"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Норр, не перекипев в одиночестве, с неистраченной желчью напустился на Джомара:
– Я должен получить записи мыслей образца II.
– Однако запросы у вас! – содрогнулся Мошковиц, спешно собиравшийся взмыть на «Афину Палладу». – В сердцах читать желаете? Укоротите размах, не по плечу – это прерогатива Всевышнего.
– А вы-то как намерены изучать образец V?
– Путём личного контакта. – Джомар застегнул свой баул. – Говорить языком, смотреть глазами. Первая сигнальная система вкупе со второй! Мне надо вернуться к следующему запуску, так что время у меня ограничено, а я должен составить мнение о перспективах образца V. Решить её дальнейшую судьбу. Не желаете полететь вместо меня?
  
– Благодарю, на ближайший год я налетался.
– Похоже, в контакте с образцом II вы птицу-удачу не поймали. Кстати, о чём вы с ним вели речь?
– В своё время узнаете. Это служебное дело.
– Ммм, тайны застенков Баканара. – Джомар стал опасно весел. – Ну, не хотите на словах, будете составлять докладную по форме. Начинайте сейчас, письменный запрос я сочиню до отлёта. И копию вашему руководству.
В помещении возникла тень ведомственной склоки.
– Я возвращаюсь к вопросу о съёме мыслей. Вы можете это сделать?
– Норр, вы обчитались справок по киборгам. С них – да, можно скачать что угодно. Мои дают только отзыв на вброс рабочих данных.
– Вы можете считать хранящуюся в них информацию?
– Субстрат – не аналог кибермозга. Это слепок человеческого мозга, который взлому не поддаётся – со всеми связями, каналами и перемычками. Из него исходит то, что выпускает индивидуум, находящийся в субстрате, не более.
– Вы можете заставить их делиться сведениями?
– Путём убеждения. Теоретически можно вскрыть субстрат нейросканером, но степень обратной транскрипции невелика, а субстрат будет испорчен. Такие опыты в план проекта не входят.
– Это равносильно заявлению о том, что вы не владеете доступом к содержимому субстратов. Или – что в вашем проекте создан неуправляемый искусственный мозг. Устное признание я считаю исчерпывающим. Вы готовы подтвердить его письменно?
– Давайте от слов к делу, – бодро предложил Джомар. – Вы облажались – да-да, не надо таращиться! – с образцом II, и после этого свысока читаете мне нотации о свойствах субстратов. Вы, должно быть, практикующий системщик, знающий слово Божие на одоление киборгов! Вот мой баул, вон там – мои люди. Отправляйтесь с ними к образцу V и в контакте, без консервного ножа, подробно выясните, почему она заблудилась и потерялась. Без результата не возвращайтесь. Что, не умеете? Ну так не лезьте в то, в чём ни аза не смыслите!
Оставив Норра наедине с удушливой жабой, Джомар вырвался из комнаты и понёсся по коридору, дурным голосом напевая какую-то бунтовскую песню из репертуара Хлипа. Доносились отдельные слова и строки: «Энергия!.. Рубись, рубись об лёд, голая рыба!»
Норра тряхнуло, как от вылитой за шиворот порции ледяной воды.
«Редкостная скотина! Надо запротоколировать его откровения».
Что за проект, что за люди в нём собрались? Нет хуже проекта в Баканаре, раз тут управляющие модули говорят, что они больны, что им страшно и они не могут работать!
  
Блок 6
 
Пятница, 22 апреля 6236 года
Баканар, научный центр Министерства обороны
– Карен, привет! Ты уже здесь!
Всё время, пока старушка «Елизавета» везла обратно Дагласов, их корабли и свиту, Альф себе места не находил. Он порывался разведать, сколько «флэшей» несёт «Дева» – два или три? Если бы их оказалось три, он со свойственной всем льготникам беспардонностью дошёл бы до Джомара, чтобы потребовать: «Дайте мне Карен, я знаю, она где-то тут!» Но охрана не пустила его дальше вентилируемых грузовых отсеков, так что выяснить число «флэшей» не удалось, и гранд-скандал не состоялся.
– Карен доставят раньше вас, – соизволил изречь Джомар.
Торможение, пересадка, спуск. Албан научился безошибочно отличать тяготение гравитора от настоящего. После хамрийских 0,42 g на плечи легли привычные, родные 1,13 g; словно ты витал во сне и проснулся. Не затхлое багровое светило, несоразмерное прозвищу «карлик», а знакомая медаль слепящего золота в голубой вышине.
Новости по TV шли тревожные. Каналы, разрешённые на «Деве», подавали их скупо, туманными словами: «локальная активность преступных групп», «неподчинение властям», «несанкционированные митинги», «агитаторы призывают к погромам». Что за этим кроется, угадать было трудно. В Городе систематически кто-нибудь восстаёт, но в этот раз СМИ уж очень всполошились.
Но Альфу было не до новостей. Он спешил попасть в Даглас-центр – теперь не желторотый птенчик, а космический гонщик, Орёл Федерации. Если Джомар говорит, что юная орлица ждёт своего героя в родовом гнезде, значит, так оно и есть.
И вот долгожданная встреча. Альф ворвался в комнату и увидел её.
– Карен, привет!
– Здравствуй, Альф, – мило улыбнулась девушка, не спеша вставая ему навстречу. Разогнавшийся Альф вдруг сбился с ноги и замер, полусогнутый, неловко оттопырив руки в стороны. Остальных тоже хватил столбняк – где смущённая улыбка, где застенчивая поза? почему Карен так одета?
– Э… Ка… что ты с собой сотворила? – прошептал Орёл Федерации.
– Я сделала дизайн фигуры. – Карен повернулась вправо-влево. – Мне не понравилось тело, я попросила его улучшить. Привет! Вы – Албан и Ирвин, я вас знаю. А ты – Бланш. Здорово, теперь мы вместе!
Без сомнений, это была Карен, и никто другая – но грудь у неё стала больше на два номера, да и в других местах прибавилось плоти, хотя бронекорпус и костяк остались прежними.
– Наверное, она не летала, – вслух подумал Ирвин. – Она кого-то обаяла, если не самого шефа, и он её реконструировал на свой вкус, помясистей.
– Что значит «я вас знаю»? – Албана смутило в её поведении другое.
– Вы мои самые близкие люди, – бесхитростно заявила Карен.
– Господи, кто тебя научил так улыбаться? – пробормотала Бланш. Ненатуральный оскал, сиявший на лице Карен, напоминал гримасы второсортных певиц стиля манки-дэнс или сим-сим. Опять же наряд, которым она решила напугать друзей – цветастая юбка-обмотка и ярко-пёстрая шаль на верхней части туловища, в несколько хитроумных витков образовавшая задорный топ.
– Карен… – лепетал Альф, обходя её кругом. – Когда я говорил, что хочу видеть тебя экстравагантной, я не это имел в виду. Спрячь зубы, спрячь.
– Фыкин тык! – непринуждённо вырвалось у Карен. – Ну я перестаралась. Записала кое-что в себя, теперь проблемы со стиранием. Эта лыба лезет на лицо когда надо и не надо. Я немного запуталась в опциях мимики. Если бы их строили на базе стандартной операционной системы, и забот бы не было.
– Её испортили, – ахнул Альф. – Та команда, что осталась в центре! Ты ходила к ним? Тебе навязали up-great, да? Что-нибудь закачивали в мозг? Сотри немедленно эту ересь! Она попала под дурное влияние. Бланш, ребята! Надо срочно спасать нашу крошку. Все думаем, как ей помочь!
– Сим-сим – плохая музыка, – категорически сказал Албан. – Разрушает резонанс личности с космосом. А манки-дэнс – просто отстой, возвращение в фауну. Карен, ты всегда предпочитала мелодэнс, зачем подалась в манки?
– Зато стала более женственной. – Ирвин отстаивал свои критерии. – В манки есть своя прелесть.
– Перестань! – поморщилась Бланш. – Я даже не представляю, что тут с ней делали, если перевернули девочке мозги на сто восемьдесят градусов.
  
– Полегче, Бланш, – сердито осадила Карен, так и не сумев согнать с лица улыбку манки. – Мои мозги на месте, а ваши не знаю, в каком миксере крутили. Тык, я надеялась найти у вас понимание моих культурных особенностей, что вы примете мои традиции и всё такое. Альф, ты правда меня любишь? Мне сказали, что ты от меня дико катишься.
– Качусь. Куда-то, – обалдело покивал Альф. – Можно что-нибудь исправить в ней?