Добыча демона. Жена поневоле (СИ)

Я помню, как гораздо позже, уже через несколько лет после того происшествия с автобусом, сильно поссорилась с парнем. Я помню, как он шепнул мне, разозлившись: «Бесчувственное чудовище, у тебя горят глаза лишь, когда ты смотришь на цветы! Ты даже на меня так никогда не смотрела!»
Он был прав. Цветы вызывали в моей душе почти суеверный трепет. Они были красивы сами по себе, в одиночку. Даже одна-единственная роза, без букета и целлофана, без бантов и зелени рядом, была прекрасна.
Я занималась оформлением букетов, играя с оттенками и сортами, составляя композиции. Но в глубине души всегда знала — это мишура. Цветы прекрасны и без моего вмешательства. Этим они мне и нравились. Я лишь совсем чуть-чуть прикасалась к их совершенству, чтобы на минуту забыть про уродливую реальности и пустоту моей жизни.
— Помогите мне. Кто-нибудь. Пожалуйста…
Я не знала, зачем потянулась к своей магии, вспомнив о цветах. Потянулась изо всех сил, выпивая последние ее капли. И на моих пальцах вдруг возник цветок. Желтый, хрупкий, с розовой сердцевиной. Мой цветок, с моим именем.
— Рута, — шепнула я, слабо улыбаясь и роняя его в песок.
Цветок упал на горячие песчинки, но не остался там, а словно просочился внутрь. Как сквозь землю провалился. Хотя… возможно, так и было?
  
Глава 24
 
Я устало прилегла на песок рядом со следом, оставшимся от лепестков руты. И задумчиво коснулась песчинок пальцем. Солнце палило беспощадно, но мне отчего-то стало холодно. Зазнобило, затрясло. И жажда отступила. Я поняла, что скоро погибну, и на глазах моих заблестели слезы.
— Я не хочу умирать.
Перед внутренним взором у меня встала маленькая девочка со смешными хвостиками. Алисия. Девочка, к которой мне запретили даже приближаться, но… Я чувствовала, она нуждается во мне. А я — в ней. Не меньше, чем я нуждаюсь в ее отце. Я вспомнила упрямый резкий профиль демона. И по контрасту — ласковую улыбку Эля. То, с какой нежностью он проводил ладонью по моему лицу и шептал: «Рута». Мое имя в его устах звучало так сладко… Мне хотелось бы слышать его вечно.
Я могла остаться и остыть, не принимать решение сгоряча. И утром встретиться с Элем и Алисией за завтраком. Шутить, смеяться, пить чай с блинчиками. И все было бы хорошо… Наверное. Но я ушла. Поддалась глупой гордости, тем самым обрекла себя на смерть. Невезучая. Я всегда была невезучей. Мне наконец-то появилось, что терять, а я сама, своими руками, все разрушила. Сбежала в пустыню, отдав тот единственный шанс на счастье, о котором мечтала всю жизнь…
Песок подо мной ожил. Зашевелился. Но я никак не отреагировала, погруженная в себя и свои переживания. Лишь потом, когда меня отбросило назад, мощной волной песка, я потерла лицо и очнулась. Заморгала, пристально вглядываясь в возникший передо мной образ. Рожденный в пустынном мареве.
Прямо передо мной из светло-желтого песка возникла змея. Вернее, девушка с огромным золотистым хвостом вместо ног, покрытым блестящей чешуей. Ее красота была хищной, опасной.
У меня даже мурашки по коже побежали, когда я увидела ее. Когда заглянула в глаза с вертикальными зрачками. Темные, непроницаемые. И застыла неподвижно.
«Никогда не смотри в глаза змее… зачарует…» — неизвестно откуда возникли в моей памяти эти слова. Но было уже поздно. Я заглянула ей в глаза и не смогла отвести взгляд…
— Ты хочеш-шь пить? — медленно извиваясь, скользя по песку, девушка приближалась ко мне.
— Да, — я не узнала свой голос. Так безжизненно и равнодушно он звучал.
Змея улыбнулась, отбросив с гибкого девичьего тела длинные светлые волосы. И осталась почти обнаженной. Ее грудь, как и шею, покрывала чешуя. Но не цельным пластом, а как-то рвано, частями. Смотрелось это фантастически. Словно какое-то космическое платье.
Девушка усмехнулась и вытянула вперед ладони. Песок закружился вокруг тонких пальцев, образуя чашу. Небольшую, но не из глины, а из песка. Я изумленно вздохнула. В этой чаше уже сверкала вода. Чистая, прозрачная, словно набранная из горного ручья.
 
— Пей, — змея поднесла чашу к моим губам. — Не бойся, не отравлена. Мне нет смысла убивать тебя, ангел.
— А откуда тогда вода… — слабо сопротивлялась я.
До тех пор, пока первые капли воды не упали на мои губы. Я жадно слизнула их, не в силах удержаться от искушения.
— Подземные воды, — пожала плечами девушка. — Из моего королевства.
  
Глава 25
 
— А у тебя есть свое королевство? Под землей? — не удержалась от вопроса я, проглотив последнюю каплю воды.
Она мне показалась чуть сладковатой. Поплыло перед глазами, и я покачнулась, словно связанная, перед змеей.
— Смотри мне в глаза, — приказала девушка.
Я послушно вскинула голову, чувствуя себя в буквальном смысле, как кролик перед удавом.
— Ты… гипнотизируешь меня?! — слова с трудом срывались с моих губ.
Звуки доносились до меня, как сквозь воду. Огромную толщу воды в океане. Никогда не плавала в океане, даже не была на море. Но сейчас ощущала себя именно так. Толща песка, словно волны, набегающие друг на друга…
— Да, — безразлично бросила змея, подползая все ближе. Превращаясь полностью в змею. Огромную, с человеческий рост. Обвивая все мое неподвижное тело собой. Почти лаская.
Мне стало трудно дышать, но я не могла даже пошевелиться или попробовать вырваться.
Я тогда еще не знала, что передо мной — королева Змей. Вернее, нагов. Это змееподобные мифические существа, обладающие магией подавления воли, питающиеся эмоциями. Особенно негативными: ярость, злость, печаль, отчаяние… Они поглощали все. И тут я увидела в темных волосах змеи едва заметные, спрятанные и перевитые густыми прядями, светлые лепестки, уже слегка поникшие, словно высосанные досуха.
— Отдай цветок! — вдруг ожила я, потянувшись и прикоснувшись к ним. Помогло! После одного прикосновения чары спали, и я забилась в тугом кольце теплого тела змеи. — Отдай! Он тебе не принадлежит! Он звал не тебя! А другого!
Я сумела, извиваясь, зацепить головой переплетенную косу змеи. И цветок медленно упал на песок. Она проводила его ненавидящим взглядом и рванулась к нему, но уже я удержала ее, схватив прямо за золотистое тело. Мои пальцы скользили по чешуе, оцарапывая ее, не причиняя вреда. Но задерживая королеву Змей, сковывая ее движения. А цветок, будто бы живой, трепетал на песке каждым лепестком в ожидании.
— Он пропитан отчаянием и болью! — почти пропела змея, вдруг скидывая золото чешуи на горячий песок.
Королева обняла меня руками, так крепко прижимаясь к моем телу своим. Почти вжимаясь в меня каждым сантиметром кожи. Ее глаза вспыхнули черно-оранжевым, а зрачки стали еще уже. Я попыталась оттолкнуть девушку, но она вцепилась в меня слишком крепко, почуяв магию, боль, энергию. И я раскинула крылья в последней попытке дотянуться до цветка, лежащего совсем рядом. У меня получилось. Я зажмурилась и, как в детстве, мысленно сжала кулаки, твердя: «Эль, Эль, Эль… Лети к Элю! Приведи его сюда! Пусть он меня спасет…».
Лепестки медленно рассыпались в белую сияющую пыль, которая полетела куда-то к горизонту, мимо нас со змеей. И на секунду до нас донесся приторный, сладкий аромат.
Королева проводила эту пыльцу долгим злым взглядом. А после огромные темные глаза с вертикальными зрачками посмотрели прямо на меня. Стало не по себе. Будто бы она могла догадаться что я уничтожила артефакт силой мысли.
— Ты — ангел! — в голосе змеи зазвучало такое страстное желание подчинить меня себе, что мне стало страшно.
 
Я спрятала крылья, и мы покатились по песку, не в силах взять верх друг над другом. Я понимала, почему. Тут, на поверхности земли, наши силы были примерно равными. Королева Змей была могущественной в своем подземном королевстве. А я… я обессилела от жажды, от ее яда, от непривычного и слишком жаркого солнца. Капля магии в артефакте-цветке дала мне силы, но это был лишь временный всплеск. И он исчез, оставив меня без поддержки, беспомощную перед королевой.