Академия Шепота 3

– Мел, что у тебя с рукой? Он что, пытался сжечь тебя?! Он на тебя напал?
Ответа Калест не ждал. Как и всегда, порывистый в своих суждениях, скорый на расправу, он ломанулся вперед. Я чудом его удержала. И то только потому, что он обнимал меня одной рукой. В эту самую руку я и вцепилась.
Калест… Кем он был для меня? Раньше казалось, что он мой самый главный враг, самый непримиримый соперник, а теперь…
Анализируя события последних недель, сейчас я точно могла сказать, что он мой друг. Не единственный, не лучший, но все же друг. А еще, как бы парадоксально это ни звучало, он пытался стать моим защитником.
И даже кем-то большим.
Темно-зеленая змея Джэйлиба обвила вторую руку офицера тайной королевской службы и по совместительству третьекурсника Академии Шепота. До сих пор в голове не укладывалось, что парни поменялись местами, фактически обменялись личинами, а их реальные лица, реальные имена не знал никто в академии. За исключением, может быть, директора.
– Не нужно туда ходить, – попросила я, заглядывая в зеленые глаза. – Правда не нужно. Он сам себя наказал.
– Но он причинил тебе боль. – Зеленые глаза полыхали ненавистью, слова цедились сквозь сжатые зубы, но при этом парень меня лечил.
Золотое сияние, объявшее мою руку, приносило облегчение и забирало всю боль.
– Спасибо, но оно того не стоит. И я рада, что вы здесь.
Именно ребята помогли мне быстро добраться обратно в академию. У Калеста всегда при себе имелся заряженный артефакт, позволяющий открывать порталы, так что уже через несколько минут я забирала свой саквояж, чтобы…
На самом деле я не знала, что делать дальше. Проблема никуда не ушла: меня по-прежнему разыскивал отец. Он не знал, как я выгляжу, но зато отлично был осведомлен о том, что я скрываюсь от него в Академии Шепота.
То есть в академии, как делала это на прошлых каникулах, я оставаться точно не могла.
Обещала Айрате, что проведу у нее дома вторую половину выходных дней. Знала, что с этим проблем не будет. У нее настолько хорошая семья, что они безоговорочно примут меня, но сейчас…
Взваливать себя грузом на плечи Калесту? У него ведь наверняка есть свои дела, свои планы, в которые я изначально не входила. Если бы я не рассказала ему обо всех своих проблемах, он бы о них и не узнал. Не желала усложнять ему жизнь. Хотела другого – к маме.
Он спорил недолго. Видел по моим глазам, что я уже все решила. Сбежав куда-то ненадолго, вернулся парень с одноразовым артефактом-порталом, который самолично застегнул у меня на шее.
– Если тебе будет грозить опасность, не задумываясь сжимай его. Портал откроется в то же мгновение и приведет тебя ко мне, где бы я ни был.
– Спасибо, – порывисто обняла я парня и тут же смутилась, внутри ощущая огромное облегчение.
Поймав ладонью мое лицо, Калест с какой-то несвойственной ему нежностью погладил мою щеку пальцами и чуть склонился к моим губам, опаляя их теплым дыханием. Понимала, прекрасно понимала, что он собирается меня поцеловать, но сделать этого я не позволила.
Ни потому что не хотела, а потому что смутилась еще больше, испытывая неловкость. Отвернувшись от парня, я и вовсе закрыла глаза, восстанавливая дыхание.
Его ладони легли поверх моих плеч.
– Не хочу тебя отпускать.
– Но мне нужно. – подняла я голову вверх, глядя на парня. – Обещаю, мы скоро увидимся, но сейчас я хочу к маме.
Я действительно соскучилась по маме, хотела увидеть ее, обнять, поговорить с глазу на глаз. Да и дом не мешало посмотреть. Она его наверняка уже отстроила. Наш последний дом, если повезет.
Я уже устала убегать.
Портал Калест для меня открыл, ориентируясь на скудные названия. Как он высчитывал координаты, не представляла, но вышла я точно недалеко от синих лесов, что располагались в болотах. Третьекурсник, офицер, состоящий на тайной службе у короля, и просто невыносимый Демоняка рвался меня проводить. Я не согласилась.
Потому что слишком рано еще представлять его маме. Мама может не так понять и зелье правды подлить ненароком, а то и еще чего похуже. Годы в бегах заставили ее настороженно относиться абсолютно ко всем.
 
Здесь даже дышалось по-другому. Оседлав метлу, я погладила радостного Копера, засовывая его в карман чужого плаща, который у меня так и не отобрали. Мой любимец, мой друг, как и я, в нетерпении ждал этой встречи, а точнее ждал встречи с мамиными пирожками. Мама вообще готовила вкусно. Поварам в столовой академии было далеко до ее стряпни.
Влетев в самую гущу синих лесов, я осматривала болота с высоты, выискивая в темноте хоть что-то, напоминающее дом. Пролетев мимо непонятного сооружения из нагромождения веток и снега, я сделала круг и вернулась обратно, постепенно снижаясь.
Принять это строение в темноте за дом я никогда бы не решилась, но вдруг из открывшейся двери, что тоже сплошь состояла из серых веток, вышла мама. Вытряхнув какую-то тряпку, она бросила ее в снег и как следует вдарила по ней метлой.
– Мама! – закричала я, спрыгивая с метлы.
***
Это были самые лучшие дни в моей жизни. Я соскучилась настолько, что в первую ночь никак не могла уснуть. Мы проболтали до самого утра, подчищая только-только испекшиеся пирожки. А как радовался Копер!
Я рассказывала почти обо всем. Почти.
Перечисляла предметы, которые были у меня в академии. Описывала преподавателей, занятия, студентов, с которыми познакомилась. Рассказывала о мелких трудностях, о проблемах с магией, которые удалось преодолеть благодаря помощи одного хорошего третьекурсника.
Мама попыталась остановиться на этой теме, но я быстро перескочила на Айрату и на ее семью, заранее предупредив, что обещала у нее погостить. К подруге-магу и возможному оборотню мама отнеслась хорошо и даже порадовалась за меня. Ведь у нее подруг никогда не было: ведьмы не дружат, если им это невыгодно.
Общение с нами никому из ведьм выгоды не обещало.
Все эти дни я не касалась директора академии и тех трудностей, что возникли. Не говорила о пропавших студентах и о том, что их удалось найти, но спасли по итогу лишь единицы. Не рассказывала о “Последнем отборе”, на который нам предстояло явиться в столицу всей академией. Не упоминала отца и то, что он фактически меня нашел.
Не желала ее расстраивать. Мне так нравилось видеть на ее лице улыбку, так нравилось смеяться и веселиться вместе с ней. Хотелось хотя бы ненадолго позабыть обо всех проблемах и не вешать их на мамины плечи. Я сама справлюсь – очень на это надеялась.
– Нравится? Мне леший подсказал, – хвасталась мама своим новым домом.
– Сверху кажется, будто ветки в кучу собрали, – честно призналась я, но домом тоже наслаждалась.
Эту сверху он казался неказистым и даже смешным, но внутри был самым настоящим домом. Кроме целых трех комнат имелся еще и подвал, который мама оборудовала под свою личную лабораторию. Там хранились ее заготовки, котлы всех размеров, ингредиенты и уже сделанные зелья, порошки, настойки и притирки. В общем, я о такой только могла мечтать.
Что же касалось комнат, то две из них были нашими спальнями. Своя собственная спальня для меня тоже являлась мечтой – уже исполнившейся. Моя радость просто не знала границ.
А вот третья комната была самой лучшей – кухня и столовая одновременно, место для посиделок рядом с печкой, место для долгих разговоров под что-нибудь вкусное и место, где мы с мамой открывали подарки.
Она – врученные мной, а я – все те, что привезла из академии. Я знала, что самый лучший подарок для ведьмы – это редкие ингредиенты, а потому не поскупилась и привезла то, чего на землях ведьм было не найти. Мама же подарила мне новенькие обереги – на удачу, для памяти и охранные.
В подарке от Айраты была помада – подруга давно говорила, что мне не хватает косметики. В том, что всунул мне Джэйлиб под личиной Бальши, находилось расширенное пособие по стихии земли, а Калест…
Калест – это Калест. Его подарок прятал в себе красивое, но при этом теплое платье. А еще имел записку: “Хочу, чтобы оно согревало тебя, пока меня нет рядом”. Не улыбаться было просто невозможно, хотя где-то в глубине души совсем чуть-чуть, но я все же злилась на его поступок.