Игры Эн Ро Гримм (СИ)

– Благодари Джека, – елейным голосом ответил Сирил, но отвернулся как-то слишком поспешно для того, кто по-настоящему невозмутим. – Если бы он не кинул меня у ведьм, я бы не рванул за ним через полстраны, чтобы всадить пару болтов. 
– Не надо в него стрелять, он хорошо готовит, – ухмыльнулась Ширла. – Так, а что у тебя ещё за тузы в рукаве, одарённый мальчик? Я не из зависти, мне для дела. 
Сирил сощурился:
– Я не против поделиться информацией. Но сначала рассказывайте вы. Доверие доверием, но мы должны быть в равных условиях.
Спорить никто не стал. Первым заговорил Альфред Росс, прокашлявшись.
– Тот, гм, косматый верзила, который нас всех сюда приволок, назвал меня «охотником», – произнёс он и смущённо почесал в затылке. – Признаться, дома я ездил иногда на утиную охоту со спаниелями, но не чтоб птиц пострелять, а ради барбекю и имбирного пива, у моего приятеля небольшая компания, гм, крафтовое пиво, такие дела… О чём это я? Так вот, я и охота. Ружья я в руках, конечно, держал, но не такие. А уж всё остальное… Словом, у меня есть несколько ножей, короткий меч, удавка, хлыст, пистолет и арбалет. Так что если кто захочет вооружиться – я могу снабдить, – добавил он с улыбкой, чересчур беспомощной и доброй для беседы об оружии. 
– Не прибедняйся, – хмыкнула Ширла. – Распотрошил и освежевал зайца ты вполне умело, я даже хотела прозвать тебя Фредди-Потрошитель… Шучу. Ну, что касается меня, то многого не ждите. Я умею заколдовывать небольшие предметы, чтоб они сами делали то, что привыкли делать. Вообще это основа любого колдовства – диалог, – добавила она, явно кого-то цитируя, и опустила взгляд. – Старые вещи умнее, поэтому охотнее прислушиваются к просьбам. Так что щётку для стирки я специально купила старую. 
«Звучит логично, – подумал Джек, неожиданно для самого себя заинтересовавшись механикой волшебства. Вспомнилось даже, как ещё в кампусе, вернувшись после вечеринки, уже под утро, он уговаривал замок собственной комнаты открыться без ключа и дёргал ручку… Правда, из памяти начисто вымаралось, получилось ли в итоге. – Болтать, значит… Ну, болтать я умею и люблю. Попробовать как-нибудь, что ли?»
– Очень удобно, – заметил он вслух. И пошутил: – Значит, достаточно будет раздобыть топор – и можно отправить его рубить голову этому, как его… сприггану? 
Ширла скривилась: 
– Если бы. Ты не поверишь, у меня даже есть с собой маленький топорик и походная лопатка, – и она кивнула на сумку в изголовье её лежанки. – Но топор только колет дрова, ну, может ещё сухих веток с дерева нарубить. Это честный рабочий инструмент, он принадлежал маленькой дочке дровосека, а не зловещему убийце. Лопата тоже только копает, хотя… – и Ширла развеселилась. – Думаю, я могу уговорить её стукнуть по башке какого-нибудь грубияна, потому что старушка-садовница, у которой я купила эту лопатку, периодически шпыняла ей мужа. Но это исключение. Обычно всё-таки щётка чистит, ложка мешает суп в котелке, иголка с ниткой зашивает прорехи и так далее. Ещё я умею рисовать обережные знаки и вообще защищаться от зла, но больше, э-э… – она помялась. – Нематериального. Знаете, это как зверей отпугивает яркий огонь или необычные запахи, тут тот же принцип. Со спригганом вообще вряд ли что-то путное выйдет, он слишком большой.
– И всё же ты его отпугнула от меня, – возразила Эшлинг. И задумчиво опустила взгляд. – А вышло б так, скажем, с человеком? С грубияном и дебоширом? 
«Она думает о тех, кто её покалечил, – догадался Джек, и ему стало грустно. – Ну, таких, как они, пугает любая превосходящая сила, не обязательно колдовство. И ружьё сойдёт за оберег, если оно заряжено».
У Ширлы, вероятно, тоже промелькнули мысли о чём-то подобном, и она грустно качнула головой:
– А, если бы… Люди слишком, ну, разные. Не бывает так, чтоб они были из чистого зла. Хотя мама рассказывала, что несколько лет назад, в Форесте… Так, это не в тему, – оборвала она сама себя. – Короче, ещё я умею делать всякие простые лекарства, разбираюсь в травах, могу вправить вывих или типа того. У меня даже кое-что заготовлено, – добавила она не без гордости. – Но вообще всё это практически бесполезно в бою, не сковородкой же дубасить сприггана. Я, конечно, могу послать топор разрубить арфу, но думаю, что обычное железо ей не повредит, – вздохнула она. – Точно сработает заговоренный нож в руках колдуньи, какая-нибудь проклятая штуковина тоже… С волшебными инструментами всегда сложно. Я, правда, слышала историю о том, как порвалась зачарованная волынка, которая заставляла людей плясать: ей как-то попался какой-то очень крутой танцор, который отплясывал всю ночь, стоптал башмаки насквозь, а волынка от унижения самоуничтожилась. 
 
– Забавно, – фыркнул Сирил. – И как, думаешь, можно унизить волшебную арфу?
– Без понятия вообще. Я в целом не думаю, что это наш случай, – в тон ему ответила она. – А, ещё у меня есть – теоретически – одна полезная штука, которая может остановить сприггана, но с ней надо обращаться осторожно, потому что иначе она и нас самих сожрёт.
Это прозвучало отнюдь не как метафора, и Джек насторожился:
– Буквально?
– Буквально, – кивнула Ширла. – Короче, э-э… У меня есть отросток ползучих силков. Не беспокойтесь, он упакован хорошо и не прорастёт сам по себе. 
– Это растение? – спросил Сирил.
– Угу, – ответила она, невольно оглядываясь на сумку. – Нечто среднее между бобовым стеблем из сказки, который растёт очень быстро, и тентаклями. Почти в прямом смысле – оно лезет во все дырки и жрёт тебя изнутри. 
Сирил закашлялся; Джек принуждённо рассмеялся, хотя смешного было мало: воображение нарисовало весьма мерзкую квартиру. Ширла тоже хихикнула, нервно и коротко, и пихнула его локтем в бок, пробормотав что-то типа «ага, спалился, что смотрел горяченькое»…
Эшлинг наблюдала за всем этим с таким растерянным выражением лица, что её стало жалко.
– Не волнуйся, я тоже плохо понимаю, о чём речь, кхе-кхе, – сочувственно прокряхтел Альфред Росс. И задумался: – То есть можно бросить этим самым корешком в сприггана? Вырастет лоза и запутает его, как верёвка?
– Ну, не так быстро, но если б он упал в яму, где ползучие силки уже растут… – сощурилась Ширла. И мотнула головой. – Хотя нет, слишком сложно. Так, кто следующий?
Сирил молчал, и поэтому Джек поднял руку:
– Эм-м, ну, наверное, я. Но, пожалуй, проще показать, чем рассказывать. 
Ширла разрешила; он показал. 
К выдыханию огня, точнее, к чиханию огнём все были готовы – в целом, потому что видели, как Джек утром разжигал костёр. Но вот превращение в лиса, который разом может вымахать до размеров крупной лошади, а то и слона… 
Эшлинг ощутимо побледнела; Альфред потянулся к ружью. 
Ширла взвизгнула и шарахнулась в сторону.
Только Сирил не выглядел удивлённым или напуганным; он пялился на огромного лиса во все глаза и не двигался – до тех пор, пока Джек, движимый любопытством, не склонил к нему голову сам, принюхиваясь… Сирил неосознанно протянул руку и погладил его по носу.
Смутились оба. 
– Вот и всё, это всё, – скороговоркой выпалил Джек, снова обернувшись человеком. Сирил уже сидел на своём месте, чинно сложив руки на коленях, и смотрел в сторону. – Ничего особенного. И да, если вы думаете устроить битву монстров – нет, я не буду бросаться на сприггана и пытаться перекусить ему шею. Во-первых, он всё-таки намного больше. Во-вторых, у него здоровенная дубина. 
– А жаль, я б взглянула, как вы дерётесь, – хмыкнула Ширла, уже оправившаяся от испуга. Сердце, правда, у неё по-прежнему частило, да так, что даже Джек слышал. – Чего там у тебя ещё? Есть волшебные инструменты?
– Какое-то подозрительное снотворное и половинка от очков, через которые видно истинную суть зачарованных вещей, – признался Джек, вспомнив о трофеях, доставшихся ему после битвы с Крысом.
– О, а дай глянуть!
Снотворное Ширла сразу забраковала. Сказала, что это обычное снадобье, и чтоб свалить с ног сприггана, его нужно ведро. На человека бы хватило и трёх капель, подмешанных в питьё; эффект, по её словам, продлился бы несколько часов, а из побочных эффектов была бы только лёгкая сонливость в течение следующего дня.