Западня. Ты будешь моей! (СИ)
На это у Тани ответа не было, но она себя прекрасно знала. Она еще ни разу с тем, кто ей не нравился до секса не доходила. Даже в студенческие времена.
«Вот тебе, Таня, и выход в дамки! Стать содержанкой! Даже работать не надо. Будешь тут по кафешкам посиживать!», — но в тот же момент ее стало подташнивать от мысли, что это ведь надо просить деньги, а на это у Тани была сплошная аллергия.
«Ну вот и работай тогда, принципиальная принцесса!».
Настроение ей эти мысли не прибавили.
А потом вообще удар под дых. Таня почувствовала, что на нее смотрят, повернувшись, увидела его справа от себя на другом краю веранды. Соколов помогал сесть за стол молодой блондинке с длинными волосами и в юбке только слегка прикрывающей ее ноги. А потом разместился сам так, чтобы видеть Таню.
«Ну да, в принципе, мне только этого и не хватало. А пунктик про длину ног твоих подружек мы еще из твоего офиса поняли».
И о чудо, он Тане улыбнулся всей своей лучезарной улыбкой.
Она же только приподняла бровь.
Юрий заботливо поправлял плед своей спутнице, подливал ей чай и пытался выглядеть максимально заботливо.
— Блин, уже не смешно! Какая-то нативная реклама. Не знаю, что мне так хочет сказать вселенная, но похоже на анекдот.
— Посчитайте меня, пожалуйста.
Официант остановился около ее столика.
— Девушка, а счет уже оплачен нашим постоянным гостем.
Глава 6
Все та же просторная светлая переговорная в офисе «Федерал». Они были тут уже полдня. Таня второй раз выходила за порцией черного кофе, нужно было как-то взбодриться. Она одела сегодня шелковую белую блузу и узкую юбку-карандаш цвета бургунди, хотелось выглядеть лучше этих бестий на ресепшен с неприлично длинными ногами. Таня не поняла почему, но к ним у нее возникало чувство соперничества.
Когда при входе те белокурые красотки рассматривали ее с ног до головы, Таня поняла, задача была выполнена.
На прошлой неделе был подписан контракт, утвердили список специалистов, которые будут работать на проекте. Таня привезла персональные данные на всех для оформления договоров на конфиденциальность и запрет раскрытия коммерческих тайн, потому что утвержденному списку сотрудников их компании предоставлялся доступ к базам Федерала и разработкам. А также необходимо было оформить пропуски в офис.
В переговорной было ужасно душно, как и во всем офисе, видимо, было что-то не так с вентиляцией, и они сидели с постоянно открытой дверью.
Девушка Елена помогала Тане проверить все документы, она обладала просто даром видеть все неточности и ошибки. Они копались в документах который час, время от времени к ним заходил сотрудник службы безопасности «Федерал» и уточнял у Елены все ли в порядке.
«Господи, да что тут может быть не в порядке?! Это просто бумажки!».
— У вас тут все очень строго, я смотрю? — спросила Таня Елену, когда безопасник скрылся в коридоре.
— Да, это уж точно. Нам, главное, с вами все верно оформить, чтобы невозможно было поставить под сомнение, что все стороны понимали всю ответственность.
— Вам не кажется, что это все чересчур?
— Не кажется! — Елена сказала, как отрезала так резко, что Таня чуть кофе не подавилась.
Она так гордо подняла голову, когда заговорила, что Таня, честно говоря, удивилась, она не так часто встречала людей, кто так восхищенно говорили о компании, в которой работали:
— Татьяна, вы не представляете сколько всего придумали и создали в этой организации, этими программами защиты пользуются в ведомствах нашей страны, да и правительство само. Вы представляете, доверяют нашим российским разработкам, специалистам нашей компании! Это все создавалось годами! А сколько желающих все это перекупить или отобрать. Сколько раз предлагали выкупить авторские права, да и всю компанию у Юрия Александровича. Но он сам все это создал. Это не просто бизнес, в который деньги вложили, это все создавал по кирпичикам он сам, сам писал программы, сам искал, кто их купит. Это сейчас так легко говорить, когда вот он красивый офис, сотни людей работают на него, но ведь когда-то был только он один. И нельзя сейчас его упрекнуть в том, что он не хочет, чтобы кто-то безнаказанно обкрадывал его.
Таня молчала, ей нечего было на это ответить.
Документы были разложены в аккуратные пачки на столе, когда сюда в офис подъехали Говорун и Сергей Александрович. Они были в костюмах и от духоты постоянно протирали свои блестящие лбы.
— Татьяна, останься тоже. Ты там записывай, чтобы мы потом чего-нибудь не забыли, — Говорун суетился и не знал куда ему сесть.
— А что записывать?
— Сейчас совещание будет с Соколовым, ты записывай, что он говорит. То я всегда так что-то нервничаю, что потом половину забываю.
«Ну нормально!».
Юрий зашел в переговорную очень стремительно, за ним еще трое мужчин в костюмах.
«Блин, ну и бедолаги, в такую-то духоту! Когда же вентиляцию у них починят?».
— Коллеги, извиняюсь за условия, но мы быстро. Прошу присаживайтесь! — он был элегантно одет, свеж лицом. Медленно осмотрел всех присутствующих.
Но только первый из участников совещания начал докладывать о готовности начала работ, как стало слышно, что зашумела вентиляция. Все повеселели, включив на охлаждение.
Таня записывала кратко тезисы, что успевала, потому что все говорили очень быстро.
У мужчин испарина на лбу пропала, а вот Таня стала жутко мерзнуть. Обычно на встречи она брала жакет, потому что знала, что эти мужичары в костюмах включают на адское охлаждение и не думают о тех, у кого нет столько слоев жира и кто чувствует себя, как тушка кролика в морозильной камере.
— Мы сегодня подготовили все документы, что требовала ваша сторона, подпишем и завтра привезем. Татьяна, подскажи, пожалуйста, на сколько человек, участвующих в проекте подготовлены комплекты документов? — спрашивал ее Сергей Александрович.
Таня поняла, что список вместе бумагами был на другом краю стола.
— Да, сейчас, коллеги, одну минуту, — она встала и прошла вдоль стола, найдя свои записи обернулась к ним: — Всего двадцать четыре человека.
Она далеко не сразу поняла, что произошло, только когда выходила из офиса «Федерала», взглянула на себя мимолетом в зеркало. И осталбенела. Ее белая блуза и кружевное белье были ее предателями сегодня, а еще этот дурацкий кондиционер. Ее соски от холода сжались и полностью просвечивали сквозь белую ткань.
Таня теперь то поняла, почему Говорун при взгляде на нее покраснел и стал смотреть на стол. Тогда на совещании она не сообразила, почему вдруг на нее стали смотреть, сидела с совершенно невозмутимым видом.
— Позорище, какое позорище!!!! — Таня готова была провалиться сквозь землю. Да, она могла элегантно с ноткой сексуальности одеваться на работу, но не так. Такого она не допускала.
«Какой позор! Они подумают, что я не серьезная, что со мной вообще нельзя серьезных дел вести! Бооооже!».
Но пока она ехала назад в офис со своими начальниками и кипой бумаг, они не произнесли ничего такого, что хоть как-то намекало на некорректное поведение со стороны Тани.
«Ну ладно, будем думать, что я сегодня их просто немного порадовала», — думала она, проходя на свое рабочее место. Где вместо ее стола, был какой-то розарий. Два громадных букетов розовых роз стояли у нее на столе и заполняли все пространство.
Она чуть не прошла мимо и стала искать место, куда ей разместить кипы бумаг из рук.
Так как Таня сидела на ландшафте, то все вокруг только и ждали появления Тани, чтобы посмотреть на ее реакцию.
«Боже, у моих сосков появились поклонники!».
Она села на кресло и, понятно, что стала искать записку.
«Только не от него, Боже! Я себе этого не прощу!».
Но и так все было уже понятно.
«Если ты хотела меня соблазнить, то у тебя получилось. Жду в девять в Корсоне. P.s. уверен, что у тебя такие же розовые сосочки, как эти цветы».