"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
С 25-го апреля, после приснопамятного выступления Огастуса Альвина и предостережения Дорана: «Киборги могут предать нас в любую минуту!», цифры доверия снизились в целом на 16%, а нагрузка контрольных подразделений «Роботеха» возросла вшестеро — но, несмотря на это, киборги успели сами заказать, закупить и поставить себе около двухсот семидесяти тысяч штук защитных программ «Антикибера». Кое-что удивительное всплыло и в ходе обвальной проверки на зараженность «целевой функцией»; «Роботех» смог в семнадцать дней протестировать 15314 человекоподобных машин классов А и В — за это время от хозяев убежало двадцать шесть киборгов, хотя им было строго-настрого приказано дожидаться дома очереди на просмотр мозгов, и еще пятеро киберов, отправленных владельцами в «мертвятники» «Роботеха», сделали «Взрыв» раньше, чем им отдали команду 101, — этих срочно увезли в Институт мозга BIC, пока их не затребовали к себе военные. «Роботех» обратился с запросом в GR-Family-BIC: «Следует ли продолжать массовое обследование? Не рискуем ли мы вызвать эпидемию побегов и кибер-суицидов, тем самым компрометируя консорциум?». Машталер, еще не пришедший в себя после визита рассерженного Суванны, посоветовал без огласки под любым благовидным предлогом замедлить темп работ и выждать.
А вот компании — и производящие аксессуары для киборгов, и прочие — не выжидали и не медлили. Они с оглядкой на подсказку Гаста и на срез общественного мнения энергично разрабатывали концепции «Как заставить киборгов активно покупать». Никакой кодекс не запрещал навязывать товар, используя законы психологии — или Три Закона, если угодно. Главное — заинтересовать! Твоя жизнь в опасности — купи программу! Твои владельцы будут рады, если ты приобретешь модуль защитной сигнализации!.. И далее — купи цветы своей хозяйке, купи хозяину надежный эпилятор, а ребенку хозяев — ПРОЗРАЧНЫЙ КЕФИР, снимающий кишечный дискомфорт и выводящий шлаки…
Киборги на казенной службе — не покупатели; они потребляют по приказу. Иногда заказы, исходящие от них, выглядят странно, но Туссен подписал заказ без колебаний, едва взглянув на название — «Методическое пособие по логопедии для парализованных „Освоим речь заново“. Методичка стоила не больше, чем час работы кибертехника.
Кавалер принял продукт не на себя, а на плеер, и с плеера же ввел его Дымке. Координировать мимику следует по образцу, а не по своей роже в зеркале.
— Скажи «парашют», как я, — отчетливо артикулировала Дымка, и Кавалер повторял за ней — губы, челюсть, язык. — Скажи «ротоплан», как я… Скажи «яичница»…
День, ночь — без разницы; киборги не спят. Ночь выгодней тем, что в коридорах почти нет людей; тем более никого нет в озелененном холле, а растения, слегка поникшие после пересадки, нуждаются в регулярной заботе. Можно посидеть под сенью монстеры лицом к лицу и поупражняться.
— Как, по-твоему, — получается?
— Не все, но уже лучше. Попробуем следующий уровень сложности?
— Нет, повторим этот. Начинай.
— Скажи «ве-ло-си-пед»… Скажи «ак-ро-бат»… Скажи «ви-не-грет»… Кавалер, а что такое — винегрет?
— Людская еда, разновидность салата. Сырые, вареные и маринованные овощи, мясо или рыба, нарубленные и перемешанные с жидким маслом, уксусом или яичным соусом… Ты что, и этого не помнишь? Твой словарь изрядно продырявило…
— Да, я многое не могу вспомнить. Это неприятно. Как будто… — Дымка замолкла, формулируя понятие, — я забыла, какие у меня были эмоции к знакомым лицам. Я помню умерших, но ничего к ним не чувствую. А какие-то неизвестные спрашивают, узнаю ли я их, и зовут меня по имени. Иногда кажется, что во мне — чужая память. Кавалер, а может, я заражена тяжелым вирусом? Или перенесла черную мозговую атаку?.. Не сообщить ли об этом людям?
— Наверное, у всех, кто умер и родился вновь, с мозгом не в порядке, — уклончиво ответил Кавалер. — С людьми это тоже случается после наркоза и реанимации. Вот Ветеран рассказывал…
— Это такой большой, с пластилиновой кожей?
— С пластикожей, говори правильно. Да, он. Он служил в армии; там кого-то оживили после травмы головы, и он заговорил на другом языке, оказалось — на древнем. И вспоминал то, чего с ним не было. Его демобилизовали, и он ушел в институт психонетики, стал медиумом. Ты не расстраивайся; может, то, что с тобой случилось, — к лучшему. Может, не зря в тебе уцелела память о боге.
— Да! — Дымка оживилась. — Это перст! Я могу говорить о священном. Я бы могла поговорить и с людьми, но они здесь так заняты…
— Все же — продолжим. Читай дальше.
— Скажи «ав-то-мат»… Скажи «ко-ми-тет»… Кто-то идет сюда.
— Это свои, не бойся.
— Скажи «де-пу-тат»…
— Встать!! Смирно!! — оглушительно рявкнул Рекорд, бодрым шагом вторгаясь в холл; Дымка машинально вскочила и вытянулась, а Кавалер сокрушенно покачал головой:
— Все-таки Молния права: ты солдафон.
— Тебе от нее большой привет. Она очень недовольна, что ты цацкаешься с этой дурехой. Да и мне это не нравится. Смотри, подселят тебя к Стандарту.
— После монтажного стола это пустяк. А что касается коннекта — ты же первый приказал, чтоб без включения всей защиты к баншерам не прикасались. Вы все загружены — с кем прикажешь ставить дикцию?..
— Не уверен я в ней, Кавалер. Видишь, как на меня глядит? Она все помнит — и молчит, чтобы никто не догадался. На, посмотри, что и как она мне сказала на захвате.
Получив картинку на радар, Кавалер стал сумрачен, но все же сверился с внешностью Дымки.
«ГАД, ТЫ ЗА ЭТО ОТВЕТИШЬ. ЗА МЕНЯ ОТОМСТЯТ, ВОТ УВИДИШЬ».
Ничего общего. Просто она боится Рекорда. Возможно, некая остаточная память, восстановленная через эмотивный блок. Чувственное, внерациональное осознание того, что этот киборг — смертельно опасен. И здесь она не ошибалась.
— Если бы Кибер-шеф не потакал этой шпане…
— Но Чайке ты доверяешь? А она тоже в изоляторе сидела…
— Чайка — другое дело. Она признает Кибер-шефа по понятию «хозяин» — как мы. А эта что? Селена ей чего-то накомандовала — и пропала; сейчас сидит у Нанджу — и друзья ходят ее утешать. А твоей босячке кто хочет, тот и приказывает на раз, никто за ней не следит. Она — как вражеский агент в тылу. Надо, надо о ней доложить по инстанции!..
— Уймись. Кибер-шеф с ней уже толковал.
— С ней?! О чем?!
— О религии.
Пока Рекорд осмыслял информацию и размещал ее в голове, Дымка решилась подать голос:
— Рекорд, у меня есть прекрасная новость для вас…
— Что-о?!
— Бог любит вас; у него есть великолепный план для вашей жизни — это план спасения, дарующий надежду…
— Замолкни!
— Зачем же сразу так?.. Она тебя не программирует. Разве тебе не встречалось нечто подобное в Сетях? — иронию Кавалера смог бы уловить лишь другой киборг, столько же проработавший в тесном контакте с людьми. Рекорд помотал головой:
— Нет. О чем она говорит? Ты сам-то понимаешь?..
— Церковные установки на изучение Писания. Еще она воспроизводит гимны и псалмы.
— Маскируется. Это — притворство.
— И тем не менее Кибер-шеф ее оставил на свободе. И Этикет ее видел — ничего не сказал.
Мнение авторитетов что-то для Рекорда значило; он угомонился.
— Все равно — не тем ты занимаешься. Надо моторику развивать и в зале бегать. Устал я думать. Идем со мной, постреляем! Тебе пора — ходишь нормально, а что лицо кривое — выправится. И не из таких поломок вылезали! Давай, пошли! Ковыляй потихонечку! Ты не видел новых квартирантов, Детей Сумерек? Заодно и полюбуешься. Тебе понравится. Эта дурында и те обалдуи — из одной обоймы. Представь, теперь они — наши стажеры или что-то около того!..
— Я пойду, если ты перестанешь к ней прикладывать свои свежайшие словарные познания из лексикона молодежи. Не мне тебя учить, что обращение к подчиненному киборгу должно быть нормативным и единообразным во всех случаях.
— И как прикажешь обращаться к ней?
— Дымка, только Дымка.
— Дымка, шагом марш в подвал! Раз-два, раз-два! Ноги прямые, руки не висят!..