Шаровая молния (СИ)
- Заказ на противотанковые ружья калибром 12,7 миллиметров поступил от моего наркомата. И из-за того, что патроны калибром 14,5 миллиметров ещё не доработаны. На них отрабатывалась конструкция, годная для использования более мощного патрона. Так что, товарищ Ворошилов, народные деньги потрачены вовсе не впустую.
- Даже если так, то зачем два ружья каждого калибра?
- При схожей бронепробиваемости ружья существенно отличаются друг от друга конструктивно. Однозарядное противотанковое ружьё имеет меньшую скорострельность, проще и дешевле в изготовлении. Пятизарядное ружьё сложнее, дороже, но скорострельнее, - взял слово Дегтярёв. –И вам, товарищи, решать, какое из них предпочтительнее для нужд Красной Армии.
- Мне бы вашу уверенность в том, что они вообще нам нужны. По прогнозам специалистов нашего наркомата, нам придётся воевать с танками противника, обладающими бронёй в 60-80 миллиметров, которые ваши ружья одолеть не сумеют.
- Даже если это так, товарищ Ворошилов, то у противотанкового ружья и без этих бронированных монстров будет достаточно целей. Во-первых, лёгкие танки никто не снимает с вооружения. А при определённых условиях наши ружья способны поразить и некоторые средние танки. Во-вторых, бронеавтомобили и прочая легко бронированная техника. В-третьих, мощности даже ружей калибра 12,7 мм достаточно, чтобы успешно бороться с пулемётами, стоящими в дзотах. В-четвёртых, из них возможно вести действенный огонь по низколетящим самолётам.
«Статическую» демонстрацию «Катюши», помимо конструкторов, проводил Аборенков, с которым Демьянов обменялся приветственными кивками. Вопросов по машине было немало, но Василий Васильевич, настоящий энтузиаст ракетного оружия, знал демонстрируемую технику «на ять», в конце концов, пообещав показать боевую машину в действии. Забегая вперёд, большое начальство сам залп из трёх установок и его последствия впечатлили. И результатом этого стала рекомендация провести полноценные войсковые испытания боевой машины.
Подставил же Николая директор НИИ-6, представлявший «монку».
- Мы только изготовили первые образцы по чертежам, предоставленным ОПБ-100. И мне кажется, товарищ Демьянов из этого ОПБ справится с рассказом о данной мине намного лучше меня.
- Непонятно только, почему сугубо армейским боеприпасом занимается структура НКВД в обход наркомата обороны, - опять влез Ворошилов.
- Потому что мины необходимы и для оборудования границы, - недовольно «отгавкался» Берия.
Оттарабанить «расчётные» характеристики МОН-50 большого труда не составило.
- И как её прятать в землю?
- Эта мина не закапывается, а устанавливается на земле, в снегу, на деревьях. Её предназначение – поражение противника во всевозможных узостях: на тропах, дорогах, проходах между завалами и строениями. Может срабатывать и по электрическому сигналу от наблюдателя, и автономно, реагируя на нарушение целостности обрывного датчика. Её достоинство в том, что поражающие элементы разлетаются в определённом направлении и не расходуются впустую на те сектора, где противника однозначно нет.
- Испытания подтвердили это?
- Не могу знать, товарищ Маршал Советского Союза. Изготовлением опытных образцов занималось НИИ-6, и они ещё не передавали в ОПБ-100 информации об испытаниях.
- В целом подтвердили, - пришлось отвечать «науке».
- Что значит «в целом»?
- Понимаете, из-за ограниченных сроков мы были вынуждены упростить конструкцию изделий, использованных для испытаний. Возможно, некритичное несоответствие таких параметров как угол разлёта поражающих элементов и размеры зоны сплошного поражения вызваны именно этим.
- Надеюсь, следующие испытания будут проведены без «упрощения конструкции»? - прошипел нарком внутренних дел, чем вверг директора НИИ-6 едва ли не в панику.
- Угораздило же вас сцепиться с этим Гринбергом, - пробурчал он, когда Демьянов вернулся в «свиту».
Слава богу, на этом показ образцов, к разработке которых имел отношение Николай, закончилось.
Прода от 01.02.23
31
Само празднование омрачилось автомобильной аварией, в которой по пути в Кремль погиб член ЦК ВКП(б) Георгий Максимилианович Маленков. Вот и некому будет надавать пинков вышедшему из доверия Лаврентию Павловичу…
Естественно, вслух об этом Николай никому не сказал и никогда не скажет. Он же не враг сам себе. Как не дурак и Берия, чтобы высказывать претензии по поводу «ошибочной» частушки. Дело случая: лопнуло колесо, и врезавшийся в стену автомобиль загорелся. С кем не бывает? Хорошо, что Демьянов не рассказал наркому подробностей его ареста, иначе точно Жукову не быть Маршалом Победы. «Клоуна Никитку» ничем в войну не отличившегося (а кое-кто поговаривает и о том, что в разгроме фронта Кирпоноса, есть и его «вклад»), не жалко. На Маленкова, создавшего сам институт партноменклатуры и, вроде бы, в ТОЙ истории курировавшего по партийной линии ракетную тематику, плевать. А вот Георгия Константиновича, путь к славе которого вот-вот начнётся…
Само собой, ни на трибуне Мавзолея, ни даже на «сидячих местах» у Кремлёвской стены Демьянову быть не по чину. Его удел – тусоваться «по гражданке» в толпе москвичей на улице Горького, присматривая за порядком. А потом, когда сформируются колонны демонстрантов, в одной из них пройти по Красной площади. Чуть ли не весь центральный аппарат наркомата к этому привлекли. И, похоже, не только его: вон, мелькнула в толпе физиономия следователя МУР Рожнова. Глазастый, зараза! Десяти минут не прошло, как к Николаю пробился милиционер в белом парадном кителе:
- Гражданин, не могли бы вы отойти в сторонку?
- Не могу, я на службе.
«Корочки» ГУГБ даже раскрывать не понадобилось: козырнул, извинился, отошёл к прячущемуся за чьей-то широкой спиной Рожнову. Но тот упёртый, что-то доказывает, сдержанно размахивая руками. Нет, надо действовать на опережение.
- Товарищ Рожнов, не привлекайте внимания к моей особе, если не желаете неприятностей по службе.
- Ты ещё и угрожать мне вздумал, Шеин?
- Был Шеин, да только давно уже весь вышел. Старший лейтенант госбезопасности Демьянов, инспектор контрольно-инспекторской группы при первом заместителе народного комиссара внутренних дел.
Раскрытое удостоверение на уровне груди, пусть читает.
- Но я же сам вёл дело…
- Дуболом вы, Рожнов. Глупый дуболом. Хоть и старательный. Всё. Разбежались.
Москвичам не до того, они ликуют, приветствуя славных зенитчиков, гордо едущих в кузовах арттягачей «Коминтерн». Много ли вас, ребята, дожило до Парада Победы 24 июня 1945 года?
А вот и суета с построением колонн трудящихся началась. По районам, по предприятиям.
- Вы, товарищ, из какого цеха будете? – подбегает к Демьянову полноватый живчик. – Что-то я вас не помню.
- Из кочегарки, - на все тридцать два зуба скалится Николай, демонстрируя нераскрытое удостоверение.
Живчик удовлетворённо кивает и переключается на группу молодых женщин, увлечённо обсуждающую какие-то свои насущные проблемы. Вдруг одна из них, случайно бросившая взгляд в сторону Николая, в ужасе округляет глаза.
Рефлексы, вбитые ещё в учебке ДШБ, сработали отлично. Тем более, Николай все эти месяцы всеми силами добивался, чтобы новое тело слушалось его не хуже, чем прежнее. Шаг влево, и под правым локтём Демьянова, едва не зацепив пиджак, мелькает сталь «финки». Перехват запястья левой рукой, удар локтём правой, локоть тормозит обо что-то твёрдое. Перекошенное от злобы и боли лицо Федота, «жениха» незабвенной Матрёны. Куда-то в область почки метил, падла!
- Сука позорная, - хрипит Федот, и нож звенит об асфальт.
Следом, но уже без звона, с асфальтом встречается вся тушка «блатного». Для верности – удар ребром ладони по шее, чтобы не трепыхался. Ага, а вот и знакомый постовой на непонятную суету движется.
- Что тут случилось?
- Зови Рожнова. Я ему работу нашёл, - зло ухмыляется Николай. – Сбылась его мечта снова повстречаться со мной в здании МУРа.