычно, заржали конями.
-Смотри, немтырь заговорил, а мы думали –немой совсем!
- Я не немой! Я учил в дороге вашу речь! Жду извинений!- строго проговорил Аладдин, а Ирина не выдержала и ляпнула:
-Я ж говорила, 13 воин!
Народ оживился –какой такой 13 воин?
-Эйрин, кому говорила? О чем? Давай, расскажи!
«Вот язык мой-помело!» - посетовала Ирина, но начала рассказ – не отстанут:
- Однажды великий воин из северных земель, прославленный Беовульф, возвращался со своим хирдом домой. И пришла к нему колдунья, и повелела пойти к местному королю, и помочь ему в борьбе с племенем Пожирателей трупов, держащим округу в страхе. Но победа будет за Беовульфом только в том случае, если с ним пойдет 13 воинов, и последним станет иноземец, пришлый, которого пошлют ему Боги Асгарда….
Ирина пересказывала сюжет голливудского блокбастера с Бандерасом, который не раз смотрела, невзирая на сказочность и излишнюю пафосность. Но Антонио скрашивал своей харизмой все шероховатости. Повествование в свете костров приобретало черты реальности, и ватага подбиралась все ближе к девушке, желая не пропустить ни слова.
Момент, когда Бандерас поразил рыжего викинга познаниями в брани на их языке, был встречен громовым хохотом и указаниями пальцами на Лейва и принца.
 
Норд тоже ухмыльнулся, встал и поклоном извинился перед принцем. Конфликт был исчерпан, а под ночным небом рекой текла история о подвиге 13 воинов, изгнании нелюдей и славной гибели Беофульфа.
***
Окончание рассказа ознаменовалось всхлипываниями Ярика и предложением Эйрика почтить память славного воина пивом.
-Ярик, ты почему плачешь? – спросила Эйрин юного раба. –Птичку жалко? – не смогла не поддеть.
-Какую птичку? –не понял малец, естественно.- Мне главного воина жалкооооо! И товарищей его! Их же всего трое осталось! И эта ведьма,уууу! – погрозил кулачком невидимой врагине парень. – Зато Ахмед стал настоящим мужчиной! Мой господин такой же! –гордо закончил Ярик.
Норды обсуждали историю, а Эйрин вдруг поймала себя на мысли, что совсем не беспокоится о тайне своего перерождения. За все время ей никто, кроме ротмистра, не дал понять, что сомневается в ней или подозревает. Норды, да и Микола, приняли ее без вопросов – даже если они у них и были.
«Странно, но пусть так и остается. Если их моя необычность не напрягает, то мне-то чего загоняться?» - решила попаданка и пошла спать.
  
Часть вторая Глава 8
 
После той ночи Аладдин начал наигрывать по вечерам на флейте. Иногда это было «в кассу», под настроение, а иногда его ребята обрывали. Араб (ну,допустим) не обижался. И однажды Ирина напела ему «Одинокого пастуха» и «Парящего кондора», потом вальс Свиридова из «Метели» и Доги из «Мой ласковый и нежный зверь».
В исполнении флейты звучание было не так поразительно, как в оркестровке, но слушателям понравилось. Потом они начали подбирать аккомпанемент к некоторым ее песням или Ирина напевала мелодии без слов, типа «Yesterday» или «La vie en rose», саундтреки к французским комедиям, советским фильмам. Что вспоминала и что могло подойти флейте. Неплохо получалось, кстати.
В постоянном движении, с некоторыми мелкими проблемами они дошли до Борисова, немного отдохнули, посетили баню, нормально выспались и, помолясь, пустились в самый трудный и опасный участок пути между истоками Березины, воды которой им предстояло покинуть, и Вилии, который надо было найти в паутине лесных болот и протоков.
***
Эту часть Ирина вспоминать не любила, потому что все время, пока они наобум крались по мрачной болотистой безлюдной местности, она БОЯЛАСЬ. Да, вот так, большими буквами.
Еще и солнце, по которому явно ориентировался Эйвинд, периодически пряталось за редкие темные тучи, проливавшиеся мелким настырным дождиком на их бедовые головы.
«Нас точно черти водят или леший испытывает»- маялась опасениями Ирина, пока не плюнула и не попросила капитана остановиться на более-менее сухом месте.
-Что ты хочешь сделать, Эйрин? –устало спросил ее Густафссон.
«А он тоже тревожится. И парни молчат задумчиво. Эй, хуже не будет!» - махнула про себя рукой попаданка.
- Лешему мы не поклонились и дар не дали, вот он нас и крутит. И болотнику тоже! – выпалила Ирина. – Я сама пойду, вы сидите. Эйв, хуже не будет, я так думаю.
Видя решимость девушки, вождь нордов дал отмашку, и на берег протоки гребцы бросили широкую доску, по которой девушка на трясущихся ногах спустилась и, отойдя метров пять(дальше побоялась), положила на ближний куст черники в чистой тряпочке кусок хлеба, сало, мясо, несколько пряников и малый кувшинчик меда. Не веря сама себе, поклонилась и прошептала:
-Батюшка леший, хозяин леса, прими, не побрезгуй! И ты, господин Болотник-Водяной, составь ему компанию! Откушайте да выполните просьбу мою: выпустите нас к воде большой, к Вилии, мы уйдем и дадим вам покой и тишину. Простите, если что не так!
Она еще раз поклонилась и вернулась на когг.
-И что теперь?- шепотом спросил ее Ярик.
-Честно, не знаю. Но очень надеюсь, что скоро мы отсюда выберемся.