Романов. Том 1 и Том 2 (СИ)

С первого взгляда было ясно, что руководство базы шагает в ногу со временем. Я бывал на разных курортах нашего царства, но мало где было столько современного оборудования.
Начиная от перевалочных баз, соединенных крытыми травалаторами, до подсветки трасс. Канатные дороги, по которым можно передвигаться в любом направлении. Корпуса, будто сошедшие со страниц журналов о фантастическом будущем. Дроны, патрулирующие территорию. Чувствовалось, что здесь тебя действительно обслужат по высшему классу, и это место с гордостью демонстрирует себя, как бы намекая, что не просто так лучшие тренируются именно здесь.
— Добро пожаловать, дамы и господа! — закончил речь Орлов, и автобус остановился перед входом в главный корпус базы.
Водитель раскрыл двери, и мы пошли на выход. Здесь холод уже чувствовался намного сильнее. Снега вокруг лежало много, но тропинки были расчищены. Оказавшиеся на улице после теплого салона студенты заметно вздрагивали. Да и ветерок налетел резкий и холодный.
Стоящая рядом со мной Виктория, наоборот, казалось, приободрилась. Впрочем, как и все с таким же атрибутом.
Нас встречали сотрудники базы. Высокий, плечистый мужчина в горнолыжной шапке шагнул к нам и поклонился.
— Петр Васильевич, «Апатитовая» полностью в вашем распоряжении, — объявил он. — Позвольте проводить ваших гостей.
Орлов важно кивнул, и я заметил, что он буквально преобразился с момента, как мы вышли из самолета. Появилась уверенность в себе, голос обрел силу, плечи расправились. Теперь он не выглядел комично мелким, каким казался в стенах ЦГУ. Вот теперь любой бы увидел, чей нас ведет внук.
Внутри корпуса нам выдали ключ-карты от номеров — здесь, естественно, был только люкс, вручили карту базы с обозначением трасс по сложности прохождения, рассказали о запланированных мероприятиях на выходные.
— В качестве инструкторов на эти дни были приглашены наши звезды. Просим любить и жаловать, гордость «Апатитовой» и всего Русского царства! — объявил Орлов. — Чемпионы прошлого года.
В помещение вошла группа из пятнадцати мужчин и женщин в такой же униформе, в которой они завоевали золотые медали на соревнованиях. Я заметил несколько смутно знакомых лиц: мелькали в новостной ленте.
А вот мои одногруппники явно были впечатлены сильнее. Не каждый день ты видишь чемпиона на расстоянии вытянутой руки. А ведь кто-то из этих спортсменов кумир Рогожина, мелькнула мысль у меня, прежде чем я услышал судорожный вздох Самойловой.
Екатерина Юрьевна смотрела на молодого накачанного парня, на шее которого висели сразу три медали. И если сама Самойлова пожирала его глазами, троекратный чемпион мира этого либо не заметил, либо тактично притворился.
Все спортсмены Русского царства не были одаренными. Это, собственно, распространялось и на другие команды, ведь должно быть интересно наблюдать за соревнованиями, а какой интерес, если ты заранее знаешь, что атрибут воздуха всегда будет быстрее остальных, тогда как земля позволит поднять наибольший вес.
— Рады приветствовать вас, господа и дамы, — склонился этот парень. — Для тех, кто меня не знает, я представлюсь. Никифоров Владимир Леонидович, троекратный чемпион мира, и на ближайшие два дня — ваш старший инструктор. Вы можете обращаться к любому из нас по любому вопросу, и мы с радостью поможем вам.
Петр Васильевич оглянулся на нас с гордым видом. Ему явно очень льстило, насколько неожиданным и приятным оказался сюрприз.
— Но все спуски у нас начнутся завтра, — сказал он. — Сегодня предлагаю всем разместиться в номерах и собраться в ресторане, где у нас будет возможность поделиться первыми впечатлениями и обсудить конкретные планы. А наши чемпионы составят нам компанию, и вы сможете уже совсем скоро с ними пообщаться.
— Согласен, — ответил я. — Господа, дамы, — кивнул я спортсменам, — рад знакомству. До встречи за ужином.
Наваждение, охватившее моих одногруппников, понемногу отпускало. Чемпионы с понимающими улыбками покидали фойе гостиничного корпуса, а мы разошлись по лифтам. Ужин начинался через час, и этого времени должно было хватить, чтобы привести себя в порядок после перелета и поездки.
 
Если снаружи гостиница была оформлена в стиле хай-тек, то, поднимаясь на стеклянном лифте, через который можно было наблюдать окружающий пейзаж, я видел, что второй и последующий этажи обставлены под старину. Дерево, коврики, картины, многочисленные кресла.
— Дмитрий Алексеевич, — вздохнула поднимающаяся со мной Самойлова.
— Да, Екатерина Юрьевна? — оторвавшись от разглядывания горных вершин, повернулся я к одногруппнице.
— Как вы думаете, если я попрошу автограф, это будет слишком? — спросила она.
Кроме нас никого в лифте не было, и я не удивился самому разговору на такую личную тему. Но вот его содержанию — очень.
— Екатерина Юрьевна, почему вы решили спросить об этом меня? — задал вопрос напрямую я.
Та не стала мяться и ответила прямо, глядя на меня исподлобья, будто я собирался над ней посмеяться. Впрочем, как раз такое поведение было для нее типичным. У меня вообще сложилось впечатление, что Самойлова постоянно ожидает ударов со всех сторон, хотя причин для этого я и не видел.
— У вас было много… интересов, насколько я слышала, — сказала она. — Я же уделяла больше времени собственному развитию, чем отношениями полов. И…
— Если вы хотите взять автограф у человека, который заслужил награду от самого государя, ничего предосудительного в этом я не вижу, — пожал плечами я. — И сколько, по-вашему, у меня было женщин, что вы задаете мне такие вопросы?
— Ну, ходили разные сплетни, — ответила та. — Есть даже страница в сети, где подсчитывают всех девушек в вашем окружении, с которыми у вас предположительно дошло до постели.
Я хлопнул глазами. Настолько это была выбивающая из колеи новость, что у меня из головы вылетели все слова.
— Боюсь спрашивать, — вздохнул я, собравшись с мыслями, — но откуда вам об этом известно? Просто я вот только от вас об этом узнал.
— Насколько я знаю, он появился после царского приема в этом году, и ссылку на него кто-то оставил в женской уборной главного корпуса, — с совершенно спокойным лицом ответила Самойлова. — Простите, княжич, если вас оскорбили мои слова.
Я в ответ лишь головой покачал. Подобное выходит за все допустимые рамки приличий. Автор страницы крайне рисковый, раз решил вот так полоскать не только мое имя, но и девушек, о которых идет речь. А ведь там много кто может оказаться.
— Я рекомендую вам забыть об этой странице, Екатерина Юрьевна, — смотря на одногруппницу, сказал я.
— Я только один раз и взглянула, — пожала плечами та. — Мне есть чем занять свое время, кроме досужих сплетен.
— Благодарю, — кивнул я. — А автограф все же возьмите. Если вам сложно самой, я могу составить вам компанию. Тогда это не будет так бросаться в глаза окружающим.
Лифт остановился на нашем этаже, и я предложил Самойловой выйти первой. Девушка кивнула и прошла в коридор, я двинулся за ней. Здесь было всего четыре номера, и два в левом крыле уже осваивались нашими одногруппниками.
— Благодарю за предложение, Дмитрий Алексеевич, я его обдумаю, — прежде чем войти в свои покои, сказала Самойлова.
Приставленная к ее номеру сотрудница гостиницы поклонилась мне и проследовала за гостьей, чтобы все показать. Меня же ждал молодой человек, чтобы провести краткую экскурсию.
Вещи наши успели уже поднять, так что я быстро принял душ, переоделся в свежую одежду и, выставив на полку для обслуживания номеров снятое, направился сразу в ресторан с телефоном и планшетом. Сообщение Кристине о странице, упомянутой Самойловой, я отправил, как только прислуга оставила меня одного.
Служба безопасности рода найдет хозяина, и у нас появятся к нему вопросы определенного характера. Конечно, официальные СМИ могут себе позволить некоторую вольность, однако даже в такой желтой прессе, как у Демидовых, есть границы.
В богато украшенном помещении, неуловимо напоминающем атмосферой девятнадцатый век с его характерным стилем интерьера, было всего три стола — два для нас, и один для чемпионов. При этом составлены они были буквой Т — чтобы мы сидели перпендикулярно царским людям.