Непокорная для тирана (СИ)

— Да, я могу продолжить, — отвечает, облизывая губы.
— В любое время, малышка. Но сейчас хочу быть в тебе, — усмехаюсь, раздвигая её длинные ножки.
Она вся мокрая, завелась не на шутку, пока минет делала. Порочная, страстная, идеальная. Моя!
Грубо заполняю её. Вскрикивает. Выгибается, шире ноги разводит. Прекрасная малышка, заводится быстро и меня держит в постоянном напряжении.
Несколько жёстких толчков и Крис кончает. Сжимает меня своими мышцами, не давая продлить её агонию. Сквозь сжатые зубы срывается стон, и я прихожу к своему финишу.
Подгребаю под собой. С улыбкой, надрывно дышу. Медленно восстанавливаюсь, прихожу в себя. Чувствую себя малолеткой каким-то. Даже не подростком со спермотоксикозом, нет. Именно ребенком, с детским восторгом получившим желаемое.
Все потому, что, сама того не подозревая, самая принципиальная, упёртая, непреклонная и непокорная куколка вот уже который раз отступает от своих принципов. И пусть ещё сама не понимает, как мягче становится, покладистее.
Крис прохладными пальцами к губам прикасается. Улыбку мою трогает. Открываю глаза, разглядывая её хмурые брови и пухлые губы. Простой, незамысловатой лаской к себе привязывает. Каждый её поступок что-то незримое затрагивает и резонирует глубоко внутри.
— Я угадала с желанием? — сорванным шёпотом спрашивает.
— Нет, — отвечаю, перекатываясь на бок.
— Как нет? — удивляется Кристина.
Сгребаю её и прижимаю к боку. Обнимаю крепко. Целую в щеку и, шумно вздохнув, закрываю глаза.
— Валиев, не шути со мной, — бурчит и ёрзает спустя пару минут тишины.
— Даже не думал, но давай ещё часик поспим.
— Я убью тебя!
Эта неугомонная всё-таки вырывается из объятий, нависает, за щёки хватает. Открываю глаза, смотря на злющую и раскрасневшуюся малышку.
— Ладно-ладно, не пыхти раньше времени, — сдаюсь я со вздохом. — Я хочу, чтобы ты приготовила мне завтрак.
— Это желание? — удивлённо садится на пятки.
— Да. Завтрак, Крис. Можешь сжечь кухню к чертям, но я хочу попробовать то, что ты хотела мне приготовить.
— Ты ввёл меня в заблуждение! — вспыхивает, бьёт по груди и гордо удаляется в ванную в чём мать родила. Сучка, красивая.
Минут пять лежу, сдерживаю порывы. Но нервы с Кристиной совсем ни к чёрту. Соскочив с кровати, вламываюсь к ней. Нагло влезаю в душевую. Прижимаю к кафелю.
— Валиев! — вскрикивает, смывая пену с тела.
— Чем я ввёл тебя в заблуждение? — перехватываю кулачки воинственной девчонки, поднимаю на руки. Она машинально ногами обвивает торс.
— Ну… — мнётся и губу закусывает. — Я думала, ты хочешь…
— Хочу, Крис. Тебя хочу. В любых позах, местах и всегда. И только не говори мне, что тебя саму это не заводит? Или мне тебе отлизать?
— Саид! — морщится от грубости и краснеет.
— Я бы не стал тратить желание на то, что естественно между двумя людьми в отношениях.
— Завтрак тоже естественен между двумя людьми, — остывает, за шею обнимает и тянется к губам.
Промолчав, целую. Крис легче отсосать мне, чем приготовить. Чёртово прошлое и собственные принципы довлеют над ней. И если в постели малышка полностью мне доверяет, то всё, что касается бытовой части жизни, держится за них.
— Так что, исполнишь желание? — спрашиваю, спуская с рук, и тянусь за гелем для душа.
Крис задумчиво и с улыбкой смотрит на то, как я намыливаюсь. Выгибаю бровь, жду ответа.
— Исполню, — кивает наконец и, переключив рычажок, выскакивает из душа.
— Сучка! — рычу, так как на меня льётся просто ледяная вода.
Крис заливисто хохочет и убегает в комнату.
Настроив обратно воду, домываюсь и, обернув полотенцем бедра, выхожу. Девчонки уже нет в спальне. Зато на кухне гремит посуда.
Неспешно одеваюсь, вытягиваю из тумбочки кое-что для Кристины и медленно иду на запах кофе. Останавливаюсь возле островка, просто любуюсь хрупким станом малышки. Она не замечает меня, стоит спиной. Постоянно помешивает что-то на сковороде, себе под нос мурлычет песню, звучащую из колонки.
Ближе подбираюсь и обнимаю её. Вздрагивает, не ожидала моего прихода. Замирает, ждёт наказания, не иначе.
  
— Ещё не готово, — бормочет, вновь помешивая овощи на сковородке.
— Мы же не пьём кофе, малышка, — напоминаю, водя губами по виску, задевая хрящик уха и большим пальцем поглаживая под грудью.
— Сегодня пьём, — у Крис дыхание сбивается, но она не отталкивает. — Ты за меня попьёшь. Уверена, я и кофе сожгу.
— Я вот уверен, что ты готовишь изумительно, — хмыкаю, оставляя поцелуй на щеке.
Она легко выскальзывает из рук, посуду подхватывает. Наливает кофе в чашку, ставит на блюдце, после раскладывает по тарелкам омлет с сосисками и овощами.
Помогаю ей сервировать небольшой столик. Крис выключает всю технику и садится. Смотрит на меня не мигая. Ждёт и ноготь грызёт.
Отпиваю обжигающий кофе. Бодрящий. Крепкий. Как я люблю. Без сахара, без сливок. Самый настоящий эспрессо.
— Идеально, — комментирую, на краткий миг прикрыв глаза. Девчонка заметно расслабляется и даже улыбается несмело.
А вот омлет съедаю в молчании. Просто уничтожаю всю тарелку, потому что зверски голоден и мне чертовски вкусно.
— Нам нужно заключить новую сделку, — замечаю, откладывая приборы.
— Какую? — напрягается Крис.
— Ты мне свою тарелку с омлетом, а я тебе это, — вынимаю из кармана коробочку и ставлю рядом с ней.
Открывает настороженно, смотрит на совершенно новое кольцо. Поднимает глаза на меня, снова опускает на коробочку.
— Ты же не делаешь мне предложение? Я ведь уже говорила, что не променяю свою свободу.
— Ты много чего говорила, и я все это принял. И нет, это не предложение. Новая сделка, Крис на год.
— Даже интересно, что ты там придумал? — усмехается, скрещивая руки на груди.
— Если в течение этого года ты не захочешь снять это кольцо, мы поженимся.
— А если сниму?
— Значит, останемся свободными обладателями друг друга.
— Ты так уверен, что через год мы ещё будем вместе? Люди годами встречаются и расстаются. А мы даже месяц не прожили. Вдруг мы наскучим друг другу? Я ведь не изменюсь, и ты тоже.
— Мне далеко не двадцать лет, Кристина, чтобы за ручки гулять и сомневаться в своём выборе. Я уверен в себе и в нас. Так же, как и уверен в том, что мне никогда не будет скучно с твоими множественными личностями. Я знаю, чего хочу. Так же, как знаю, чего хочешь ты. Только в отличие от меня, ты держишься за прошлое. Я двигаюсь вперёд, куколка. И от тебя зависит, будем ли мы двигаться вместе или застрянем здесь. Выбор за тобой.
Крис опускает глаза, размышляет, губу покусывает.
— Хорошо. Я принимаю твою сделку, — еле слышно соглашается. Протягивает свою тарелку с омлетом и надевает кольцо. — Но скажу сразу: это худшее предложение руки и сердца.
— Получше, чем твоё: «оформим документально», — хмыкаю и, притянув её за шею, целую в губы.
  
Эпилог
 
КРИСТИНА
— Готовы узнать пол? Или, может, вы хотите оставить интригу и сделать гендер-пати? — спрашивает узист, водя прибором по моему ещё небольшому животу.
— Мы готовы, — уверенно говорю, стискивая пальца Валиева.
Давно уже обсудили этот момент. И оба сошлись, что ныне модные вечеринки по определению пола перед кучей народу — это всё от лукавого. Да и потом, у Саида пунктик на защите меня и нашего ребенка от всего, включая сглаза и порчи, в которое он особо не верит, но на всякий случай примет придерживается. Плюс ещё нана ему подкинула пару суеверных наставлений. И теперь мне нельзя стричься, красить волосы, заранее покупать вещи для младенца, даже расходники или крупногабаритную мебель, нельзя брать на руки кошку и гладить. Нельзя ругаться. Из всех этих «нельзя» мне нравится только один пункт: Нельзя отказывать беременным. Чем я нагло пользуюсь вот уже пять месяцев.
— У вас девочка, — бодро так заявляет врач и смотрит на молчаливого мужчину, что стоит каменным изваянием. Такой монументальный, с виду грозный и серьёзный. Но я знаю, как для него важны наши походы по врачам раз в месяц. Он не пропустил ещё ни одну консультацию. Как бы сильно ни был загружен, вырывался и сопровождал. И иногда это бесит, если честно, но я терплю ради него.