Вне системы (СИ)

Шаг за шагом Алехандро спустился по вертикальной лесенке и достиг каменного пола. Под ботинком неприятно хлюпнуло, и он посветил себе под ноги, а затем по сторонам. Хм, следов не видно… Впрочем парень однозначно знает про эту лужу, и конечно перепрыгивает ее. Но вот в каком направлении пойти дальше?
Луч фонарика выхватил на полу пару щепок, лежащих слева. Барроса посветил чуть дальше и заметил еще одну. Мэтт говорил, что парнишка носит в канализацию палки, а значит, скорее всего, он живет в этой стороне.
Алехандро приглушил свет фонаря, и, подсвечивая под ноги, двинулся вперед, стараясь не наступать в мелкие лужицы. Изредка, он направлял свет вперед, чтобы убедиться, что его голова не врежется в торчащую арматуру или еще какую железку, и снова целенаправленно шел.
Макс резко открыл глаза и прислушался. Кто-то проник в его дом! Неужели это тот страшный человек с разными глазами, который украл маму и папу? Он пришел за ним?
— Мальчик! Ты где? — донесся до него хрипловатый голос. — Я принес тебе вкусной еды. Дядюшка Алехандро всегда готов помочь бездомным ребятам.
Наверное, будь на месте Макса сейчас любой другой парень, дальнейшие события разворачивались бы по одному из двух сценариев: запаниковать и спрятаться, либо поверить и соблазниться угощением. Но ни то, ни другое не сработало. Да, подросток сознательно избегал встреч с людьми, но отнюдь не дрожал при их виде. Технобионт давно заблокировал любые панические реакции, оставив только осторожность и холодный расчет.
— Человек! Уходи! — громко крикнул Макс. Он уже понял, что это не «разные глаза», а потому пришелец ему перестал быть интересен полностью.
Губы Алехандро растянулись в улыбке — мужчина знал, что ребенок себя выдаст. Они всегда себя выдают. Сейчас он трусливо прячется где-то в закоулках коллектора или между трубами, но это ненадолго.
— Парень, не бойся. Я не причиню тебе вред.
— Человек! Уходи! Третьего предупреждения не будет, и ты умрешь! — Макс вспомнил какой-то старый фильм, где так говорил главный герой, который всегда и всех предупреждал только два раза.
— Какой ты грозный! Ну хорошо. Я оставлю тебе еду, свет и уйду.
С этими словами эмигрант поставил посреди прохода плоскую картонную коробку и снял с нее крышку. Приятный запах плавленного сыра начал медленно распространяться по коридору. Мужчина установил фонарик так, чтобы луч света четко освещал угощение и двинулся обратно, пока совсем не исчез в темноте. Последними шагами Барроса постарался сымитировать затухание звука, чтобы парень подумал, что он ушел далеко.
На самом же деле, мужчина бесшумно присел на колено и выставил перед собой пистолет с транквилизаторными зарядами. Вот так хорошо. Теперь мальчика слепит фонарь, и он не разглядит его, зато Алехандро сразу заметит, когда паренек окажется возле еды.
Внезапно где-то вдали раздался хлопок, затем звон разбитого стекла, и принесенная лампа погасла. Торговец органами даже не сообразил, как это произошло.
— Ах ты мелкий сучонок! — он достал из кармана зажигалку, но едва только полыхнул ее огонек, как раздался повторный хлопок, очень напоминающий шлепанье резины. Где-то прямо над его головой звякнул камень и, спустя секунду, грудь торговца органами насквозь пробил упавший откуда-то сверху здоровенный стальной лом. Он и подумать не мог, что убежище парня может быть оборудовано такими ловушками.
Тело мужчины завалилось навзничь, и кровь из несовместимой с жизнью раны обильно хлынула на каменный пол. Он ничего не видел, но все еще мог слышать:
— Ого! Вот у меня и появилась настоящая зажигалка! — радостно воскликнул мальчик и с наслаждением зачавкал теплой и ароматной пиццей.
«Объект научился самостоятельно добывать питательные вещества. Ускорен механизм овладевания вспомогательными средствами охоты. Развитие мышечной ткани направлено по улучшенному типу. Состояние тела оценивается как превосходное, баланс элементов в норме. Произведена полная замена бактерий-спутников на дочерние технобионты. Количество — оптимальное. Приступаю к постепенному улучшению силовых и скоростных показателей носителя за счет изменения внутренней структуры сухожилий и костей. Среда работы оценена как благоприятная, запущен процесс гормонального созревания. Тело полностью подготовлено к возможным переменам.»
 
  
Глава 4
 
20 июня 2038 г. Лос-Анджелес.
Кевин Уильямс, бывший боец секретного армейского спецподразделения, а ныне действующий агент ФБР, захлопнул ноутбук и закурил. Обычно он пользовался электронным аналогом сигарет, но на этот раз ему хотелось простого и крепкого табака без тошнотворных заменителей. На такой случай у него в ящике стола была припасена пачка красного Мальборо, которой обычно хватало на месяц.
Кевин обладал достаточно выразительной внешностью. Слегка неряшливый, побитый жизнью вояка, повидавший смерть и друзей, и врагов. Глубокие залысины на его голове полукругом охватывали топорщащиеся волосы со старомодным ежиком. Прямой нос, от которого вниз по щекам уходили две глубокие складки; слегка поджатые губы. Мужчина вполне мог называться располагающим к себе человеком, если бы не странные, почти черные глаза, взгляд которых заставлял окружающих людей испытывать непонятный страх. Взгляд, при виде которого хочется побыстрее перейти на другую сторону дороги и поскорее забыть его. Агент Уильямс уже и не помнил, когда его в последний раз останавливали полицейские или служба досмотра. И он знал об этой своей особенности; она ему даже нравилась, поскольку помогала быстро избавиться от ненужных собеседников, или назойливых уличных коммивояжеров.
Агент глубоко затянулся горьким дымом и снова открыл лэптоп, изучая собранные материалы. Сегодня его прошение повторно завернула прокуратура, отказавшись выдавать разрешение на обследование лаборатории корпорации «Новое будущее» в Нью-Йорке. Именно с ней он связывал появление на черном рынке невероятного препарата «Сальватор». Сама же корпорация активно это отрицала.
«Сальватором» сразу активно заинтересовалось множество ученых, но никто так и не смог полностью понять истинных принципов его работы, за исключением того, что его действие было основано на нанотехнологиях. По сути, формально он даже не считался лекарством, а потому действующая законодательная база США к нему не подходила, и под запрет он не попадал, образуя дыру в законе.
И вместо того, чтобы оперативно взять его распространение под контроль, правительство почему-то до сих пор не приняло никаких мер, и, по слухам, само его успешно употребляло, что косвенно демонстрировали разгладившиеся и посвежевшие лица конгрессменов. Сальватор справлялся со всеми известными болезнями и вирусами, очень быстро заживлял травмы и раны. И его не нужно было постоянно принимать. Одна капсула и все! Он даже избавлял людей от СПИДа, что казалось вообще чем-то из области фантастики. Все старания исследовать его глубже были обречены на провал. Мощнейшие микроскопы давали слишком мало информации, позволяющей досконально познать принципы его работы.
Члены протестующих организации, ярые антипрививочники, и прочие противники всего нового беспомощно разводили руками. За полтора месяца ни одной смерти, ни одного побочного эффекта. А главное — таблетка Сальватора стоила сущие копейки, навряд ли покрывающие ее производство! В интернете одна за одной появлялись истории, что новоприобретенный иммунитет передается от одного человека к другому через поцелуй, или половой акт. Так что, по оценкам специалистов, уже около восьмидесяти процентов населения тем, или иным способом запустили его в свой организм.
 
Находились те, кто видел в этом модную теорию мирового заговора. Эти ребята никуда не делись, пережив и волну коронавирусной инфекции двадцатых годов, и последовавшие за ней новые штаммы. Жизнь человечества, хоть и с сезонными потрясениями, но продолжалась.