Пережить бурю с Бастианом (ЛП)

— Я тут самый опасный человек, — сказал я, посмотрев в ее нежные, карие глаза. Гнев уже давно прошел, но жесткое выражение, скорее всего, было все еще там, а Рейн просто напросто забыла, с кем жила и делила свою кровать, кому отдавала свое тело. — А кто защитит тебя от меня?
Я отстранился от нее и вышел из кухни. Мои сигареты лежали на ночном столике в нашей спальне, поэтому я направился туда и взял их, затем открыл балконную дверь и вышел на свежий воздух. Я услышал, как Рейн подошла ко мне, когда склонился над перилами балкона и стряхнул сигаретный пепел в бассейн, который по форме напоминал амебу.
— Ты скажешь мне сейчас, о чем думаешь? — поинтересовалась она мягко.
Я подумал, прежде чем произнес ответ.
— Я тебе здесь не нужен, — ответил я.
— Ты очень нужен мне, — настаивала она.
— Нет, — уперто произнес я, — ты больше не нуждаешься во мне.
— Себастьян… — ее голос прозвучал, как предупреждение.
— Я знаю, знаю, — прокричал я, подняв руки вверх в оборонительном жесте, — да, да, ты любишь меня. Я не понимаю этого, но знаю. Ты хочешь меня — это я понимаю, но я не нужен тебе. Здесь я не нужен тебе.
— Ну, возможно, здесь нет необходимости приносить свежую рыбу или воду, но я все равно нуждаюсь в тебе.
Я честно не имел никакого желания соревноваться с ней в пустословии. Это было ясно с самого начала, что мы не найдем точек соприкосновения касательно этого вопроса. Какое-то время я хранил полное молчание, собирался с мыслями. Действительно не хотел, чтобы она шла на учебу, зная, что дома остался нерешенный спор, поэтому решил просто замять нашу ссору. Сделал последнюю затяжку, выбросил окурок в ведро и повернулся к ней.
— Давай каждый останется при своем мнении? — предложил я.
Рейн вздохнула и скривила губы. Я улыбнулся ей и раскинул руки, пригласив ее тем самым в свои объятия. Она подошла ко мне, и я крепко обнял Рейн, стиснув изо всех сил. Если бы можно было обнять всем телом и тем самым поглотить ее, я бы так и сделал, потому что не было на свете ничего и никого, кого бы я желал настолько сильно. Она подняла свои руки, чтобы обнять меня за плечи, положив щеку на твердые мышцы моей груди. Уткнувшись своим носом в ее шею, я вдохнул аромат, исходивший от ее волос, и ощутил шелковистость ее кожи — все это успокаивало меня.
— Ты для меня — все, — сказала она. — Мне не нравится смотреть на тебя, когда ты испытываешь страдания, но я, правда, не могу вернуться туда. Никогда не хочу больше возвращаться туда.
Я плотно прикрыл глаза и попытался не обращать внимания на жжение, которое образовалось у меня в глазах от набегавших слез.
— Я знаю, — прошептал я в ее волосы.
***
Линдсей была лучшей подругой Рейн еще с Огайо. Она перебралась в Майами, когда мы с Рейн числились пропавшими без вести, чтобы быть ближе к месту поиска. Ник, ее парень, был тем самым пилотом гребаного вертолета, который, в конце концов, нашел нас и вывез с острова. И только по этой причине я ненавидел его, но изо всех сил старался этого не показывать.
Линдсей выросла в обеспеченной семье, что отражалось на ее поведении больше, чем это хотела показать Рейн. Ее мать занимала должность верховного судьи штата или что-то в этом роде, отец работал руководителем какой-то корпорации. Линдсей не кичилась своим достатком, но эта девчонка покупала все, что видела и иногда пыталась заставить и Рейн купить то же самое.
Я совершенно не понимал этого.
— Ты обязательно должна посмотреть на туфли, которые я приобрела он-лайн, — болтала Линдсей, переступив порог и поставив возле двери дизайнерскую безразмерную сумку. Она сразу же хватила Рейн за руки и повела по направлению к дивану. Я задался вопросом: нет ли в ее сумочке парочки чихуа-хуа, потому что, судя по размеру сумки, она могла с легкостью их вместить. Две девушки склонились над ноутбуком, который стоял на кофейном столике, и рассматривали сайт со скидками на обувь. Вдвоем они смеялись и указывали на экран, Ник смотрел на них и закатывал глаза.
 
— Женщины, такие женщины, да? — проговорил он с дружелюбной улыбкой. Затем положил большой, коричневый пакет на кухонный остров и протянул руку для рукопожатия. — Как ты, Себастьян?
Полностью проигнорировав его руку, наряду со всеми его стараниями, я проворчал, схватил пачку сигарет, зажигалку и направился на выход, открыв раздвижную стеклянную дверь. Затем вышел и закрыл ее за собой.
На балконе я изо всех сил пытался найти в себе немного сожаления из-за того, что отшил парня, но, как бы я ни старался, не мог. Каждый раз, когда смотрел на него, в моей голове отдавались четкие звуки лопастей вертолета, когда он садился на пляж и затем полностью разрушил мой хрупкий мир. Я прекрасно знал, что Рейн и Линдсей хотели, чтобы мы подружились, и Ник определенно пытался, но я был настроен отрицательно по отношению к этой идее. Я был полной задницей.
Разжег гриль и выложил стейки на прикрепленную решетку. Они были отличного качества и очень сочные, поэтому я знал, что у меня займет некоторое время, чтобы приготовить их, а это в свою очередь означало, что у меня останется меньше времени на разговоры с долбанными надоедливыми друзьями Рейн.
Ну, просто ах*енно.
Я докурил сигарету и рывком открыл раздвижную дверь.
— Нет, серьезно, Линдсей, о чем ты думала?
Линдсей и Рейн стояли с левой стороны у кухонного островка спиной ко мне, Линдсей держала пару бокалов для вина, пока Ник откупоривал бутылку «Мерло» на столешнице рядом с мойкой.
— Это ведь ничего такого, просто бутылка вина, — сказала Линдсей. — Уже прошел месяц, я не думала, что это вызовет у тебя такую реакцию. Я хотела отпраздновать мое продвижение по службе, черт возьми!
— Он все равно будет вести себя, как полный придурок, будем мы пить или нет, поэтому, думаю, это не сыграет никакой роли, — пробормотал Ник.
— Прекрати говорить так! — Линдсей ударила его по руке и повернулась к Рейн. Она положила ладонь на плечо Рейн и склонись к ней. — Ты же прекрасно понимаешь, что ему необходимо будет учиться находиться рядом, когда все будут выпивать, ему нужно привыкать, милая. Я не пытаюсь показаться бестактной, но вы вдвоем должны понимать, что остальные не должны отказывать себе в удовольствии пропустить пару бокалов и…
— Да, все просто офигенно, — огрызнулся я, когда вышел из гостиной. — Вы можете спокойно пить ваше гребаное вино, не парьтесь насчет меня.
Они резко развернулись в мою сторону и смотрели на меня распахнутыми от ужаса глазами.
— Бастиан, — задохнулась Рейн на полуслове, — это же и твой дом то…
Я разразился громким смехом, покачав головой. Мой дом был далеко отсюда, я не думал, что какая-то долбаная бутылка вина могла все сделать гораздо хуже, чем было. Я сделал глубокий вдох и попытался успокоить голос и свое заходящееся сердце.
— Все в порядке, детка, — сказал я неспешно, выделив каждое слово. Подошел к ней, обернул свои руки вокруг ее талии и нежно поцеловал ее в шею, чтобы подтвердить свои слова. Я никогда никому ничего не доказывал, но сейчас почувствовал резкую необходимость сделать это. — Милая, она хочет отпраздновать, или что там. Я справлюсь.
И я справлюсь, так и сделаю — буду сидеть, вцепившись в стакан с холодным чаем так, словно от него зависела моя чертова жизнь, на протяжении следующих сорока минут.
— Похоже на то, что Рейн отлично успевает в университете, — проговорил Ник, когда неслышно вышел на балкон, закрыл за собой дверь и присоединился ко мне.
— Хм, — издал я мычащий звук через нос. Я не отводил взгляд от гриля в надежде, что он поймет недвусмысленный намек и свалит нахер. Но он так не сделал. Чертов мудак.
— Так чем ты занимаешься, пока Рейн на занятиях? — проговорил он, пытаясь завязать разговор.
— Дрочу, — легко ответил я.
Он резко рассмеялся, но звук смеха рассеялся, когда я посмотрел на него серьезным взглядом.
— Ну, думаю, это может быть довольно-таки скучным, мм? — Ник качнулся на пятках вперед-назад и затем облокотился локтями о перила балкона. Он отхлебнул большой глоток своего напитка, и глупая улыбочка опять возникла на его лице. — Так откуда ты родом, Бастиан?