Прекрасная новая жизнь
В глубине души Анна была в ярости. Она и без того знала, что прекрасно выглядит, но ее красота была предназначена не для Уильяма. Однако именно на его деньги куплено это платье, и Анна решила сменить гнев на милость – пусть старик порадуется.
– Ужин готов, – объявила она. – Вам принести на подносе или накрыть на стол?
– На стол, – ответил он, медленно проходя на кухню. – И ты можешь посидеть со мной.
Анна повиновалась. Накладывая еду, она чувствовала на себе пристальный взгляд Уильяма. Поставив тарелку перед стариком, села напротив. Анна почти никогда не ела, и уж точно не в компании Уильяма. Вместо этого она, наблюдая, как старик добавляет в чай несколько ложек сахара, потягивала молодое белое вино.
– Вы так и не рассказали, куда сегодня ходили, – заметила Анна, вперив взгляд в галстук Уильяма.
Старик мрачно кивнул:
– Утром, после твоего ухода, я читал газету. – Он медленно прожевал и с усилием проглотил. – Рухнул еще один банк.
– Неужели? – задумчиво отозвалась Анна. Случись нечто настолько серьезное, она наверняка услышала бы об этом. – Какой именно?
Он указал вилкой в сторону столешницы, где лежала газета. С вилки слетел кусочек запеканки и попал Анне на руку – хорошо хоть не на платье. Девушка смахнула его, пытаясь не выдать своего отвращения, и потянулась за газетой.
Оказалось, Уильям читал «Телеграф», но за 2008 год. Новости более чем десятилетней давности. Анна молча положила газету на место.
– Я сразу пошел в банк, точнее, в оба банка, где у меня сбережения, – продолжал он. – Сказал им, что трудился всю жизнь и не собираюсь терять честно заработанные деньги. Поэтому я их снял.
Анна резко поставила бокал на стол:
– Что значит «сняли»?
Отправив в рот очередную порцию запеканки, Уильям стал медленно пережевывать, словно испытывая терпение Анны. Наконец, опершись о стол, тяжело поднялся на ноги:
– Пойдем покажу.
Они прошли по коридору, а оттуда – по лестнице на второй этаж. Анна поднималась, держа руки наготове, чтобы подхватить Уильяма, если он вновь потеряет равновесие. Когда оставалось всего несколько ступенек, старик пошатнулся, но успел ухватиться за перила и без помощи сиделки вошел в спальню.
– Вот. – Уильям указал на черную спортивную сумку, которую Анна раньше не видела. – Решил, что безопаснее хранить деньги у себя.
Девушка оценивающе взглянула на сумку:
– Сколько же там денег?
Старик достал из нагрудного кармана листок бумаги и прищурился, пытаясь разобрать написанное.
– Восемнадцать тысяч фунтов, – заключил он и, аккуратно сложив бумажку, убрал ее, похлопав себя по карману.
– С ума сойти, – прошептала Анна.
От волнения ее сердце учащенно забилось. Как он вообще смог дотащить это? Анна точно знала, что такая тяжесть немощному старику не по силам.
– Вам, наверное, было тяжело?
– А мне помог таксист. Славный малый.
– Вы рассказали ему, что в сумке? – От этой догадки Анну бросило в дрожь.
Он беспечно пожал плечами и широко улыбнулся:
– Не накручивай себя так, милая.
Нужно срочно что-то придумать. Анна накрыла ладонью руку Уильяма и нежно погладила ее:
– Вы поступили разумно. Я банкам тоже не доверяю. Но нельзя просто оставить деньги здесь. – Она ободряюще улыбнулась. – Хотите, я за ними пригляжу?
– Не нужно, спасибо, – отмахнулся Уильям. – Хочу, чтобы они были у меня на глазах.
Старик утомился после насыщенного дня – он неверными шагами подошел к кровати, присел и похлопал сморщенной рукой по покрывалу возле себя:
– Не хочешь ненадолго прилечь со мной, Джемма?
Она, принужденно улыбнувшись, подошла и взбила подушки.
– Сначала мне нужно помыть посуду. Минут через десять вернусь и посижу с вами.
Уильям просил ее «полежать» с ним несчетное количество раз, а она неизменно поправляла его, что «посидит». Иногда, пока Анна всячески пыталась оттянуть неприятный момент возвращения к старику, он успевал уснуть. Она надеялась, что сегодня произойдет то же самое.
– Ты ведь скоро вернешься? – услышала Анна, выходя из комнаты.
Девушка остановилась в дверях. Черная сумка притягивала ее взгляд, словно магнит.
– Скоро, – пообещала она.
* * *Стоя на кухне, Анна задумчиво барабанила пальцами по столу. Восемнадцать тысяч фунтов наличными прямо над ее головой, в сумке на полу… Она ненадолго потешила себя мыслью, что Уильям не станет их пересчитывать и можно будет без его ведома прибрать к рукам какую-то часть.
Глаза Анны засияли. Она вновь вспомнила о женщине в кафе. Сколько бы денег ни приносила Томми высокая должность в Сити, даже у Полы вряд ли было в распоряжении целых восемнадцать тысяч!
По всей видимости, Уильям уверен, что она тут моет посуду. Анна прислушалась к тому, что делается наверху. Тишина. Она взяла телефон, не боясь, что ей помешают. На страничке Полы в «Фейсбуке» успел появиться очередной пост. «Сюрприз от Томми!» – гордо значилось под фотографией билетов на круиз в Исландию.
Анна увеличила изображение в поисках даты. Отплытие из Саутгемптона через семь дней. Она аккуратно положила телефон на стол, боясь испачкать его о пятна соуса, – ел Уильям неопрятно.
Сверху донесся глухой удар, а за ним – медленное шарканье. Анна раздраженно вздохнула, поднялась из-за стола и начала собирать тарелки.
– Джемма! – раздался из спальни голос Уильяма.
– Скоро приду, только уберу со стола! – отозвалась она.
Анна поймала свое отражение в окне. Красивая девушка в дорогом платье – и в фартуке, испачканном остатками стариковского ужина.
Стянув фартук через голову, она скомкала его и бросила на стол, а затем нехотя поднялась в комнату Уильяма.
* * *Он проснулся рано, как и все пожилые люди, Анна же не сомкнула глаз.
Ближе к полуночи она попыталась незаметно встать с кровати, но Уильям это почувствовал и, схватив ее за плечо, снова притянул к себе. Он не проронил ни звука – слова были ни к чему. Анна, скрепя сердце, лежала рядом с Уильямом, слушая его храп и вдыхая смесь талька и кулинарного жира. Рука старика тяжело покоилась на ее бедре, но девушка осторожно выскользнула из его объятий и вернулась к себе в спальню.
Сняв одежду, она с опаской понюхала шерстяное платье. С раздражением отметила, что придется сдать его в химчистку. «Пусть Уильям раскошелится», – с горечью подумала девушка.
В шесть утра, когда на улице еще не рассвело, дверь комнаты со скрипом распахнулась. Анна вечно спала как на иголках, потому что знала: в любой момент к ней может забрести Уильям. Не хотелось подпускать его к своей узкой односпальной кровати.
– Уильям? – Анна откинула волосы от лица и натянула на себя одеяло, пряча наготу. – Еще рано. Ложитесь в постель, а я заварю чай.
Она оглядела его силуэт в неверном свете из коридора. Старик успел одеться, хоть и наполовину: в черный полинявший жилет, коричневые брюки и темно-синие подтяжки. Анна отвела глаза, надеясь, что Уильям не заметил ее отвращения.
– Я тороплюсь. – Он покачал головой и опустил взгляд на выцветший ковер. – Дел невпроворот.
Губы Анны искривились в горькой усмешке. Чем это ему срочно требуется заняться? Ничем! Ведь она все делает за него. У Уильяма нет ни хлопот, ни хобби, ни друзей.
– Вам ничего не нужно делать, – с напускным спокойствием уверила его Анна. – Возвращайтесь к себе в комнату. Я скоро встану и приготовлю завтрак.
– Ты не понимаешь, – тихо ответил он и поднял на Анну встревоженный взгляд. – Ко мне едет сын.
* * *Сидя в сумрачной гостиной, Уильям подробно рассказал Анне о предстоящем визите.
Сына звали Джейсоном. Он жил и работал в Испании, где управлял несколькими ресторанами и барами. Джейсон не навещал отца за все время работы Анны. На ее памяти он ни разу не позвонил и не написал старику. Единственным знаком внимания с его стороны были ежегодные рождественские открытки.