Смертные души (СИ)
Свистящее дыхание Клозена панически участилось, когда податливая плоть с шершавой шкурой обвилась вокруг его голени и поползла вверх, переваливаясь, словно огромная жирная личинка.
— Т-щ-щ... — шипел Олег, отчётливо слыша бешеный стук сердца и свист воздуха, втягиваемого и выдыхаемого судорожно сжимающимися лёгкими Жерома. — Спо-кой-но. Просто. Стой. И. Оно. Уйдёт. Просто...
— А-а-а!!! Твою мать!!! Оно меня укусило!!! — заорал Клозен, мечась от стены к стене. — Чёртова тварь укусила меня!!!
— Заткнись! — крикнул Дик, обхватив Жерама за шею. — Замолчи, идиот.
Эхо воплей, всё ещё гуляющее по гротам, дополнилось звуками десятков пришедших в движение тел. Со всех сторон.
— Дьявол...
— Надо бежать, — прошептал Олег. — Вперёд. Вперёд!!!
Четыре пары ног вразнобой зашлёпали по воде. Плечи и ладони заскользили по покрытым слизью камням. Челюсти невидимых во мраке тварей защёлкали, норовя отхватить пальцы или выдрать клок мяса из неловкой жертвы.
— Сука! — вскрикнул Дик, сталь лязгнула о камень, и что-то грузно упало в воду.
— Чёрт! Они везде! — шарахнулся Олег в сторону, наткнувшись рукой на податливую плоть, и тут же наступив на другую. — Зараза!
— Вставай-вставай! — подхватил Миллер упавшего Ларса и проткнул мечом вцепившуюся тому в бедро тварь.
— Не могу бежать...
— Можешь! Давай же, чёрт тебя дери!
— Дерьмо! — саданулся Олег головой о стену. — Тут направо!
— Святая Мария... Матерь Божия... Молись о нас, грешных... Ныне и в час смерти нашей... — тараторил Жером, хватая ртом воздух и спотыкаясь о кишащие под ногами тела.
— Свет! — крикнул Олег, свернув в очередной раз. — Здесь выход! Скорее!
— Аве, Мария! Аве, Мария! Аве...
Мокрая, сипящая и окровавленная четвёрка высыпала из грота, стряхивая с себя тварей, похожих на огромных членистоногих покрытых шерстью пиявок, и щурясь от нестерпимо яркого после кромешной тьмы света.
— Дьявол тебя подери! — разжал Дик впившиеся в икру челюсти разрубленной пополам «пиявки».
— Господь всемогущий! — ощупывал себя Жером, одновременно катаясь по земле и трясясь, будто в лихорадке.
— Они уходят, — указал Олег на тёмный проём грота, в котором неспешно скрывались последние преследователь, явно не желающие оставаться на свету.
— Чёрт... — уставился Ларс на своё окровавленное бедро и расстегнул ремень. — Дик, помоги затянуть, что-то мне... — Он пошатнулся и медленно опустился на землю.
— Вот дерьмо, — склонился Миллер над широкой рваной раной, обильно пульсирующей кровью, и подобрал оброненный ремень. — Должно быть, здоровенная скотина тебя тяпнула.
— Нет-нет, повыше, — подтянул Ларс накладываемый Миллером импровизированный жгут. — Да, так. Затягивай. Нужно пережать артерию.
— А мне помочь никто не хочет?! — возмутился Жером, демонстрируя многочисленные мелкие следы укусов, но остался без ответа.
— Всё плохо? — подошёл Олег к Ларсу и Дику.
— Могло быть и лучше, — невесело усмехнулся голландец.
— Много крови потерял, — покачал головой Миллер.
— Чем мы можем помочь? — спросил Олег, отчётливо понимая, что вопрос этот звучит скорее как извинение, нежели как забота.
Ларс поднял взгляд и, секунду помолчав, ответил:
— Не бросайте меня. Если можно.
— Прекрати нести чушь, — хлопнул его по плечу Дик.
— Вряд ли я долго протяну, — продолжил голландец, — но... Все мои познания в медицине справедливы для того, прежнего мира. Здесь же... здесь я ни в чём не уверен. И это даёт мне надежду.
— Мы никого не бросим, — ответил Олег. — И выберемся отсюда. Вместе. Вот только, — огляделся он по сторонам, — хорошо бы понять, где мы сейчас.
Небольшой пятачок каменистой изрытой корнями почвы перед гротом со всех сторон окружал лес. Огромные деревья с перекрученными серыми покрытыми лишайником стволами нависли сверху как сказочные чудовища, протянув к незваным гостям свои ветви-руки с редкой пожухлой листвой.
— Похоже, здесь тропа, — кивнул Жером на едва заметную полоску земли, не настолько заросшей мхом, как остальная.
— Думаю, у нас не самый большой выбор, — взглянул Миллер на Олега.
— Нужно идти, — согласился тот.
Лес источал запах сырости и гнили, несмотря на то, что под ногами было абсолютно сухо. Клонящееся к горизонту неведомое светило бросало на землю красноватый свет и сплетающиеся в причудливый узор тени.
— О Господи, — причитал Жером, держась за бок. — Я истекаю кровью. А что, если эти твари ядовитые? По-моему, — задрал он майку, — у меня рана загноилась.
— Да заткнись ты уже, — буркнул Дик. — У меня скоро уши загноятся от твоего нытья.
— Приложи подорожник, — поделился советом Олег.
— Думаете, это смешно? — состроил Клозен кислую гримасу. — Ха-ха-ха. Вы хоть понимаете, что мы в совершенно чуждой и враждебной среде? Наша иммунная система знать не знает о здешних микробах. Тут любая царапина может убить!
— Ты прав, — неожиданно согласился Ларс. — Только это ничего не меняет. Мы даже не можем промыть раны. Воды нет. А если бы и была, кто даст гарантию, что она не кишит бактериями?
— И что ты предлагаешь?
— Нужно искать пищу.
— Имеешь в виду...? — не договорил Дик.
— Да, — кивнул Ларс, после чего с заметным трудом поднял голову. — Катарина сказала, что души — это всё. В том числе и источник жизни. Если не хотим сгинуть тут, нужно есть.
— Легче сказать, чем сделать, — ответил не оборачиваясь Олег. — Чёрт! — быстро сунул он руку в карман и вытащил телефон.
— Что там?! — подскочил Жером, мигом забыв о своих «кровоточащих и гноящихся» ранах.
— Здесь написано: «Спасение близко. Следуй за тенью».
— Какая-то ерунда, — потряс головой Миллер. — Следовать за тенью? Но её здесь нет.
— Не думаю, что она имеет в виду себя, — оглянулся Олег по сторонам. — Возможно, нам следует идти туда, — указал он в направлении, куда простиралась его собственная тень. — Жером, останься тут с Ларсом, а мы проверим.
— Какого чёрта? — развёл руками Клозен. — Я тоже хочу с вами! А вдруг там выход из этого...
— Сиди. Здесь, — вкрадчиво выговорил Миллер, для пущей убедительности направив в сторону Жерома меч.
— Ладно, — сунул тот руки в карманы. — Только возвращайтесь.
— Тщ, — остановился Олег, давя ломящемуся как медведь Дику знак быть потише. — Кажется, я что-то слышал. Там, — указал он на громадный — в два обхвата — ствол мёртвого дерева впереди.
— Что это может быть? — прошипел Дик, ухватив рукоять меча поудобнее.
— Сейчас узнаем. Давай, я слева, ты справа.
— Ага. А потом что? Сразу... — он сделал небольшой замах, эмитируя рубящий удар.
— Нет, надо сперва посмотреть.
— Но если там какая-нибудь тварина, я долго смотреть не стану.
— Мы не знаем кто есть кто. Если будет агрессивным — руби. Но не раньше.
Дик кивнул, и оба направились вперёд оговорёнными маршрутами.
За полым, лишённым коры стволом слышались странные звуки, похожие на глухой вой, то затихающий, то вновь усиливающийся до того, что начинал резонировать в пустоте мёртвого дерева.
Олег подошёл так близко, как только мог, оставаясь незамеченным, обменялся взглядом с Диком, замершим с мечом наготове, и, выдохнув, сделал шаг вперёд.
— Чёрт! — невольно отпрянул он, увидев того, кто сидел за деревом. — Нет-нет! — замахал Олег руками, поднявшему меч Миллеру. — Подожди. Кажется, он... Он нас даже не замечает.
На земле, привалившись спиной к стволу, раскинув ноги и безвольно уронив руки-плети, сидел мертвец. Чтобы сделать такой вывод достаточно было одного лишь взгляда на почерневшую, покрытую изъязвлениями плоть, и одного вдоха пропитанного миазмами разложения воздуха. Изодранная одежда покойника пропиталась трупными выделениями и присохла к телу, глаза закатились, демонстрируя жёлто-розовые белки, редкие сохранившиеся на голове волосы слиплись в паклю, испачканные гноем. От лежалого трупа существо отличалось лишь тем, что подёргивалось и издавало воющие звуки.