Мой пленник, моя жизнь
– Вот я и дома, Эмми, – сказал между поцелуями.
– Наконец-то! – Я прижалась к нему всем телом. – Мне так тебя не хватало.
И это была правда. Наши последние ссоры забылись, и сейчас я чувствовала себя счастливой оттого, что мой муж находился рядом. Что можно было его обнять, поцеловать и забыть обо всем плохом. Увы, миг счастья никогда не длится долго. И стоило нам войти в дом, как Лео спросил:
– Что там пленник? Надеюсь, не доставил проблем?
– Как сказать? – Я отвела взгляд. – И да и нет.
– Что это значит? – Лицо мужа сразу стало будто каменным.
– Он трижды пытался сбежать… и спас мне жизнь, – ответила я, стараясь не смотреть ему в глаза.
– А вот теперь подробнее. – Лео перехватил мою руку.
– Хорошо. Только давай я прикажу накрыть на стол, а мы пока сядем в гостиной и поговорим.
Я видела, что Лео не понравилось такое предложение, но он позволил мне вызвать прислугу и отдать распоряжения, а затем мы чинно сели рядышком на диван, будто гимназисты, и Леонард потребовал:
– Рассказывай.
Как уместить в двух словах все, что произошло за время пути? Я искренне постаралась. Начала с нападения волка и помощи Аттеуса, а закончила выбитым окном мансарды и доведенной до икоты служанкой. Лео слушал, все больше хмурясь, и я не понимала, то ли его так злит мой рассказ, то ли то, что Аттеус мне помог. Наконец, последняя фраза отзвучала, и я молча ждала ответа мужа. А Лео молчал, и от его молчания было жутко.
– Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь! – попросила я.
– Как ты могла?
– Что? – не сразу поняла такую реакцию.
– Этот Аттеус – ничто, пустое место. Тебе следовало запереть его в каком-нибудь сарае или чулане, но уж не предоставлять все удобства! Ты в своем уме, Эмми?
Лицо Лео искажала такая ярость, что мне захотелось исчезнуть, раствориться.
– Ты прослушал? – напомнила мужу. – Он спас мне жизнь! Или моя жизнь уже ничего для тебя не значит?
– Может, он сам это и подстроил? Не стал намеренно звать охрану?
– Лео, да ты себя слышишь? – Я подскочила на ноги. – Аттеус – не маг! Как он мог призвать из леса бешеного волка? И управиться с ним? Я могла умереть. Тебе все равно? Или тебя так задевает сама мысль, что ты чем-то обязан врагу?
– Эмми, не преувеличивай. – Леонард поднялся следом за мной.
– Я не преувеличиваю, Лео. Не веришь, спроси у охраны. Все, чем занимались они, – это издевались над пленным и ухаживали за моей компаньонкой. А должны были защищать меня!
– С ними я сам разберусь. Но и ты хороша. Зачем отошла от стоянки? Почему одна?
– Это ты у меня спрашиваешь?
– Эмми!
Но меня было уже не остановить. Я злилась. Да, так злилась, что желала вцепиться мужу в лицо. Он слышал только то, что хотел. Так всегда было! И, видимо, будет. Почему? Почему все не может быть иначе?
– Прости. – Лео перехватил меня в объятия. – Прости меня, девочка моя.
И осторожно, нежно поцеловал. Я отвернулась. Разговаривать не хотелось. Не в таком тоне.
– Эмми, родная… – Муж погладил меня по спине. – Я просто устал. Мы сначала невообразимо долго ехали к границе с Изельгардом, затем подписывали договоры. Эта принцесса – капризнейшая особа! Долго ехать она не может, останавливаться не желает, питается только цветочной пыльцой. Думаю, конечно, она намеренно над нами издевалась, но ведь девушка же, невеста короля. И не скажешь ничего. Илверт, мне кажется, сам не рад, что с ней связался. Мы только утром приехали, а завтра уже начнутся основные торжества. Еще неделя пытки.
– Все понимаю. – Обняла его в ответ. – Но и ты должен меня понять. Я не сделала ничего дурного.
– Знаю, милая, – поцеловал в макушку. – Люблю тебя. Больше жизни.
– И я.
Прижалась щекой к его груди и затихла. Еще неделя! Неделя торжеств, на каждом из которых нужно присутствовать, иначе Илверт не простит. Я всегда ненавидела придворную жизнь, а сейчас и вовсе готова была сбежать на край света, лишь бы оказаться подальше от всего этого.
А Лео наклонился ближе и поцеловал меня – нежно и осторожно. Сразу стало теплее, обида отступила. Я прижалась к нему всем телом, отвечая на поцелуй. Соскучилась! По его губам, которые теперь скользили по моей шее к ключицам. По чуть терпкому мужскому запаху, такому родному. Ласке рук, отчаянно сражавшихся с моим платьем.
– Лео, кто-нибудь зайдет, – прошептала ему на ухо.
– Плевать, – ответил он, подхватывая меня на руки. – Не могу дольше ждать.
Но из гостиной бережно донес меня до спальни, опустил на кровать и наконец-то справился с проклятой шнуровкой. Я расслабилась, отдаваясь желанной ласке. Ловила каждый поцелуй. А прикосновения становились все жарче.
– Ай, щекотно! – рассмеялась, когда Лео щетинистой щекой потерся о живот, как большой кот, а затем прошелся языком от пупка ниже. Нет, к чертям медленные ласки. Сейчас я сама хотела большего, льнула к нему, умоляя не останавливаться. Отдалась ощущению легкости и покоя, которого так не хватало все последние дни. Может, на этот раз все получится? И у нас появится долгожданный малыш? Было бы хорошо. И сейчас… хорошо! Мы оба ухнули в пучину удовольствия, разлившегося волной по телу. Не хотелось даже шевелиться. Только лежать в объятиях Лео и наслаждаться тем, что он рядом. Нет необходимости быть сильной, сражаться с неведомыми врагами, принимать сложные решения. Просто – быть любимой и желанной для единственного мужчины в мире.
– Ты уже приготовила наряды на королевскую свадьбу? – тихо спросил Лео, перебирая мои пряди, рассыпавшиеся по его груди.
– Мм… – пробормотала я.
– Это да или нет? – улыбнулся муж.
– Это да. – Я потерлась о его грудь.
– Ты будешь красивее всех!
– Ты каждый раз это говоришь.
– Потому что это правда.
– Льстец, – ответила я, все-таки поднимаясь. – А теперь умываться – и завтракать! Не зря же готовилась к твоему приезду?
– Люблю тебя, – прошептал Лео.
Люблю… Так просто сказать, но сейчас я тоже его любила и таяла от нежности. А главное – была счастлива, что мы наконец-то вместе.
Глава 16
Эрвинг
О том, что вернулся хозяин дома, я догадался по поднявшемуся шуму. По особняку сновали слуги, доносилось лошадиное ржание, а мне оставалось только прислушиваться и раздумывать, когда лер Эйш вспомнит о моем существовании. Хотелось, чтобы это случилось как можно позднее. Я не питал иллюзий. И прекрасно помнил взгляд Леонарда Эйша на казни, как и разговор с его младшим братом после нее. Надеяться, что они за это время остыли? Глупо. А раздавшиеся несколько часов спустя шаги только убедили меня в этом. Дверь отворилась. Леонард Эйш вошел в комнату, огляделся по сторонам, будто оценивая, не стоит ли ждать откуда-то удара, и уставился на меня.
В голубых глазах читалось одно – ненависть. Жгучая, беспросветная ненависть, которая затапливала все его существо. Я же не отводил взгляда. Нравится ему таращиться? Пусть таращится.
– Вижу, тебя разместили со всеми удобствами, Эрвинг Аттеус, – тихо сказал он, и голос напоминал шипение ядовитой змеи. – Эмми всегда была слишком добросердечной, следовало проконтролировать лично.
Я молчал. Разговаривать с ним не хотелось. А зачем пришел, скажет и сам.
– Впрочем, пусть остается как есть. – А Эйшу удалось меня удивить. – Тем более мы недолго пробудем в столице, лишь до конца свадебных торжеств. Ты ведь знаешь, что принцесса Бранда выходит замуж за короля Илверта?
– Знаю, – ответил я. И даже почти свыкся с этой мыслью, хоть это и было непросто.
– Так вот тебе тоже предстоит присутствовать на свадебном пиру. В качестве моего раба. Пусть изельгардцы оценят, во что превратился их хваленый полководец.
Кровь прилила к щекам. Представил, что придется смотреть в глаза соотечественникам. А может, и Бранде. Нет, лучше умереть!
– Что, не нравится идея? – усмехнулся Леонард. – А мне – очень даже. Почувствуй свое нынешнее положение. Похоже, оно до сих пор до тебя не дошло, раб.