Романов. Том 1 и Том 2 (СИ)

Я улыбнулся в ответ и с облегчением закрыл личный кабинет.
— Дамы и господа, прошу не расходиться, — обратился к нам Орлов. — Следующее занятие в этом же корпусе, и тоже объединенное. Предлагаю организованной группой пройти и занять места.
Толпа студентов уже подрывалась с мест и спешила на выход. Орлов был прав — на их фоне мы могли бы смотреться выигрышней. Если бы это было соревнование.
— Почему нет? Ведите, Петр Васильевич, — поддержал его решение я.
И мы двинулись из аудитории, негромко обсуждая поразительную кадровую политику университета. Ясно, что абы кого в ЦГУ вести лекции не назначат, но можно же поставить не самого выдающегося по заслугам, а подобрать того, кто действительно способен увлечь студентов.
— Кириллов знаменит своей системой защиты, — вступился еще один представитель сильного пола в нашей группе.
— Да, я читал про устроенную им блокировку кибератак на Кремль, — кивнул Орлов. — Так что здесь вы правы, Никита Александрович, однако замечу, что кроме этой лекции он больше нам не встретится весь год. Поэтому решительно не понимаю, зачем его поставили вести занятие сегодня.
— Это же очевидно, Петр Васильевич, — вставила Салтыкова, пока мы шли по коридору в соседнюю аудиторию. — ЦГУ обязан показать своим студентам, какие кадры выходят из его стен. Кириллов — знаменитость, царский человек, награжденный орденом за вклад в защиту Русского царства. Притом что он работает в лаборатории ЦГУ, не показать его студентам — расточительство.
— Полагаете, Светлана Николаевна, — уточнил Никита Александрович, — для него это было такое же мучение, как и для нас?
— Даже не сомневаюсь, — улыбнулась Салтыкова в ответ.
Мы заняли места в центральной части лекционного зала. Как раз в этот момент у меня зазвонил телефон, и я, вытащив аппарат из кармана брюк, хмыкнул. Сидящая рядом со мной Виктория Львовна уловила мою реакцию, но смотреть, кто мне звонит, не стала. А я поднялся на ноги.
— Княжич, вам нужно выйти? — уточнил преподаватель, как раз вошедший в аудиторию.
— Прошу прощения, Тимур Яковлевич, у меня важный звонок, — я показал ему дисплей телефона, и тот, вскинув бровь, хмыкнул.
— Такого у меня еще не случалось. Конечно, выйдите.
Я поблагодарил и едва не выбежал из аудитории. Оказавшись в коридоре, прикрыл за собой дверь и сдвинул зеленую иконку.
— Романов Дмитрий Алексеевич слушает, государь.
— Здравствуй, княжич, — произнес Царь на том конце. — Прости, что отвлекаю от занятий. Но мне очень хотелось бы обсудить некоторые вопросы лично.
Я не испытывал перед Михаилом II никакого почтения. Сложно воспринимать человека как икону, когда знаешь, что он спит с сестрой твоего отца. Так что я просто был вежлив.
— В любое время, государь.
— Тогда не забудь прихватить с собой на прием выкладки по твоим личным проектам. Царица хвалила их, хочу посмотреть, так сказать, своими глазами. Все, иди учись, княжич. Не забудь о моей маленькой просьбе. И передавай привет отцу от царицы.
— Слушаюсь, государь, — ответил я, немного удивленный.
Он первым положил трубку, и я еще несколько секунд стоял, потерянный. О том, что я что-то там разрабатываю, знала вся семья, но я никому не показывал и ничего не говорил. Компьютер, на котором я все это проделывал, к сети подключен не был и никогда в ней не регистрировался. Кто-то залез в мои документы?
Вернувшись в аудиторию, я занял свое место, но остаток лекции прошел для меня незаметно. Преподаватель не сделал мне замечания, прекрасно видев мое состояние, а вот для группы такое изменение поведения показалось странным.
— Дмитрий Алексеевич, — коснувшись моего плеча, обеспокоенным тоном обратилась ко мне Морозова.
— А? — обернулся я к девушке, оказавшись лицом к лицу с боярышней.
Между нами едва ли пара сантиметров пространства осталась. Успокаивающий аромат, исходящий от Виктории Львовны, помог привести голову в чувство.
— Занятие закончилось, княжич, — сказал Орлов, и я заметил, что вся группа ждала меня. — Вы в порядке?
— Да, разумеется, простите, что заставил поволноваться, — улыбнулся я, поднимаясь со своего места. — Перекусим?
 
До самого конца занятий на меня поглядывали обеспокоенно, но никто тактично не лез с вопросами. А я, приняв вскрытие личного терминала как данность, выдохнул. В самом деле, сложно было ожидать, что ЦСБ не станет копать и под меня, получив возможность проверить Романовых на вшивость. Тем более в личном компьютере, который нигде не числился до сих пор.
Присутствие Виктории рядом, а точнее — запаха ее духов, держало меня в тонусе. Интересно, что это за аромат такой, что так на меня действует?
Сама Морозова держалась поблизости, но при этом не лезла в мое личное пространство. Кажется, тот факт, что мы едва случайно не поцеловались у всех на виду, ее сильно смутил. Периодически я ловил взглядом румянец на ее щеках.
Наконец, с учебой на сегодня было покончено, и я вместе с остальными направился к выходу с территории. Уже проходя мимо лавочки, на которой мы сегодня с Морозовой встретились, я понял, что на царском приеме мне не с кем появиться. Претенденток-то будет много, но нужны ли они мне?
— Виктория Львовна, — негромко обратился я к идущей рядом боярышне, — вы не могли бы мне немного помочь?
Остановилась вся группа, как по команде. И, нужно отдать должное Орлову, он быстро затараторил, подгоняя остальных:
— До завтра, Дмитрий Алексеевич, Виктория Львовна. Господа, дамы, пройдемте, как староста я должен убедиться, что все добрались до своих машин в целости и сохранности.
Нужно будет потом ему спасибо сказать.
— Вы хотите моей помощи, княжич? — вновь тем же жестом заправив прядь за ухо, переспросила Морозова, глядя себе под ноги.
— Да, — кивнул в ответ я. — Возможно, моя просьба покажется вам неприемлемой, но прошу не отказывать сразу.
Она подняла на меня взгляд.
— Вы умеете заинтриговать, княжич, — с улыбкой сказала она.
— В эти выходные состоится царский прием, — заговорил я. — Меня долго не было в Москве, и раньше я ходил вместе с сестрой или матерью. Но теперь я…
— Теперь вы совершеннолетний, — кивнула она, поняв мою проблему. — И хотите, чтобы к вам не липли возможные невесты, Дмитрий Алексеевич. А я с вами вместе учусь, и это не будет выглядеть, как заявление о намерениях.
— Вы проницательны, Виктория Львовна, — улыбнулся я. — Я обещаю, что вам не придется пожалеть об этом. Итак, Виктория Львовна, вы станете моей парой на царском приеме?
  
Глава 7
 
— Морозова? — хмыкнул отец и стряхнул пепел сигареты пальцем. — Это даже хорошо. Пока ты на приеме будешь эпатировать публику, я с царем поговорю спокойно.
— Это же ты дал ЦСБ доступ к моему терминалу? — спросил я, чуть отстраняясь, чтобы не дышать совсем уж густым облаком дыма.
— Я, — не стал отрицать Алексей Александрович. — Это идеальный момент, Дмитрий. Так у тебя есть возможность и показать Михаилу свои идеи, и заодно сделать это не публично. Твое имя останется в тайне, пока ты будешь претворять свои проекты в жизнь.
Я хмыкнул.
— Он уже позвонил, — я выложил на стол свой телефон. — И попросил не забыть их с собой. Зачем делать дубль, к тому же врать, что ему о них рассказала твоя сестра?
Отец улыбнулся, глядя на меня. Это выражение лица было мне прекрасно знакомо, оно значило, что я должен сам догадаться.
— Погоди, не может же быть… — начал я, глядя на отца. — Но тогда, получается, ЦСБ в руках Романовых.
Отец посмотрел на меня, как на сделавшего первый самостоятельный шаг младенца.
— Ты ничего не найдешь в официальных документах на этот счет, Дмитрий, — подтвердил он. — Но, к слову, проверка по нам идет по всем законам. Сергей уже пожаловался, что ЦСБ скопировало документы с наших серверов.
— А если они найдут что-нибудь?
— Значит, Царь избавит уже нашу СБ от работы по поиску предателей. Не переживай, все наши предприятия останутся в наших руках в любом случае. Царица на нашей стороне и прекрасно осознает, что без нашей поддержки ее мгновенно сожрут. И я очень рассчитываю, что ты уже достаточно взрослый, чтобы понимать — одно дело, когда царица прикрывает нас, другое — когда она решает все твои проблемы. Грань чувствуешь?