Рей и Рита (СИ)

В глубине души я понимаю, что все вышеупомянутые доводы - лишь жалкая попытка мозга выпутаться из неоднозначной и крайне нелицеприятной ситуации, но все же решаю проигнорировать тихий голос совести и отрицательно качаю головой:
- У нас с ним ничего нет, Никит. Наверное, это просто был какой-то тупой прикол.
Сафронов облегченно выдыхает и за руку притягивает меня к себе.
- Слава богу, а то уж я подумал, что ты и этот козел Рейман... Ну, что у вас что-то было. Да и смотрит он на тебя как-то плотоядно, - выдыхает он мне в ухо. - Но я-то знаю, что ты не такая, как все эти дуры, которые таскаются за ним табунами... Не стала бы ты с ним путаться и... Ну, в общем, ты понимаешь.
Я торопливо киваю и утыкаюсь носом Никите в грудь, чтобы скрыть свои пылающие огнем щеки. Ведь я именно такая, как "все эти дуры". Ведь я очень даже стала путаться с Денисом, попала под его чарующий магнетизм и позволила ему то, чего никогда никому не позволяла. И даже сейчас, когда он поцеловал меня в Красной, я хоть и оттолкнула его, но сердце... Сердце в груди перестало биться на бесконечно долгий миг, а затем заколотилось, как бешеное, норовя пробить грудную клетку и вырваться наружу.
Я не хотела признаваться даже самой себе, что мои чувства к Денису никуда не делись. Он взбудоражил меня в первую нашу встречу и продолжал будоражить по сей день. Каждый взгляд его голубых глаз, каждая ленивая полуулыбка, каждое вскользь брошенное слов заставляли меня трепетать как осенний лист на ветру. Он имел какую-то необъяснимую власть надо мной, и стоило его губам вновь коснуться моих, как я забыла обиду, которую он мне нанес, забыла про Никиту, про Колесникову, про все забыла. Потеряла голову. Растворилась в его запахе. Утонула. Умерла. Пропала.
Какое-то время мы с Никитой стоим в обнимку,  а затем он вызывается проводить меня до аудитории, и я соглашаюсь, ведь вернуться Красную после случившегося для меня подобно смерти.
Едва я успеваю попрощаться с ним и сесть за парту, как в кабинет врывается запыхавшаяся Белкина и, подлетая ко мне, выдает:
- Ритуля, прости меня, дуру набитую! Не знала я, что Рей до такой степени борзый!
- Ладно уж, - вздыхаю я. - Ты не виновата.
- Как же не виновата? - она садится рядом и потрясенно качает головой. - Это я ведь его провоцировала, подначивала... Думала, приструню маленько. Публично, так сказать. Мне и в голову не могло прийти, что он возьмет и засосет тебя у всех на глазах! Вот козлина!
- Слушай, Ксюш, а мы это... Ну... Долго с ним целовались? - перебарывая смущение, спрашиваю я.
- Нет, недолго, - заверяет подруга. - Ты почти сразу ему от ворот поворот дала! А какую ему потом Колесникова истерику закатила... Это надо было видеть! Слезами залилась, обматерила его да еще и пощечину влепила!
- А он что? - с ужасом шепчу я.
- А ему хоть бы хны! Стоит, улыбается, как блаженный. Она на него орет, а он ей: "Ладно, Вик, давай без драмы", прикинь?! - с выпученными глазами рассказывает Белкина. - Прям так и сказал. Я аж в осадок выпала.
- А она что? - стараясь не забывать дышать, интересуюсь я.
- Ничего. Так в истерике и убежала. Он даже за ней не пошел, представляешь? Сел как ни в чем не бывало, вилочку в руки и давай трапезничать!
- Да ну?
- Ага! А меня, знаешь, саму аж всю затрясло! Я к нему тоже подлетаю, мол, ну и скотина ты, Рейман! А он, зараза, лишь ухмыляется. И без тебя, говорит, знаю, что скотина, поэтому воздух зазря не сотрясай и аппетит не порть.
- Так и сказал? - не верю я своим ушам.
Наглости Денису явно не занимать.
- Угу, вот засранец, да? - негодует Белкина. - Я на него больше время тратить не стала, сразу за тобой побежала. Сафронов ведь все видел? Не сильно гнал?
- Ну так, - пожимаю плечами. - Не сильно вроде. Вошел в положение.
- Повезло, - Белкина шутливо вытирает пот со лба. - Если бы еще и Никитос начал с тобой отношения выяснять, вообще бы атас было! Правда не знаю, как вы теперь с ним на вечеринке у Сердюкова будете... Рейман ведь наверняка тоже туда припрется. Неловко как-то.
 
- На какой еще вечеринке? - хлопаю глазами я.
- На той самой, которую ежегодно проводит Сердюков для всего потока, - у Белкиной такой вид, будто я задала наиглупейший вопрос. - Он же у нас местный буржуй. Его родители уматывают заграницу, а мы гудим в его огромном доме. И даже скидываться ни на что не нужно, Сердюков сам все покупает.
- Я не пойду, - тут же заявляю я. - Одно дело пересекаться с Денисом в универе, и совсем другое - на вечеринке. Мне это не нужно.
- Наверное, ты права, - задумчиво тянет Ксюшка. - Я бы тоже на твоем месте не пошла. От греха подальше. Черт его знает этого Реймана, да? Что ему на пьяную голову взбредет?
На этом наш диалог обрывается: в кабинет заходит преподавательница по истории экономических учений, а за ней вразвалочку шествует Денис. Увидев его, я резко опускаю голову в тетрадь и гляжу в нее до тех пор, пока он не занимает своей место на задней парте.
Семинар начинается, и я честно пытаюсь сосредоточиться на занятии, но мысли то и дело улетают куда-то далеко, вращаются вокруг Дениса и его наглого, бесстыдного, но в то же время такого приятного поцелуя. Зачем он это сделал? Что-то чувствует ко мне или просто хочет взять то, чего не получил месяц назад на колесе обозрения?
После пар мы с Никитой встречаемся в холле, и он предлагает проводить меня на работу. К моему облегчению, парень говорит о чем угодно, только не о недавнем происшествии в Красной, и я ему за это очень благодарна. Уже на подходе к кафе "Сирень" он легонько приобнимает меня за талию и с улыбкой произносит:
- На выходных у моего друга Витьки Сердюкова дома будет тусовка, пойдешь со мной?
В горле мгновенно пересыхает, и я чувствую, как кровь приливает к голове, обдавая жаром затылок. Друг?! Витя Сердюков и Никита друзья?!
- Эм.. Ну, - мычу я, пытаясь придумать какую-нибудь правдоподобную отговорку. - Мне что-то не очень хочется...
- Брось, Ритуль, будет весело, - мягко настаивает Сафронов. - Мы с Витьком с детского сада знакомы, он не поймет, если я не приду. А быть там без тебя мне совсем не хочется.
С одной стороны, я чувствую вину перед Никитой, поэтому отказать ему сейчас кажется мне верхом невоспитанности, но с другой - вероятность пересечься с Денисом в неформальной обстановке по-настоящему пугает. Вдруг он опять меня поцелует, а я опять размякну от его прикосновений? В таком случае мое оправдание в стиле "я просто растерялась от неожиданности" уже вряд ли сработает.
- Ау, Рит, - выдергивает меня из раздумий голос Сафронова. - Ну что, пойдем к Сердюкову?
- Ладно, пойдем, - киваю я, так и не придумав никакого благовидного предлога, под которым можно было бы уклониться от похода на вечеринку.
Все-таки не хватает мне сообразительности!
Или дело все же не в отсутствии находчивости? А в том, что на уровне подсознания я хочу пересечься с Денисом? Боюсь и хочу одновременно?
  
27
 
Рита
Смена выдалась на редкость изнуряющая, и я медленно бреду домой, почти не чувствуя ног. Кто бы что ни говорил, но быть официанткой - это вовсе не так легко, как кажется. Крутишься как белка в колесе, бегаешь от столика к столику, порой даже забываешь сходить в туалет, а в итоге на чай оставляют несчастные крохи, которых даже на поездку на такси не хватит.
Конечно, в хорошие дни попадаются очень щедрые гости, которые не только на чайвые, но и на улыбки не скупятся. Таких людей обслуживать вдвойне приятно: и настроение поднимают, и финансовое положение спасают. Чудо, а не клиенты! Побольше бы таких.
Но сегодня мне не повезло, весь день попадались какие-то неприветливые тетьки и дядьки, которым невозможно было угодить, хоть в лепешку расшибись. То кофе холодный, то десерт невкусный, а одна вообще в салате волос нашла. А тот факт, что он был красный и короткий, как те, что у нее на голове, во внимание брать отказалась: замените и все! Деваться некуда, заменили, репутация дороже денег.