Ведьма повелителя драконов (СИ)

Был суд. В катаклизмах обвинили Зарильгу. Доказать она ничего не смогла, в результате её назначили виновной, совместно наложили на неё заклятия и привязали к этому озеру, чтобы она исправляла нанесённый миру вред.
Когда стало очевидно, что всей жизни Зарильги не хватит, чтобы поправить сдвинутый магический баланс, маги собрались второй раз.
Тогда и появилось решение, что наследницы Зарильги будут сидеть на озере и продолжать чинить этот мир.
  
Вирга, как я поняла, была моей современницей, просто попала сюда на десяток веков раньше. Судя по словечкам, она жила именно в моём мире, точнее нашем общем, только вот раньше меня лет на двадцать. Вот так вот странно протекало время в этом мире и нашем с ней прежнем.
Я не стала углубляться в размышления об особенностях протекания времён и их сочетания. Мне это не поможет. А мозги затуманит. Да и какая разница. Что есть, то есть. Уже как есть.
Смысл в том, что Вирга материлась вполне себе трёхэтажно, когда описывала свою версию тех событий.
В общем, после второго суда, Зарильге всё-таки пришлось лечь в постель с тем, кому ей нельзя было отказывать. Потому что он был самым сильным в мире магом.
Что характерно, от него она родила дочь. И даже жила потом вместе с тем магом.
И почему-то тот, оставшийся неизвестным, маг, ей помогал выстраивать защиту, создавать правила и закладывать основу для наследия.
Я отхлебнула взвар и устроилась удобнее, поймав недовольный взгляд задремавшей на моих коленях кошки. Я пожала плечом, Чернуша глубоко вздохнула и снова погрузилась в сон. А я продолжила размышлять.
В целом, что там на самом деле произошло, меня волновало мало. Гораздо важнее другое.
Многие ведьмы, потомки Зарильги, так или иначе пытались справиться не только с последствиями сдвига магического баланса в мире, но и освободиться от повинности жить на озере, создавая артефакты, изучая дневники других ведьм и исписывая страницы своих дневников.
Шкафы в той части архива, где я нашла дневник Вирги, были посвящены именно этим попыткам.
Вирга изучала их. Изложила вкратце для меня с перечнем того, что успела узнать, чтобы я не тратила на это время.
Из всех способов, за долгие века изобретённых ведьмами, лучше всего помогало наполнение мира артефактами и другими предметами, созданными заскальницами.
Именно поэтому в первую очередь мать учила свою дочь именно этому: артефактам, настойкам, лекарствам и прочей ведьминской продукции. Именно поэтому, судя по всему, меня Мирга в первую очередь учила именно этому.
В этом был смысл. Исправлялась же ситуация в мире. Ещё как исправлялась.
И при этом, из всех способов, ведьмы приходили к выводу, что есть путь короткий.
Исправить одним махом, раз и навсегда.
Всё дело в таинственном предмете где-то на дне озера.
Никто из ведьм толком не знал, что это такое. Зато нырял туда регулярно.
В дневнике Вирги я запомнила, где искать способы достать этот артефакт. Она убеждала меня, настаивала буквально, с руганью и матами, чтобы я не вздумала сходу лезть на дно доставать это нечто.
Во-первых, подводные течения. Во-вторых, слой магии вокруг таинственного предмета. В третьих, в четвёртых, в пятых…
Короче, Вирга требовала от меня — от её неизвестной пра-пра-хрен знает какой внучки-попаданки — сначала изучить вопрос. И только потом уже идти топиться.
Ну а если, как и сама Вирга, я приду к выводу, что не смогу достать предмет, то она советовала тупо пахать над артефактами, создавая и продавая их населению как можно больше.
Вдруг именно я создам последний артефакт, который окончательно восстановит магический баланс этого мира?
Вдруг именно из-за этого заклятия вокруг озеро спадут за ненадобностью, и можно будет просто жить, освободившись от невидимых цепей?
В этом был смысл. Итог моих размышлений сводился к двум решениям. Продолжать жить как прежде, впрягаясь в создание артефактов. И при этом ковыряться в архиве ведьм, изучая возможности достать со дна озера решение всех проблем.
Я допила взвар и невесело усмехнулась. Неплохо. Во всяком случае, у меня появилась надежда.
У моего существования появился глобальный смысл.
И в том, чтобы заниматься производством ведьминской продукции, и в том, чтобы заниматься изучением ведьминских архивов.
Вдруг я и правда смогу разобраться с тем, как нырять на дно озера? Вдруг это и в самом деле поможет мне освободиться одним махом?
Хотя вопросов, конечно, оставалось целое озеро.
Например, почему Чернуша показала мне это всё только тогда, когда я смогла с помощью дракона овладеть магическим балансом и магическим зрением?
Будить кошку, чтобы задать этот вопрос, я не стала. Ясно было, что не ответит.
Насчёт магического зрения, в целом, было понятно. Скорее всего я просто не смогла бы увидеть свечи и открыть проход. Или прочитать то, что написано в дневнике Вирги.
А вот насчёт баланса… Что-то подсказывало мне, что с этим балансом не всё так просто.
Ведь и в мире был магический баланс нарушен. И я сама всё время нарушала этот баланс в себе и вокруг себя, пока Роалд меня не научил держать его ровно.
За этими размышлениями я сама не заметила, как заснула прямо на диване, с пустой кружкой в руках и Чернушей на коленях.
Проснулась от голоса кошки в голове.
“Просыпайся, Олюшка. Утро. И к тебе опять толпа посетителей”.
  
Глава 48. Баланс
 
Потянулись длинные дни.
Мутные. Долгие. Однообразные.
Начинались с того, что меня будила Чернуша. Я торопливо завтракала и выходила к толпе посетителей, занимавших очередь с ночи.
Я не понимала, почему вдруг их стало так много.
Раньше один-два человека в день было. Максимум десять — после урагана какого-нибудь, землетрясения и очередной болезни.
Сейчас я принимала по двадцать-тридцать. И практически никому не могла отказать.
Весомые причины были для того, чтобы просить помощи у заскальной ведьмы.
Создавать артефакты, настойки и прочее ведьминское жизне-спасательное добро я не успевала в таком количестве, поэтому вытряхивала запасы.
Не только то, что я насоздавала за пять лет моего обучения. Но и то, что делали другие ведьмы до меня — лежащее в сундуках в подвале, в ящиках в подсобных помещениях, в шкатулках по всем многочисленным кладовкам ведьминского дома.
Выматывалась жутко. Не только из-за обилия дел.
То, что раньше было незаметно из-за того, что малым числом людей обходилась, сейчас мне стало очевидно.
На каждого человека, на выполнение каждой просьбы. С передачей любого предмета я тратила свою магическую силу.
И едва успевала за ночь её восполнять.
Очень помогало то, что теперь я владела балансом.
Неоднократно вспоминала добрым словом повелителя драконов, который всё же смог в меня это вдолбить.
Теперь я чётко чувствовала, в каком порядке принимать посетителей.
Точно знала, кого просить подождать.
Разные задачи решались не только созиданием, но и разрушением. Я создавала благословения и уничтожала проклятья. Давала здоровье и разрушала болезни. Восстанавливала крепость предметов и нарушала целостность того, что их портило.
Чувствуя баланс, я сначала опрашивала десяток людей, затем обслуживала их в том порядке, который требовался на то, чтобы тратить силы, всё время их выравнивая.
Например, порошок устранения пыли в ювелирных мастерских просаживал мою разрушительную силу на десять условных единиц.
После этого я девушку, которой нужны были иглы в ткацкий станок для ковров, в котором они всё время ломались — четыре условные единицы созидания.
  
А затем искала того, на кого могу потратить ещё шесть, чтобы выправить созиданием в ноль или небольшой плюс, который уже просажу следующим разрушением, в не сильно глубокий минус.
Конечно, я не считала всё время в уме. Всё происходило интуитивно. Я просто ощупывала свой силой и прикидывала, насколько сильный будет плюс и минус, и выстраивала очередь людей.