Я великий друид которому 400 лет! Том 4 (СИ)

Да так, что работники фермы проснулись, и вскоре их погнали на поля, прогонять свиней, вот только…
— Да не пойду я, меня затопчут!
— Урожай сожрут!
— И что, мне сдохнуть из-за него?
Работники галдели и смотрели, как результат их трудов топчется и сжирается. Причём с невероятной скоростью. И вдруг примчался полный мужчина. Он был мокрый от пота, запыханный и едва не упал, когда остановился.
  
— Вы… Я… ха-а-а… — мужчина так запыхался, что даже не мог и слова сказать. Потребовалась минута, которую он стоял, упёршись руками о ноги, дабы не упасть. — Вы… ловите свиней! Они сбежали из свинокомплекса!
Но тут даже бригадир посмотрел на толстяка как на дурака.
— Что стоите⁈ Свиней ловите! — прокричал тот.
— Мы не понимать, — ответил бригадир, который очень не хотел, чтобы его затоптали свиньи.
— Да не чеши мне! Половина из вас как минимум хорошо говорит по-русски! Спасайте урожай и свиней ловите! Иначе вас всех уволят. ВСЕХ!
Люди переглянулись, и несколько особо смелых пошли к свиньям.
— Уходи, брысь! — крикнул один, и свинка, жадно жравшая капусту, повернулась к нему. И мужчина попятился, а потом и побежал. А вот второй подошёл к другой свинье и хлопнул её по спине.
— Проваливай! — замахал он руками, и сперва свинья посмотрела на него, а потом ткнула пятаком, сбивая с ног.
Визжа и крича, работник фермы вскочил на ноги и побежал, спасаясь от свиньи. Но его вновь сбили с ног и даже потоптались на нём. А остальные работники, которых уже собралось сотен пять, попятились с полей. Как вдруг на всей ферме погасло электричество… А затем запахло дымом.
— Да что происходит-то⁈
— Му-у-у-у! — послышались топот копыт и мычание… А затем, снося всё на своём пути, орда коров, разорившая другую ферму, примчалась сюда.
— Да как так-то?.. — толстый мужчина упал на задницу, смотря, как бескрайние поля овощей приходят в негодность.
Но не прошло много времени, как полностью уничтоженные поля были оставлены объединённым стадом. А направились они к полям пшеницы, ячменя и даже подсолнечника.
* * *
Спустя три часа после начала катастрофы.
— Скоро прибудут, — сказал сотрудник МЧС. Здесь было заграждение из тракторов, пожарных машин и легкового автотранспорта.
Позади этой огромной баррикады находились бескрайние пшеничные поля агрохолдинга.
— Вы обязаны их остановить! Слышите? Обязаны!!! — заявил главный менеджер холдинга. Им был вспотевший от нервов мужчина, сорока лет. Невысокий, толстый и с неприятным лицом. Но лишь в том плане, что он смотрит на всех как на говно.
— А вы могли бы пригнать своих рабочих! — рыкнул на него мужчина из МЧС. Он командовал этой операцией, и сюда уже стянули сотни людей из разных ведомств. Даже из полиции.
— Мы дали вам свои тракторы и фургоны! — возразил менеджер.
— А если бы дали людей, мы бы смогли подготовиться нормально, а не этот позор!
Стадо двигалось по дороге, шедшей через лес, и уже ощущалась вибрация от топота тысяч копыт. Людям пришлось пожертвовать множеством полей, чтобы подготовить засаду на пути стада. И здесь были созданы настоящие баррикады.
Сельскохозяйственная техника, фургоны, легковые автомобили, полицейские машины, автобусы для перевозки рабочих, пожарные машины и мусорные баки… Много баков. Сейчас в них бросали землю и мусор, дабы их не снесли, как пушинки.
— Вот они!
— Боже… сколько же их…
— Стреляйте в воздух!
— Дымовые шашки!
Среди людей начиналась паника, потому что они не ожидали столь многочисленную орду. И вот коров начали пугать, дабы они остановились или хотя бы сменили направление, а пожарные приготовились бить по ним водой. Но всё было бесполезно.
— Прячемся! — раздался приказ, и люди попрятались за большими машинами, потому что небольшие машины были сметены… Как и мусорные баки.
Орда попросту промчалась дальше, разоряя поля, но… Всего через два часа стадо остановилось у озера, где агрохолдинг разводит рыбу. Стадо устало… Да и люди устали.
* * *
Полевой лагерь.
Некоторое время спустя.
В большую палатку вошёл полный загорелый мужчина, платком вытирающий лицо. Мужчина срочно вернулся из солнечной Антальи, где был «в командировке» и решал «важные» дела.
Сев во главе стола, за которым уже собрались главы ведомств, а также главный менеджер Агро-Сиб-Холдинга. Все выглядели уставшими, ибо не спали всю ночь.
— Докладывайте, — повелел губернатор Тимошенко Руслан Семёнович. И один за другим главы ведомств отчитались. И слово перешло главному менеджеру.
Толстый мужчина в костюме поднялся и, посмотрев на губернатора, с которым не раз выпивал и «возил его в командировки» в тёплые края, начал речь:
— Это диверсия! — заявил он, шокируя людей. — Была уничтожена энергосистема предприятий, и начались пожары. Оставшись без электричества, наши люди не смогли вовремя среагировать, и стада сбежали.
— Кто их выпустил? — спросил губернатор.
— Не знаю. Но кто-то выпустил. Не сами же они сбежали? Это работа рук человека!
— А вы своих «ценных специалистов» спрашивали? — хмыкнул глава МЧС. Это был лысеющий мужчина пятидесяти пяти лет. Одет в форму и выглядел строго.
— Мы будем проводить внутреннее расследование… Но я подозреваю вмешательство извне! Недавно кто-то испортил наши овощи, перекрасив их!
— Вы же сказали, что оно безопасно для потребителя… — нахмурился губернатор.
— Мы сделали анализы. Оно безопасно, — ответил глава Россельхознадзора. Им был пожилой мужчина в очках. А затем добавил: — Ручаюсь. Причины изменения пигментации ещё выясняются, но для людей оно не опасно. Хоть и не рекомендовалось для реализации.
— Продолжаем, — попросил Руслан Семёнович.
— У нас есть основания полагать, что это совершил Ласточкин Иван Олегович, ­— уверенно заявил толстый мужчина, а губернатор тут же поморщился.
— Кто это? — спросил глава полиции области.
Им был круглолицый лысый мужчина с румяными щеками и огромной задницей.
— Фермер у Старой Вишни, тот, в которого стреляли в Малосибирске, — ответил губернатор.
— А-а-а-а, это на него Гасанов в начале ополчился, а потом мир, дружба, жвачка. И кто он такой, чтобы суметь совершить такую диверсию?
— Это твоя работа — знать это! — разозлился губернатор.
— Ну прости, брат, у меня тут чёрные лесорубы, контрабандисты, странные потоки оружия, и люди десятками пропадают.
— Потом об этом, — прошипел Руслан Семёнович. — Продолжайте, Дмитрий Андреевич.
— Да, Руслан Семёнович. Ласточкин Иван Олегович является знахарем, как он сам утверждает. Смешивает травы, без лицензии лечит людей и торгует клубникой. Он вполне может сделать что-то такое, чтобы заразить наши поля, а также заставить стада сойти с ума.
— А потом проникнуть на охраняемую территорию, уничтожить трансформаторы, выпустить зверьё и спокойно уйти? Он что, ниндзя? — ухмылялся глава МЧС.
— Василий Викторович, попрошу воздержаться от подобных комментариев, — попросил губернатор, и немолодой мужчина фыркнул в ответ, а Дмитрий Андреевич продолжил:
— Я требую провести расследование и допросить Ивана Олеговича. У него есть мотивы и возможности.
— Какие мотивы? — спросил глава полиции.
— Он считает, что наш холдинг разорил ферму его родителей. Он мстит нам!
— «Считает»? — расхохотался глава МЧС и замолчал под напором взглядов, а потом поднялся. — К чёрту этот фарс. Мой доклад уже окончен.
Мужчина покинул палатку, и люди продолжили:
  
— Руслан Семёнович. Я предполагаю, что Иван Олегович вступил в преступный сговор с другими фермерами, дабы нанести нам вред. Они хотят нашего разорения, ибо неспособны с нами конкурировать!
— Сможем привлечь? — спросил губернатор у главы полиции.