"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Не смеши меня. – Альф сделал рот набок. – От нас артоном и не пахнет.
– Джомар сказал – протез тела. Значит, мы артоны, – убеждённо заявил Албан. – Мозг в груди, кровезаменитель и всё такое. Как полагается.
– Проснись! – оскалился Альф, снова шутовски пританцовывая по увядшей траве и разрывая ногами грунт, превращающийся под дождём в грязь. – Мы – КИБОРГИ! В нас нет ни кусочка органики. Ни сердца! ни лёгких! ни мозга!
  
– Чушь… я же дышу, – возразил Албан.
– Имитация ощущений. – Альф отмахнулся в танце. – Это твоя память о дыхании, ничего больше. Нас вообще нет!.. – Остановившись и пригнувшись, он не мигая посмотрел на Албана и зашептал: – Одна душа. Они вынули наши души и вставили в роботов. Вот и разгадка. Смекаешь? Условная фамилия, придуманные имена. Всё это блеф. Мы – управляющие модули, автопилоты. Зачем простому киборгу четыре таких порта? А я знаю. Мы будем водить межпространственные истребители со сквозным оружием. Где я пропадал, пока ты себя ощупывал? Я был на имитаторе, вон в том корпусе, – ткнул он мокрой рукой сквозь дождь. – Это мрак. Хлеще эйфоринов. Вставляют штекеры, и ты песком рассыпаешься в космосе. Ты – глаз, шар, видишь всё вокруг. Я расскажу, что с тобой будут делать.
– Думаешь, я тебе поверил? – Албан всё же не утратил скепсиса.
– Поверишь. Когда тебя подключат к стенду – тут ты и поверишь. – Альф опустился на колени в изрытую грязь, перемешанную с жухлой травой, потом сгрёб пригоршню размякшей земли и принялся размазывать её по лицу. – О-о, какое гадство! Я хотел умереть, я причастился, соборовался, я всех простил – чёрт бы их подрал! – и отдал всем последнее целование. И тут явился Джомар! «Заверните мне эту креветку!» Он стибрил меня, унёс под мышкой, чтоб сделать военным пилотом. Это незаконно! Я не хочу никуда летать! Во мне сто тридцать два кило, я красивый – и ни на что не годный, только водить истребитель!
Выкрикнув это в плачущее небо, он повалился и стал корчиться в грязи, оглашая пустынную зону Даглас-центра бессвязными воплями.
«Мы – пилоты, – тупо размышлял Албан. – Я и этот психопат. Водить истребитель. Военные пилоты. Без мозга. Каким же местом я тогда думаю?»
Немного повалявшись, Альф стих, затем угрюмо поднялся, перемазанный с головы до ног.
– По-моему, тебя не прошибает, – сердито буркнул он.
– Признаться, не очень. Представь себя на моём месте: подходит какой-то помешанный, босиком в декабре, говорит невесть что, орёт, катается в грязи. В общем, хочет произвести впечатление.
– Пошёл ты!.. – подавленно огрызнулся согбенный Альф. – Я с тобой, как с братом!..
– Факт, мы сильно роботизированы – никуда не денешься. И схема сборки, похоже, одна. Конечно, мне это совсем не нравится…
– А как голоса – из ниоткуда не доносятся? – спросил Альф со смиренной хитрецой. – Сумасшедшим себе не кажешься?
– Бывает, – сознался Албан. – Похоже, ты с этим уже разобрался?
– Радар. – Альф постучал себя по лбу. – Он здесь, в башке, вместе со сканером. Когда видишь вещи прозрачными – это сканер. А голоса – радио, ти-ви, трэковая связь. Если правильно настроить опции, качество приёма восхитительное. Я тебя научу. А надоест – их нетрудно вырубить.
– И всё-таки я полагаю, что ты врёшь. Насчёт пилотов.
– Да? – Альф совсем невинно улыбнулся. – Ну-ка, скажи, каковы звёздные координаты ми Цефея, если ты находишься в системе альфы Рыси?
– Э… – На какое-то мгновение Албан замешкался, однако почти сразу назвал координаты – и, выпалив их, замолк, поражённый своей эрудицией. Он же никогда не занимался астрономией!
– Вот. А говоришь, враньё.
– Но откуда…
– Они в нас заложены – звёздные карты, таблицы, схемы навигации. Там много чего, я ещё не вполне разобрался. Надо только навостриться пользоваться ими сознательно – и запросто води суда по космосу.
– Ошалеть можно. – Албан огляделся, волевым усилием подавляя вспышку координатной сети сканирования; расширяющаяся сфера страшила его по-прежнему. – Я никогда к этому не привыкну. Нелюдские способности…
– Я тоже так считая, – утешил грязнющий Альф, ничуть не стесняясь своего облика. – Ничего, притерпелся. Занятно – такие возможности!.. Нас теперь двое! О-го-го! – загорланил он, вскинув руки. – Дагласы – круче всех!
– А сестрёнку ты Джомару не заказывал? – почти дружелюбно взглянул Албан.
– Эта гениальная идея уже приходила в мой процессор, – Альф задорно подмигнул. – Пока я что-то мог по жизни, выучил кое-какие киберхитрости… я вообще хакер, чтоб ты знал… Алби, не всё потеряно! Мы ещё похимичим в этой богадельне, будь спок. Назови меня дерьмом, если я не испытал тело во всех режимах. Шикарная конструкция. Можно много кому нагадить… Тссс, я потом расскажу. А сейчас!.. я пойду в свою комнату и что есть силы брякнусь на кровать. Не моясь, как есть!
– Бледнолицый брат мой – свинтус, – укоризненно заметил Албан. – Надо уважать своё жильё.
– Да, я свинья. – Альф горделиво вскинул подбородок. – Наскотинить в чистом месте – мой долг пацифиста. Тут вертеп милитаризма, я его испоганю до невероятия. Есть роботы-уборщики, пусть за мной выгребают. Я и их потом сломаю!
– Если тебе декабрь не помеха, хоть в пруду ополоснись.
– Был я в пруду, ничего хорошего. Это отдельная история.
Плыть. Наверное, лучшее, что может испытывать человек. Возвращение к невесомости эмбриона в околоплодной жидкости – или ещё дальше, к той древнейшей поре, когда первые существа обитали в морях, а земля билась с небесами, в ответ на сокрушительные удары молний извергая пламя из жерл вулканов.
Плавать ночью. Когда никого нет рядом. Впервые идти к воде самому, без поддержки, без охватившего тело эктоскелета с сервомоторами. Песок приглушал шаги Альфа. Водная гладь отражала звёзды.
Он на ходу сбросил майку. Неуклюже прыгая на одной ноге и чертыхаясь, выбрался из широких бермудов. В спешке позабыл разуться, так и устремился к водоёму в туфлях из монопласта с тиснёными надписями «Для киборгов». Искусственный пруд был настолько красив, что грезилось – вот-вот над водой бледно засветится камень с воткнутым в него мечом. Или восстанет призрачная фигура в короне и мерцающей мантии: «Сын мой, иди ко мне!»
Зеркало воды дрогнуло, зарябило. Он шёл, трепеща от предвкушения. Сейчас. Вот вода поднялась до колен. Плеснула у бёдер. Альф по пояс погрузился в тихую ночную воду. Движение вперёд стало даваться с некоторым усилием – жидкая среда противились входящему в неё.
«Почему меня не приподняло?.. а где закон Архимеда?»
Закон между тем действовал безукоризненно. Вода, вытесненная прекрасным телом Альфа, весила меньше тяжёлого киборга, и выталкивающая сила не ощущалась. Костяк и бронировка вместе с упрятанной в полости таза кериленовой батареей дружно обеспечивали первому Дагласу свойство, именуемое «отрицательной плавучестью».
Он остановился, когда вода дошла до подбородка. Немного подпрыгнул – и тотчас опять опустился ступнями на дно. Проклял бестолковых конструкторов. Но Альф был упрям и готов пройти свой путь до конца. Он зажал нос (излишняя предосторожность), стиснул челюсти и двинулся дальше. Вскоре вода сомкнулась у него над головой.
Оказалось, глаза смело можно держать открытыми. Видимость намного ухудшилась, но сканер в однородной среде работал исправно и далеко просматривал толщу воды. Альф обнаружил, что приспособляемость глаз позволяет видеть и здесь – скудные фотоны, проникавшие из ночи в пруд, отражались и давали пусть не яркую цветную, но вполне сносную сероватую картину дна. Уши, на воздухе игравшие роль барометра, тут функционировали как глубиномер.
  
Ил. Эта липкая дряблая масса покрывала дно неровным тонким слоем и понемногу затягивала мусор, погрузившийся в пруд. Что только сюда не швыряли!.. Альф присел, порвал руками дырявый пакет; ил заволновался, вздулся грязным облачком, стал всплывать лохматыми клочьями.