Легенды Гарсариона: Искра (СИ)

— Надежду? — усмехнулся Кайден. — О какой надежде ты говоришь? Я давно ее потерял, я ни на что не надеюсь, этому миру конец, всему конец, просто нужно немного подождать.
— Кайден, — улыбнулся старик.
«Откуда он знает мое имя?»
— Сейчас у тебя есть дюжина способов умереть. Выбери один из них и умри. Прямо сейчас.
Кайден опешил, а старик рассмеялся.
— Ну вот, не хочешь ты этого. Ты еще не утратил надежду, иначе ты бы уже убил себя. Ты способен на это. В глубине души ты знаешь, что не все еще потеряно, именно поэтому ты стремишься в Фархен.
— Я иду туда, чтобы заработать и спустить деньги на развлечения. — Кайден уже смирился, что этот старик знает вещи, о которых знать не должен.
— Вовсе нет. Ты знаешь, что в Фархене есть что-то особенное, ты понял это, когда увидел в отряде шуан.
— И что это меняет? — развел руками Кайден, не найдя, что ответить.
— Вот и узнаем, — улыбнулся старик, развернувшись, чтобы уйти.
— Кто ты такой? — спросил его в спину Кайден. — Ответь!
— Будь с ней поласковей, она много перетерпела, — прозвучал напоследок голос старика, перед тем, как он исчез во тьме. Эти слова неясным образом впились в разум Кайдена, и крутились на языке. Будь с ней поласковей, она много перетерпела. О чем он говорил? Кто? О чем он думает? Образ старика начал таять, истончаться. Их разговор пропадал из памяти. Кайден стал судорожно цепляться за него, но не смог удержать. И вот мгновение спустя Кайден уже совершенно не помнил разговора со стариком. Будто бы ничего и не было. Будто бы он просто пришел сюда секунду назад. В голове остались только слова: будь с ней поласковей, она много перетерпела. Он не знал кто это сказал, эти слова просто крутились в голове, и он никак не мог их выбросить. Вдруг он услышал шаги позади. Это была Рейта.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Переживаешь? — усмехнулся Кайден.
— Тебя долго не было, — пожала она плечами.
— Долго?
— Ага.
Он подошел к ней ближе.
— И чего это ты решила заговорить со мной?
— Я всего лишь проверила, живой ли ты.
— И тебе не все равно?
Рейта не ответила, только молча смотрела на него.
— Я ведь любила тебя, — сказала она вдруг. — А ты вытер об меня ноги.
— Вовсе нет, я просто ушел. Я был волен это сделать, потому что никому ничего не должен, ты согласна?
— Думаю да. И все же…
— И все же ты все еще думаешь, что у нас что-то может получится?
Она задумалась, отвернулась.
— Рейта, — Кайден одернул ее. — Скорее всего мы погибнем. Все или большинство из нас, не знаю. У нас с тобой ничего не получилось бы, не тот образ жизни мы вели. Более того…
— Что?
— Я не совсем-то и обычный человек, — улыбнулся он.
— Да ну? Может потому, что ты из авиров?
Кайден опешил.
— А, — улыбнулась она. — Вероятно ты думал, что я глупа как овца. Я знаю, кто ты, Кайден. Цвет твоих волос, несмотря на то, что ты пытаешься их тщательно скрывать за этой повязкой, я видела. Вот только мне интересно, сколько тебе лет? Мама в детстве рассказывала мне, что авиры живут дольше обычных людей в несколько раз. Так сколько тебе?
— Больше сотни.
— Ну и дела…
— Да, но физически сейчас я даже моложе тебя.
Рейта нахмурилась, а потом они оба рассмеялись.
— Сначала я не могла в это поверить. Ведь это невозможно, все авиры погибли в Скараграсе, а остальных перебили, потому что они устроили эту катастрофу…
— В этом виноваты не авиры, — перебил ее Кайден. — А люди твоего племени — норады. Я был там, в Авиране, когда все случилось.
— Как скажешь, — пожала плечами Рейта. — Но это все равно в голову не идет, что тебе больше сотни лет.
Кайден усмехнулся.
— Как ты сказал, мы вероятней всего умрем, — пожала она плечами. — А я не хочу умирать, не сделав всего, что я хотела. Я все равно не смогу сделать все, но хоть что-то все же успею.
— И что же? — ухмыльнулся Кайден.
— Я все еще люблю тебя. Не говори ничего. Мне плевать, что ты не чувствуешь этого ко мне. Я только поэтому не рассказала никому о том, что ты авир. В таком случае тебя бы убили, я думаю.
 
Кайден молчал, смотря на нее. Она подошла ближе, схватила его за воротник и поцеловала. Недолго думая, Кайден расстегнул пояс и ей и себе, обнажил ее ноги, отметив, что они стали уже не такими упругими, как раньше. Прижал ее к дереву и принялся за дело. Пришлось закрыть ей рот руками, чтобы из расселины не услышали ее стонов. Это было приятно, тепло. Все закончилось быстро, Рейта успела вместе с ним.
Они оделись. Кайден пришел к выводу, что это было не так, как он ожидал, все же возраст сказывается на норадах сильнее, чем на авирах.
— Это вовсе не значит, что я на тебя не злюсь.
Кайден лишь улыбнулся, а потом они ушли спать к остальным.
Наутро они продолжили подьем. Рейта молчала, чему Кайден был рад. Оценивая прошлый вечер, он понимал, что хоть и получил то, чего хотел, ему это вовсе не понравилось. Теперь он совершенно не испытывал к этой женщине никакого интереса. Так даже лучше. Спокойно.
Подъем продолжался и становился все круче. Опасные обрывы стали попадаться чаще, и вести вперед, прокладывая дорогу вызвалась Ираэль. Глаза у шуан видели лучше, а если говорить о Гильгане, то у шуан их было на один больше. К вечеру отряд уже мог видеть вершину горы, по которой они поднимались. Но не вершина им была нужна.
— Пойдем возле той скалы, видишь? — говорил Гильган полукровке Ираэль. — Там нужно будет спуститься на карниз, он достаточно широкий и ведет как раз вдоль этой горы к той стороне. Обойдем быстро. Главное — не шуметь и двигаться быстрее. У Свирепых хороший нюх, а если они почуют чужаков у себя, то постараются прогнать. Они ребята мирные, пока к ним не полезут.
— Да тебе надо в Орумвайн к ученым, с твоими знаниями, — усмехнулся Вецемар, а Хоргут залаял в свой шлем, пытаясь, видимо, изобразить смех.
Когда стемнело, они приблизились к карнизу, который вел вдоль горы. Внизу был обрыв, дна которого видно не было. Переходить через него в темноте не решались, было слишком опасно. Более того, до неких катакомб шуан было рукой подать.
Путники не нашли укрытия для ночевки. Мало-мальски им в этом помогли несколько больших камней, за которыми они смогли укрыть костер. Эту ночь решили дежурить, ведь нужно было поддерживать костер, к тому же совсем недалеко могли шастать Свирепые, которые очень даже хорошо охотятся ночью. Они понимали, что в случае нападения, у них будет мало шансов, но кто-то убежать все-таки сможет. Кайден дежурил первым. Он сел у костра и уставился в пламя, слушая завывания ветра. Ему постоянно казалось, что он слышит голоса. Голоса Тени. Голоса говорят ему имя. Имя человека, которого давно нет в живых, и благодаря которому и пала империя, погиб его дом. Гордер Арсайд. Близкий друг императора, который стал рабом Тени и поднял восстание, превратив мирную жизнь в Авиране — в мясорубку. А после пришла Тень. Он слышал имя своего брата, которого потерял после побега из Авирана, он слышал имена своих родителей, имена своих друзей. Все, кто когда-то был ему дорог — погибли, а он остался совсем один. Без единой цели, перебиваясь мелкими, дабы скрасить свою жизнь. И почему же он не убьет себя? Почему он так борется за свою жизнь? Неужели он и правда, где-то в глубине души верит в то, что Тень можно остановить? И как же это сделать?
Сменил Кайдена Вецемар, который угрюмо сел у костра и уставился своими мертвенными глазами в темноту, его лысина поблескивала от костра. Кайден лег спать, но уснуть не мог, несмотря на усталость.
Вдруг сквозь ветер послышался шум, будто бы хруст веток и тихое хрипение. Кайден подорвался, звук приближался.
— Туши костер! — шикнул Кайден Вецемару и тот мигом накинул свой плащ на костер. Огонь потух. Кайден растолкал остальных.
— Поблизости кто-то есть, скорее всего Свирепый, — сказал он шепотом.
Отряд прислушался. Хрипение, размеренное и ритмичное, звучало где-то поблизости. Хруст веток прекратился — ночной гость остановился, наверняка принюхивался. Кайден вынул арбалет из кобуры и подтянул тетиву, пристегнул барабан с болтами. В темноте будет трудно стрелять, но глаза его уже начинали постепенно привыкать.