Безумные сказки Андрея Ангелова (СИ)

— Эй, братец Александр, — монах негодующе запыхтел. – Почему ты мне не помогаешь?.. – инок замолк и… подозрительно уставился на подельника.
— Это и есть мешо-ок? – ткнул пальцем под мышку вора.
— Ну да, канешн, блин, — занервничал карманник, отворачивая пухлый свёрток от привратника.
— Это не пустой мешо-ок! – голосисто заявил Сергий. – Там что-то лежит! Дай я посмотрю!
— Тише, блин, Серёга!
— Нет, ты что-то взял, я хочу взглянуть! – инок подпёр задом выход.
Звук бьющих часов легко спутать со звоном колоколов. Так и запишем в протоколе осмотра… Идея сверкнула в мозгу так, как и подобает вдохновенной молнии. Мгновенно. 
— Здесь банка под компот, — нашёлся вор. – Любишь компот?
— Люблю… — Сергий основательно сбавил тон.
Послышался шум работающего двигателя, нетерпеливо взвизгнули тормоза.
— Тсс! – Саня приложил палец к губам. – Слышь, приехала жратва! Щас я возьму продукты, мы запрёмся во флигеле и всё хоккейно рассмотрим. Лады, Серёга?
Всегда есть выбор. И всегда проблема в самом выборе. Инок глядел круглыми наивными глазами и тупо молчал.
— Ну-ка, в сторону, чувак, — Саня отодвинул монаха от ворот. Надавил плечом на дверь, петли нехотя приоткрыли массивную створку. В десятке метров от обители тихо клокотал мотором синий «Москвич» 1987 года выпуска, с зажжёнными фарами.
Сидоркин кинул раку на заднее сиденье, впихнулся туда сам и тачка тот час же умчалась.
— Ты ку-уда, братец Алекса-андр? – жалобно пискнул Сергий.
  
16. Дьявольский расчёт
 
Потусторонний синий «Москвич» находился на тихой улочке тихого городка, на неохраняемой стоянке, среди десятка других машин. В салоне автомобиля горел свет.
— Здесь нет суеты и никто не встрянет в «базар», — удовлетворённо сказали демоны. 
— Вот, ребята, — вор передал укутанный тканью ящик Хрыщу.
Хрыщ принял ларец, отбросил рясу, поскрёб лакированную крышку когтем:
— Как, Санёк, монастырь? – спросил простецки.
— В целом, милая конторка, но со скуки сдохнешь, — усмехнулся Сидоркин. — Дайте-ка сигаретку. За два дня курил всего-то пару раз, уши в трубочку, блин.
— У меня нету, — ощупал карманы шортов Порось. – Ты так неожиданно позвонил, и мы торопились. А у тебя, Хрыщ?
— Я тоже не взял, — ответил двоюродный братик, ставя раку под ноги. – Ты честно, Саня, заработал сто тысяч, обещанные светлейшим герцогом! – Он начал рыться в бардачке.
— Сто-о-о тысяч, мать вашу!? – Сидоркин чуть не подавился воздухом. – Мля, он мне обещал сто сорок две тысячи!
— Да, но герцог уже частично расплатился с тобой, — разъяснил Пороська. – Шикарные девочки и сауна, французский коньяк, номер «люкс» в его резиденции… Неужто ты забыл, чёрт возьми?
— Что и требовалось доказать… — обречённо процедил Сидоркин. Бесполезно гневаться, когда тебя уже кинули. Впрочем, мухлёж только начинался.
— Возьми, — Хрыщ протянул две банковские карточки. – По пятьдесят тысяч на каждом пластике. На одном рубли, на другом бабос из Европы. Пин-коды карт — все шестёрки.
— Что значит, ёпт, рубли!? – плаксиво вскричал Саня. – При чём здесь, блин, рубли!? Договор касался долларов и евро!
— С долларами у герцога напряг, — извинительно хмыкнул Хрыщ. – Разницу в курсе он вернёт, когда ты помрёшь. Ты, наверное, даже выиграешь, наверное курс поднимется!.. А европейские деньги тут, не сомневайся.
Карманнику ничего не оставалось, как грустно взять карточки.
— Вот ключи от тачки, — Хрыщ подал связку из двух маленьких ключиков.
— Документы и шмотки в сумке, — кивнул Порось.
Сидоркин подтянул к себе лежащую рядом спортивную сумку, вытащил паспорт. Открыл и прочёл вполголоса:
— Альберт Петрович Эйнштейн… Место рождения: город Милан, Миланская область.
— Что это? – без эмоций спросил карманник, показывая документ.
— Паспорт, — откликнулся Хрыщ. – Всё путём – корочки настоящие, печати тоже. Прямо из паспортного стола! Ни один мент ничего не заподозрит.
— Выходит, я родился в Милане, Миланской области? – с издёвкой произнёс Санёк. – И прописан… так-так… — пролистнул документ, — там же?
 
Хрыщ недоумённо посмотрел на Пороську. Дело по добыче паспорта брат винтил один, так как сам Хрыщ в этот день спал в усмерть пьяным. А Пороська тогда то ли нюхнул, то ли курнул лишнего, вот и получилось… как получилось. Если о косяке узнает герцог, родственникам будет тяжко, поэтому надо максимально повернуть ситуацию так, чтобы босс не узнал…
— Чёрт, ведь Милан далеко от России, – стал вещать Порось, то ли не желая признавать вину, то ли считая карманника полным лохом. – Никто тебя не опознает, Саня, если что… Это главное, разве нет?
— Ага, — прошипел вор. Потом заорал. – Ты, чёртов идиот! Гражданин России не может быть прописан в Милане, потому что в Милане нет прописки. А в России нет Миланской области, впрочем, и в Италии её тоже нет.
— Милан находится в области Ломбардия, — индифферентно произнёс Хрыщ.
Сидоркин перекривил и без того искривлённую рожу:
— А имя, которым вы меня наградили!.. Что за детский сад, мать-мать-мать!..
— Да ты чего, Санёк! – воодушевленно воскликнул Порось. – Когда ты узнаешь, в честь какого величайшего учёного тебя так обозначили, то ты…
— Величайшего учёного знаю не тока я, вот в чём проблема, — выдохнул вор. – Точней, даже я – тёмный уголовник, его знаю!.. Чего ж вы, сука, такие, мля, тупые?..
— Сань, да ладно, — примирительно вымолвил Хрыщ. – С кем не бывает.
Порось обиделся и принял насупленный вид. Хрыщ смущенно улыбался. Сидоркин осознал, что дьявольская жадность – это не самое плохое, что ему ещё предстоит пережить.
— Ты извини, родной, накладка вышла, — покаялся Хрыщ. – Переночуй в этом городишке. Здесь есть неплохая гостиница, «Жемчужина Сибири» называется. А завтра… вернее, уже сегодня утром, мы завезём новую ксиву, без всяких косяков.
— И кем вы меня собираетесь сделать сегодня утром? Кейптаунцем или алжирцем? – вопросительно усмехнулся Сидоркин. Он бросил карточки и паспорт в сумку. — До Новосиба далеко отсель?
— Мы отъехали от монастыря десять километров, — вслух размыслили демоны. – Значит, около девяноста осталось.
— Лады. Передайте дьяволу, что он жадный, мерзкий… — инстинкт самосохранения заставил умолкнуть.
Демоны выжидающе смотрели, нетерпеливо шевеля хвостиками. Давай, чувак, лепи! Будет чем тебя заткнуть, если вякнешь про Милан…
— …нет! Не надо ничего передавать, — опомнился карманник. Он подбросил ключики на ладони. – Где моя тачка?
— Вон она! – Порось показал пальцем вбок.
— Серебристая «Хонда»? – переспросил Сидоркин, наклоняясь вперёд и щурясь. – Я ж просил кабриолет!
— Нет. Рядом… Белая «Волга».
Между двумя красивыми иностранными машинками втиснулась странная ободранная «Волга ГАЗ 24».
— Что!? Этоназывается «Волга»!? – прошипел Саня, холодея ещё больше, чем от пластика с рублями.
— Верно, шестьдесят второго года выпуска, — восхищённо ответил Хрыщ. – На раритете будешь ездить, Саня!
— Я не возьму эту рухлядь, етит-матит!
— Ну, заметь, не мы это сказали, — укоризненно вздохнули демоны. – Но кабриолет ты вряд ли дождёшься.
— Всё? – кратко уточнил  карманник. – Тогда бывайте, я отчаливаю.
— Пока, — Хрыщ подал на прощание когтистую руку.
1 + 1 = 11. А вот один плюс один равняется два. Логический парадокс, — но демоны не знают таких слов, поэтому это просто нескладуха. Порось вякнул невзначай:
— Хрыщ, премию-то Сане отдай.
Сидоркин отдёрнул свою руку от пожатия, хищно насторожился:
— Чё за премия?
— Точняк, блин, совсем, сука, забыл! – фальшиво оправдался Хрыщ. Он злобно глянул на не в меру разговорчивого подельника, залез в карман шортов. – Саня, герцог оценил твоё рвение и оперативность, выдал премию.
Демон протянул тонюсенькую денежную стопку:
— Здесь тысяча рублей, — гордо брякнул Порось.