Мажор под Ёлкой (СИ)

Поднимаюсь на второй этаж, в комнату, которую родители обустроили для меня. Но осматривать её совсем не тянет. Очень влечёт окно. Сердце чувствует, что увижу там нечто интересненькое.
Я подхожу к нему, инстинктивно прячась за шторой. Словно хр*нов сталкер намереваюсь подглядывать за Снежаной.
Я оказываюсь прав. Её окно прямо перед моим. Свет горит, а девчонка как раз стоит у кровати и стягивает с себя свитер.
Какое зрелище! Ёёёёёпрст!
Аж давлюсь от увиденного. Под этими дурацкими шмотками прячется такая красота.
Савина, да ты та ещё секси!
Я облизываю губы. Они высохли от частого дыхания.
Вдруг в голову приходит одна замечательная мысль. Расплываюсь в довольной ухмылочке, достаю мобильник и щёлкаю колючку на фотоаппарат.
Ну всё, Снежинка, теперь ты в моих руках!
Ладони чешутся, настолько хочется показать ей эту восхитительную фоточку. Мой пульс подскакивает, отбиваясь в висках.
С виду такая скромница. Учёба, не модные шмотки, парней не подпускает к себе, а под одеждой чёрное кружевное бельё.
Тут она начинает стягивать с себя джинсы, и я чуть ли не прилипаю носом к стеклу. С шумом выдыхаю весь воздух из лёгких.
Чтоб тебя, Савина!
Но вдруг она поворачивается. Я не успеваю спрятаться. Завис на плоском животе.
— Медведев! — верещит на всю спальню, хватаясь за халат, быстро надевает его и подлетает к окну. — Сволочь!
— Да, дорогая? — высовываюсь из своего окна.
— Я… я… я убью тебя!
— Ты уже убила меня, — хватаюсь за сердце. — своим кружевным бельишком! — притворяюсь, будто ноги подгибаются.
— Гори в аду! — её изящные ноздри раздуваются от злости.
— Я и так горю, моя прелесть!
— Ненавижу! — шипит.
Ух, какая злючка!
— Знаю-знаю! — закрываю окно и задёргиваю штору, будто это она только что за мной подглядывала.
Я разворачиваюсь. Передо мной зеркало в полный рост. Вижу своё взбудораженное отражение. Основное внимания привлекает кое-что ниже пояса.
— Ай-яй-яй, Медведев, держи себя в руках! — качаю головой.
Мы со Снежаной враждуем второй год. Учимся на одном курсе. Она невзлюбила меня сразу. А я всё пережить это не мог, и задевать колючку вошло в привычку.
Ничего не вызывает у меня такого наслаждения, как её синие глазки метающие молнии.
— Паразит! — слышу перед тем, как она захлопывает своё окно.
У этого паразита есть на тебя компромат, Снежинка!
Настроение у меня сейчас великолепное. Я включаю музыку погромче и пританцовывая раскладываю вещи. Но перед глазами стоит Савина без свитера. Не спать мне сегодня спокойно.
На следующей день, в полдень, меня будет назойливый звонок. Мобильный во всю вибрирует на тумбочке. Лёха!
— Алло! — нехотя отвечаю, голова раскалывается.
— Открой уже дверь! — ворчит друг.
Чёрт! Подскакиваю с кровати. Из-за Снежинки вчера полночи ворочался. Засранка!
Быстро натягиваю на себя брюки и худи, бегу вниз и распахиваю входные двери. Вся компания в сборе. Я пригласил троих друганов и двух подруг.
— Ты где пропал?
— Уснул под утро.
— Чего так?
— Есть кое-что, что не давало покоя. — увиливаю от ответа.
— Или же кое-кто? — как-то странно улыбается друг.
— Ты про что? — не понимаю к чему он клонит.
Лёха кивает в сторону соседского дома, а на террасе стоит Савина. Девушка сбегает по ступенькам и выходит за калитку.
— Я ненадолго, бабуль! Скоро вернусь. — лучезарно улыбается старушке, стоящей в проёме входной двери.
Снежана переводит на нас свой синий взгляд. Одна бровка недовольно поднимается вверх. На несколько секунд наши глаза встречаются. В синеве полыхает огонь. Это вызывает у меня улыбку. Жду не дождусь, когда покажу ей фотографию! Ещё немного, и мышка попадёт коту в лапы. Главное, подобрать подходящий момент.
От предвкушения живот сводит судорогой.
Снежинка резко разворачивается на 180°, и задрав курносый носик, шагает в сторону леса.
Куда эта ненормальная собралась?
Я провожаю её глазами. Она исчезает за деревьями, а мне становится не по себе.
— Ребят, не хотите покататься на снегоходах? — предлагаю друзьям.
    
Глава 3
 
Снежана
— Говнюк, гад, придурок! — иду и вслух броню этого наглого мажора.
Как же он достал!
Да и я тоже хороша. Совсем забыла про шторы. Привыкла, что за моим окном пустырь.
Яростно переступаю через небольшие сугробы. Главное, где-нибудь не провалиться. Кровь кипит от возмущения.
Как он посмел за мной подглядывать?
Настолько рассержена, что готова всё сносить на своём пути. Иду глубже в лес, совершенно позабыв, что плохо ориентируюсь на местности. Я поворачиваюсь и понимаю, что территория вокруг совершенно одинаковая. Сплошные деревья и снег.
Так… не паниковать!
Можно вернуться по следам. Но сначала соберу то, за чем пришла. Большие раскидистые ели прямо передо мной. Уверена, под ними валяется много красивых шишек.
У дедушки с бабушкой старая ёлка, она старше меня. Хочу нарядить её так, чтобы походила на живую.
Мне приходится хорошенько порыться в снегу, прежде чем нахожу несколько крупных. Но этого мало. Делаю ещё несколько шагов, приметив несколько штук немного в стороне. Боковым зрение улавливаю, что что-то маячит между деревьями. Я поворачиваю голову.
Мама, дорогая, МЕДВЕДЬ!
С перепугу замираю. Впервые в жизни предпочитаю, чтобы здесь был Медведев, а не гигантский мишка. Дикий зверь замечает меня и начинает приближаться.
И что я, по-вашему, делаю? Естественно несусь прочь со всех ног. А он за мной.
Хоть медвежара и крупный, но довольно шустрый.
— Господиииииии, помоги! — мои вопли, наверное, на весь лес слышно. — Спасите! Он меня сожрёт! — ору и только больше злю хищника.
А ноги отказываются бежать. Быстро устаю из-за глубокого снега. Единственное, что приходит на ум — это взобраться на дерево. С трудом, но у меня получается. Пуховик очень мешает.
На удивление мишка не лезет за мной. Просто наблюдает снизу и играет, с брошенными мной, шишками. Сидим так какое-то время.
Блин… а я замёрзла. Зуб на зуб не попадает. Для полного счастья начинает валить снег. Крупные хлопья медленно кружат в воздухе. Ну вот! Сходила за шишками, называется.
Проходит часа полтора. Бурому зверюге наскучивает меня пасти. Какие-то звуки привлекают его внимание, и он уходит.
Я немного пережидаю. Спешить нельзя. Какое-то время спустя, наконец намереваюсь спуститься и вдруг понимаю, что взобраться было гораздо проще, чем слезть.
Нога соскальзывает, еле успеваю ухватиться, и висну на ветке, а до земли далековато. Болтаю ногами, но спрыгнуть боюсь.
Поблизости раздаётся звук мотора.
— Помогите! — кричу.
Если не ошибаюсь, это снегоход.
— Савина! — раздаётся за спиной.
Сердце с уханьем падает в желудок. Я брежу или там действительно Медведев?
Еле-еле поворачиваю голову и смотрю на него через плечо.
Да что же это такое?!
— Ты чего там висишь? — слезает со снегохода.
— А разве не видно? — бросаю ехидно. — Тренируюсь, конечно же.
Он обходит меня и теперь стоит спереди. Поджимает гад губы, чтобы не заржать.
— А ты не заметила, что… как бы погода испортилась?
— Я закаляюсь.
— Тебе не помочь? — ухмыляется.
Руки отваливаются, пальцы уже не мои, но я упорно мотаю головой.
— У меня всё схвачено! — ага, как же! Ещё немного и сорвусь.
— Ладненько, тогда я, пожалуй, пойду! — и действительно собирается уйти.
— Постой! — упрямиться буду потом. — Помоги спуститься! — заставляю себя произнести.
— А что мне за это будет? — дёргает бровями.
Ну всё! Сейчас упаду. Ладони в перчатках сползают с ветки. Больше не могу держаться. Зажмуриваюсь и лечу вниз.
Но не падаю на землю, меня плавно подхватывают сильные руки. Резкий выдох. Несколько секунд от страха прижимаюсь к широкой груди. А потом всё же открываю глаза и сталкиваюсь с голубым океаном. Пульс отдаётся где-то в горле, усиливая эффект от произошедшего.