Дроны над Сталинградом (СИ)
— Что думаешь? — спросил Дурнев.
— Простая. И очень надёжная. Механика — на высоте. Но… — Алексей посмотрел внимательнее, прищурился. — Тут можно заменить взрыватель. Добавить дистанционный подрыв. Или хотя бы сделать задержку.
— Задержку? — переспросил сержант. — Чтобы немцу скучно не было, пока он на неё заезжает?
— Не совсем. Можно подорвать по сигналу. Допустим, если мина лежит в засаде и мы точно знаем, когда вражеская техника поедет по дороге.
— Ты это серьёзно? С кнопки, что ли, взрывать собрался? — хмыкнул кто-то из сапёров.
Алексей вытащил из кармана карандаш, достал блокнот. На листе быстро появилась схема — простая, с обозначениями на русском: аккумулятор, реле, антенна. Всё просто, по-фронтовому. Он объяснял спокойно, уверенно.
— Вот тут — радиосигнал от передатчика. Он включает реле, и мина срабатывает. Мы можем управлять подрывом — вручную.
Сапёры переглянулись. Кто-то присвистнул.
— Ну ты даёшь… Радиовзрыватель. Прям кино какое-то.
— Это не кино. Я могу собрать рабочий прототип. Нужна старая радиостанция, куски провода и пару часов работы. Ну и… — он поднял голову, — чтобы мне не мешали.
— Понял, инженер, — кивнул Дурнев. — Получишь сарай у оврага. Там раньше моторы чинили. Ночевать можно, работает буржуйка. Инструмент — найдёшь. Трофейную рацию тоже подкину. Только ты смотри, не переборщи. Если рванёт — мне потом отвечать.
Алексей усмехнулся — по-настоящему. Он впервые почувствовал, что вокруг — не просто бойцы. Это были ремесленники войны, и он мог стать одним из них. Не чужим.
— Не рванёт. Обещаю.
*****
Поздним вечером инженер сидел на перевёрнутом ящике, под тусклым светом керосинки. На столе — разобранная рация, снятые детали, аккуратно расстеленная схема. Из корпуса мины он вытащил взрыватель, заменив его на резьбовой блок под электрический импульс.
Из радиостанции он собрал простейший приёмник, к которому подключил реле из сгоревшего распределительного щита. Источник питания — трофейный аккумулятор от немецкого мотоцикла, найденный сапёрами пару недель назад. Всё выглядело как бред пьяного электрика — но работало.
Громов нажал кнопку передатчика — и с характерным щелчком щёлкнуло реле на столе. Мина “подмигнула” сигнальной лампочкой.
— Есть контакт, — пробормотал он. — Привет из будущего.
*****
На следующий день Громов показал результат командиру. В полевых условиях, прямо на глазах у нескольких офицеров, под бруствером из мешков, лежала обезвреженная мина. Алексей, стоя в пятидесяти метрах, нажал кнопку. Контрольная лампа вспыхнула. Все услышали щелчок — сработал спуск.
— Ну что, товарищи? — сказал командир, глядя на мёртвую мину. — Работает. А если начинку положить — будет и взрыв. Теперь осталось подумать, как этот подарок попадет к немцам.
Он посмотрел на Алексея. Теперь взгляд был не с подозрением, а с пониманием.
— Похоже, у нас появился свой кудесник с паяльником. Ладно, инженер. Будем тебе подкидывать железо. Делай, что умеешь. Родина тебя не забудет.
Алексей кивнул. Он знал — всё только начинается.
Глава VI. Испытание
Ночь над лесом стояла тёмная, липкая. В небе — ни звезды, ни луны, только редкие просветы в тучах и слабое свечение откуда-то за горизонтом, где полыхал фронт. Ветви скрипели над головой, сырая листва прилипала к шинелям.
Группа разведчиков лежала в засаде у лесной опушки. Пять человек. Лица — в грязи, глаза — внимательные, молчаливые. Командовал группой лейтенант по фамилии Руднев, коротко стриженный, с тонкими губами и привычкой всё время щуриться.
— Сигнал — по рации. В точке, как договорились, — тихо сказал он. — Ждём грузовик или штабняк. Радиус действия — до двадцати метров. Дальше сигнал может не пробиться.
Рядом, в ямке, укрытой ветками, лежала замаскированная Tellermine 35, переделанная Громовым: вместо штатного взрывателя — электрозапал с реле, спрятанным в корпусе. Проводов не было — только приёмная антенна, вмонтированная под нажимной крышкой. Рядом — небольшой ящик-передатчик, собранный из трофейной радиостанции и доведённый до ума руками инженера. На нём — три тумблера и большая чёрная кнопка.
Самого Громова на дело не взяли, хотя инженеру и хотелось лично проверить как сработает мина.
— Просто держи кнопку под пальцем. Подойдёт техника — нажимай. — сказал он, передавая свою сборку разведчикам. — Мина взорвется сразу. Сигнал стабильный. Проверено.
Теперь оставалось ждать.
Немцы появились под утро.
Сначала — один мотоцикл. Проехал мимо, не заметив ничего. Потом тишина. И только через полчаса, когда утренний холод уже вгрызался в пальцы, по лесной дороге медленно пошла Steyr 1500A — штабная машина повышенной проходимости, трофейная цель. Открытый кузов, две фигуры впереди, трое сзади, у одного — планшет.
— Немцы напортачили - войну с Россией начали, — прошептал Руднев.
Машина шла по колее, точно на мину. Медленно, осторожно. Видимо, водитель был опытный. В метре до цели Руднев приложил палец к кнопке, выдохнул — и нажал.
Прошло мгновение — и земля вздрогнула.
Взрыв был короткий, но мощный. Разведчики почувствовали тяжёлый хлопок, приглушённый лесом. Машину оторвало от земли, кузов подбросило, одно из колес отбросило в сторону.
Крики. Немецкая ругань, стоны. Один из офицеров вылетел из кабины, не успев вскрикнуть.
Разведчики уже поднялись, держа наготове ППШ, двое метнули гранаты — чтобы добить, если кто уцелел. Всё по давно отлаженной схеме. Никто не кричал. Всё — быстро, точно, деловито.
Через пятнадцать минут группа отходила в лес. Пленных не брали. Бумаги собрали. Машина выгорела быстро — топливо в баке сделало своё дело.
Уже на безопасной дистанции Руднев снял передатчик с груди, покрутил в руках. Он хмыкнул.
— Работает наш инженер. Чисто. Так воевать можно.
— Ага, — отозвался разведчик с автоматом. —— С десятком таких игрушек, и мы бы немецкие танки в колонне щёлкали, как орехи.
Когда разведгруппа вернулась, Громов ждал у мастерской. Был бледен — не от страха, от напряжения. Он не видел взрыва. Но видел их лица. И сияющие глаза разведчиков, довольных результатом, все сказали.
Руднев подошёл, кивнул.
— Чисто. С первого раза. Машина — разлетелась на куски. Бумаги добыли - пусть в штабе посмотрят.
Алексей только коротко кивнул. Сдержал эмоции. А внутри — будто распахнулась дверь: его знание, его расчёт, его сборка — всё сработало. На войне. Настоящей.
Рядом кто-то хлопнул его по плечу:
— Громов, да ты нам, считай, “Катюшу” карманную сделал.
Он не ответил. В голове уже крутилась мысль: а если соединить систему с?.. С беспилотником… пусть даже фанерным, но управляемым.
Главное — чтобы работало.
Глава VII. Совершенно секретно
Совершенно секретно
Особый отдел при штабе 209-го полка 73-й стрелковой дивизии 57-й армии
25 октября 1942 года
ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА
№ 37/оп
О гражданине Громове Алексее Андреевиче, предположительно — инженер технического профиля.
В ходе работы по контролю лиц, оказавшихся в зоне боевых действий вне штатной приписки, выявлен гражданин, представившийся как Громов Алексей Андреевич, 1914 года рождения (предположительно,), заявивший о себе как военнослужащий инженерно-технической группы особого назначения при КБ №12.
В момент задержания при нём обнаружено удостоверение на имя вышеуказанного лица, оформленное по образцу действующего в РККА документа, с печатями и подписями, внешне соответствующими образцам. Печать — «Особая группа, сектор технической поддержки». Проверка подлинности невозможна в условиях текущего положения фронта.
По факту появления в районе 3-го стрелкового батальона:
Громов утверждает, что после налёта авиации на тыловую колонну, в которой он находился, оказался в разрушенной деревне и добрался к линии фронта самостоятельно. Факт следования не подтверждён, но в целом возможен.