Шаровая молния (СИ)
Ого! Даже телефон дома установлен. Непростая, непростая попутчица попалась.
- А ваш муж это правильно поймёт?
- А что тут такого? Один из попутчиков в четырёхместном купе. Правда, очень интересный собеседник. Но он тоже любит интересных собеседников.
Ага, поболтали они вечером с соседями под перестук колёс…
А дальше в извращённом воображении Демьянова уже нарисовалась сценка из «Обыкновенного чуда».
- А кто у нас муж?
- Волшебник. И он превратит вас в жабу.
- Предупреждать надо!
Оказалось, не совсем волшебник, но где-то близко: физик, занимающийся исследованием элементарных частиц. С наличием телефона теперь всё понятно. Учитывая недавний разговор с наркомом, как говорится, на ловца и зверь бежит.
- Постараюсь забежать, чтобы познакомиться и с ним.
Дразнишься? Так получи «ответку»!
Нет, едет он не по делам ещё даже не обсуждённого атомного проекта. Всё банальнее: надо разобраться, как у Кошкина и Морозова идут работы по созданию сразу трёх версий будущего Т-34. Уже зимой его надо будет демонстрировать руководству страны, и к этому времени требуется, чтобы опытный образец хотя бы имел законченный внешний вид и мог самостоятельно передвигаться. Но когда Лаврентий Павлович начнёт подбирать персонал для работ над «урановой проблемой», неплохо будет дать ему конкретные кандидатуры. Так что командировочный роман, как бы ни бунтовало естество, в данном случае крайне нежелателен.
- А выпадет выходной, можно будет погулять по набережной.
- Полюбоваться на стремительный бег Лопани? – улыбнулся Николай.
- Да вы что? – колокольчиком зазвенел смех Галины. – Вы, наверное, не представляете, как выглядит наша «великая река».
- Я как-то бывал в Харькове, поэтому и иронизирую.
- Давно бывали?
- Очень. Даже не припомню, сколько лет назад.
Не рассказывать же ей, что с тех пор лет прошло даже больше, чем его «паспортный» возраст.
- Значит, вам будет интересно увидеть, как с тех пор изменился город.
- Галя, если признаться честно, то я вообще его не помню.
Что-то, конечно, помнит. Огромный красивый храм на холме над рекой, где когда-то была основана крепость, памятник Ленину, сваленный в 2014 году бандерлогами, центральную площадь с массивным зданием администрации, застроенную зданиями «сталинского ампира» улицу, проходящую по краю этой самой площади. Но совершенно не помнит, существовал ли этот храм и эти здания накануне Войны, которая несколько раз прокатилась через Харьков.
- Значит, буду вашим экскурсоводом. Договорились?
Только не надо рассказывать, что такая красавица вдруг «запала» на совершенно обыкновенную, неприметную «крестьянскую» внешность, доставшуюся Николаю от Стёпки Шеина. Явно тут прослеживается «чекистский след». Либо, как уже предполагал Демьянов, Лаврентий Павлович «случайную» встречу подстроил, либо зачем-то ей нужны выходы на центральный аппарат наркомата.
А вот и соседи, выходившие перекурить, вернулись.
34
В отличие от маститых учёных из НИИ-6, Кошкин и Морозов пока не «забронзовели». И коллектив им под стать: молодой, боевой, инициативный.
Установку закалки шестерен коробки передач токами высокой частоты уже смонтировали, и теперь на заводском полигоне рычат двигатели «бэтэшек», проверяющих, насколько вырос ресурс КПП. На очереди – установка для закалки бронелистов. Незадолго до приезда Демьянова на ХПЗ побывал академик Патон, с подачи Николая присматривающийся к технологии автоматической сварки танковой брони. Ею ему всё равно скоро заниматься. Но в «прошлой истории» – уже на Урале. Может, успеет внедрить ещё до начала Войны?
Некоторое напряжение вызвала ведомственная принадлежность визитёра, но когда Демьянов объяснил, для чего создано ОПБ-100, которое он представляет, спало и оно.
- Понимаете, начальник ГАБТа кулаком стучит, требуя выдать ему обещанные колёсно-гусеничный и гусеничный варианты танка с подвеской Кристи, а мы, изучив эскизы, полученные из Москвы, просчитали всё и поняли, что от неё надо отказываться в пользу торсионной. И менять всю компоновку машины в пользу среднего расположения башни и поперечной установки двигателя. А силёнок разрабатывать сразу три варианта машины не хватает. Вот и подумали, что вас прислали «навести порядок».
- А ещё – наказать невиновных и наградить непричастных, - засмеялся Николай. – Так что решили по конструкции?
- Продолжаем строить колёсно-гусеничный и чисто гусеничный танк с подвеской Кристи и форсировали гусеничный на торсионах. Отличная машина должна получиться, товарищ старший лейтенант госбезопасности! – подвинул макет к Николаю Кошкин. - И башня такая просторная, что в неё хоть стамиллиметровую пушку ставь!
- Не сразу, товарищи, не сразу. Нам бы пока переломить наших теоретиков из ГАБТУ, вбивших себе в голову, что танковая пушка не должна выступать за передний срез корпуса танка. Хотя поглядите: даже если поставить «трёхдюймовку» с длиной ствола 55 калибров, при центральном расположении башни она не будет за него выступать. Зато сможет прошивать даже перспективные танки наиболее вероятного противника.
- Немцев? – чуть задумавшись, осторожно спросил Морозов.
- Ну, не французов же. Они, конечно, строят прекрасно защищённые танки, но у нас с ними нет общей границы.
- С немцами тоже нет, - заметил Кошкин.
- Надолго ли? Не забывайте, что Гитлер и Пилсудский в отношении Советского Союза выступают как союзники.
А вот о том, что уже через четыре с половиной месяца Польша прекратит своё существование, рассказывать не стоит.
- Меня беспокоит вопрос надёжности бортовых фрикционов. Что-то сделано для их усиления?
- Наши расчёты показывают, что их запас прочности достаточен для нормальной эксплуатации боевой машины, - переглянувшись с заместителем, начал Кошкин.
- Это для нормальной эксплуатации, Михаил Ильич. А в реальных армейских условиях её будут эксплуатировать по-варварски. Строевой механик-водитель – не заводской испытатель высочайшей квалификации. Рассчитывать надо именно на такого, кто только что пришёл «от сохи», и ещё путается в педалях и рычагах. Чтобы было надёжно, прочно, с «защитой от дурака». Очень уж не хочется, товарищи, терять технику из-за низкой квалификации экипажа в небоевых ситуациях. И подумайте о том, чтобы ввести в трансмиссию демультипликатор. Четырёх передач для столь мощного двигателя и столь тяжёлой машины явно мало, а он позволит поддерживать оптимальные обороты двигателя во всём диапазоне скоростей. Как временное решение, поскольку разрабатывать новую коробку передач уже некогда.
- Вы рассуждаете, словно уже ездили на нашем танке, - обиделся Морозов.
Ещё никогда Штирлиц не был так близок к провалу!
- Я умею анализировать конструкцию механизмов и устройств. Пусть иногда на интуитивном уровне, но интуиция меня ещё не подводила. Вам предложения по торсионам будет достаточно, чтобы убедиться в этом?
- Так это вы их предложили?
- Да, я.
Жертвуй малым ради большего.
Остатки рабочей недели… Пардон, шестидневки. В общем, оставшиеся рабочие дни пролетели «на одном дыхании». Николай даже переоделся в рабочую спецовку и прямо в экспериментальном цехе «щупал» будущий лучший танк Второй Мировой. Надеясь, что таковым его теперь назовут не только за соотношение цена/эффективность. Конструкция, по сути, уже близкая к конструкции Т-44, даёт просто огромный запас для последующих модернизаций. И Демьянов, если доживёт, добьётся, чтобы появилась у него, когда в этом возникнет необходимость, и 85-мм пушка, и 100-мм. И сферическую башню наподобие той, что ставилась на Т-55, «продавит», и, если удастся отработать технологию соединения многослойных бронеплит, композитную броню. Главное – переломить «упёртость» конструкторов, не желающих всерьёз относиться к его неприятию уже разработанной ими коробки передач. Ну, ничего! Помаются испытатели с переключением скоростей, сами поймут.
В поддержке со стороны Павлова он был почти уверен: именно Дмитрий Григорьевич и продавил необходимость строительства «тридцатьчетвёрки» и КВ. В танках, в отличие от командования фронтом на начальном этапе войны, он прекрасно разбирается. И, судя по тому, что он продолжает руководить автобронетанковым управлением, это понял и Сталин.