С песней по жизням. Часть 1 и Часть 2 (СИ)

Принц сидел за столом с Эйвиндом, но ему подали отдельную посуду, как гостю. И плов. Ирина спросила, пришлось ли блюдо по вкусу принцу, он, посмотрев на неё внимательно и чуть ошеломленно, кивнул.
Пока мужчины насыщались, кормчий вел тихий разговор с принцем, вернее, со стоящим за ним рабом Яриком. Судя по лицам, к определенному соглашению они пришли.
«Ну, теперь можно и спеть для поднятия настроения» – решила попаданка и встала, привлекая к себе внимание. Норды начали перешептываться, улыбаться, предвкушающе. Было приятно, да и репертуар она уже примерно подготовила, так что особо не волновалась. Единственное, что расстраивало – отсутствие привычного и любимого баяна, без него Ирина была как не голая, но недоодетая, что ли. Вуэла немного помогала, но не для всех песен гитара хороша.
Девушка распрямилась, оглядела зал, вздохнула и - «ну, с Богом!» -приступила.
****
- Ой вы гой еси, добры молодцы, добры молодцы, красны девицы (поклоны во все стороны, видела Ласку в дверях кухни вместе с Любавой) ! Мужи старшие, жены славные, вои крепкие, гости дальние! Пир не пир, коль он без веселия, не дает душе развернутися! Песни старые, песни новые я вам здесь спою в удовольствие! Не поймет кто что, так задаст вопрос, а иной мой сказ так понятен будь.
Ирина еще раз поклонилась, взмахнув рукой. Сегодня она отпустила себя, вспомнила все свои роли: руководитель хора, тамада, певица…Артистка, короче, для которой выступление перед публикой как глоток воздуха!
- Грусть-печаль свою вы гоните прочь, я вам буду петь, что сдержать невмочь! Про друзей-врагов, про родимый край, чтобы сил придать и надежду дать! Будет труден путь, будет долог он, но не вам идти ко злу на поклон! Крепок духом ваш командир, а вы все ему под стать, норды мощные! И пройдете вы по рекам-морям, и про вас везде скажут главное: не сдались они пред бедой своей, одолели враз зависть чуждую! Ждет вас брег родной да со славою, а родня на нем да с добычею!
Ирина говорила нараспев, подражая русским былинам. Был у неё опыт спектакля с детьми по мотивам былин и сказов, вот тогда она и запомнила ритм и выражения. Ну, а вдохновение, пришедшее из-за ожиданий ватаги, помогло не запинаться, даже не задумываться: ее словно вел кто-то.
В зале стояла тишина, слушатели внимали говорящей, пытаясь вникнуть в смысл ее речи. И, наверное, что-то да понимали, потому как на лицах проступало легкое самодовольство и горделивость: чувствовали, что Ирина их хвалит?
Попаданка оглядывала публику и успокаивалась – начало положено. Эйвинд снова смотрел на неё задумчиво и ласково (?), Эйрик–гордо, аж надулся, Микола–в ожидании чуда, а пустынный гость – с легким недоумение.
Ирина подошла к Густафссону:
- Что-то наш кормчий последние дни серьезный не в меру, поэтому начну-ка я с него.
Ира набрала грудь воздуха и запела-заиграла:
Жил отважный капитан, он объездил много стран
И не раз он бороздил океан…
Ира входила в роль: хмурила брови, выпячивала грудь, модулировала тональность, жестикулировала. В общем, старалась максимально оживить текст для большинства слушателей пантомимой. Те же, кто понимал, уже улыбались, притоптывали и бросали в сторону кормчего задорные взгляды, а Эйвинд старательно «держал лицо», но глаза явно смеялись. Припев Ирина пела, похлопывая в ладоши, и за ней вторил сметливый Микола и басил Эйрик:
Капитан, капитан, улыбнитесь!
Ведь улыбка это флаг корабля!
Капитан, капитан, подтянитесь,
Только смелым покоряются моря!
Ватага «подпевала» мычанием, покачиванием корпусом, притоптыванием, улыбками. Премьера состоялась! Ирина поклонилась и продолжила:
-Ну, капитана мы поддержали, теперь «Песня о ветре». Да, да! И она – для остальных!
А ну-ка песню нам пропой, веселый ветер
веселый ветер, веселый ветер!
Моря и горы ты обшарил все на свете
И все на свете песенки слыхал…
Эйрин ходила между столов, размахивала в такт руками, парни кивали одобрительно, а зажигательный мотив наполнял трактир жизнью. Иру так радовал собственный голос, что она не чувствовала усталости, только изредка смачивала горло вкусным отваром.
 
И пела, пела даже то, что раньше не могла, потому что элементарно не хватало «дыхалки». Взрослые песни перемежались с забавными детскими, грустные – с веселыми, в каждую исполнительница вкладывала душу и способности обеих своих составляющих – памяти Ирины и вокала Арины.
«Ты помнишь, как все начиналось?
Все было впервые и вновь,
Как строились лодки и лодки звались
Вера, Надежда, Любовь!
Дальше эстафету подхватила песня из довоенного фильма «Семеро смелых», которую часто напевал, работая в саду, ее дед, бывший полярник:
Лейся, песня, на просторе,Не скучай, не плачь, жена.Штурмовать далеко мореПосылает нас страна.
Ира меняла стили, тональность, громкость и серьезность:
Если с другом вышел в путь,
Если с другом вышел в путь,
Веселей дорога!
Без друзей меня чуть-чуть,
Без друзей меня чуть-чуть,
А с друзьями много!
****
За несколько часов Валиева перепела с десяток и более песен. Атмосфера в трактире наполнилась смехом, довольством, настроение и слушателей, и самой артистки было приподнятым.
Ирина вошла в раж, испытывая небывалый душевный подъем и вдохновение. Она чувствовала себя волшебницей или царицей этого маленького мира, но в этом не было жадной властности, но присутствовала сила очарования. Сейчас она владела душами и сердцами собравшихся, и щедро даря им свое искусство, получала от них не меньше в виде блестящих глаз, восторженных лиц и бурных аплодисментов. Иномирянка как бы парила на крыльях любви ко всем и каждому, готовая отдать всю себя без остатка, лишь бы слушатели и зрители ее моноспектакля были довольны.
Она впервые до конца поняла тех великих артистов, которые чуть ли не до последних минут жизни служили театру и кино, стремились на сцену, где забывали о немощи, болях, недугах и потерях, предаваясь любимому делу – лицедейству в хорошем смысле. Энергетика зала при живом исполнении – это нельзя объяснить, только чувствовать, растворяясь в эмоциях и своих, и зрителей.
Песни о море, дружбе, доме перемежались шутливыми, на исполнении которых Ирина «отрывалась». Так, неожиданно для себя, она «в лицах» спела песенку Водяного из мультика «Летучий корабль»:
Я- водяной, я - водяной,Поговорил бы кто со мной,
Микола захохотал первым, ему вторила Любава, а норды желали перевод. Пришлось коротко объяснить, кто и о чем так страдает на болоте.
Песни уже вели ее, одна за другой просясь на язык сами, без ее желания и плана. Ирина разошлась настолько, что пустилась в пляс под любимую с института «Порушку»: ну не «Барыня», зато как заводит!
Уж ты, Порушка-Пораня,
Ты за что любишь Ивана.
Ой, да я за то люблю Ивана,
Что головушка кудрява.
Уперев руки в боки, поводя плечами, она подошла к Миколе и начала вокруг него пританцовывать, вынуждая подыграть. Отдать должное, Микола сообразил, что от него требуется, и тоже начал и топотать, и похаживать, и голову задирать, как вроде по тексту песни красуясь. Ухватив движения девушки, довольно быстро вошел во вкус и демонстрировал некое подобие «русской». Под одобрительные выкрики и хлопанье северян они закончили экспромт общим поклоном. Мужики хохотали, Аладдин таращился, а Эйрик довольно поглаживал бороду, громко оповестив собрание:
-Ну, парни, хороша дочь моя? Эйвинд, ты удачливый сын Тора, раз именно у тебя теперь в хирде есть такой скальд! Удача точно будет с нами, несмотря на происки волка и других неприятелей! Иди сюда, Эйрин, дай обнять тебя, красавица! – Эйрик сграбастал девушку в объятия и, усадив себе на плечо, спросил: - Довольны ли вы, парни, выступлением моей дочери?
-Даааа! – рявкнули норды. – Рыжий, теперь тебе надо строить дом крепче прежнего, иначе со всей Нордии к его стенам будут идти желающие послушать ее песни, а не пустишь – разнесут по бревнышку!