Смертные души (СИ)

— Надо подойти ближе, — прошептал Дик.
— Согласен.
Подобравшись к стенам напоминающего сторожку сруба, Олег привалился к стволу дерева, растущего возле окна, и обратился в слух.
— Да брешет он! — что-то гулко стукнуло по доскам. — Плесни ещё.
— Может и не брешет. Я слыхал, будто у них щель не вдоль, а поперёк, — серьёзно изрёк второй.
— Небось, ещё и с зубами! — заржал третий.
  
— Этому уроду скорее родная бабка даст, чем кто-то из нолнов.
— Я его бабку знал. Померла она.
— И всё равно шансы выше.
Тут уже вся компания разразилась хохотом в пять или шесть глоток.
— Охальники вы срамные. Пойду отолью. Не вздумайте трогать мои карты!
В сторожке заскрипели половицы. Открылась низкая дверь, наружу вышел человек в чёрной бриганте с мечом на поясе, и неровной походкой направился к дереву, за широким стволом которого стоял, привалившись плечом, Миллер.
— Хе! — усмехнулся человек, вспомнив о чём-то своём, доставая хозяйство из штанов.
Дик взял цвайхандер в обе руки, прищурился и кивнул Олегу, пытаясь мимикой передать фразу: «Доверься мне, я знаю, что делаю».
Два быстрых шага, горизонтальный удар мечом, и голова картёжника, соскользнув с клинка, упала на осевшее фонтанирующее кровью тело.
Перешагнув обезглавленный труп, Дик пробежал метров тридцать в противоположную от Олега сторону и призывно замахал руками. Вернулся он вместе с Ларсом и Жеромом, поставил первого возле окна, второго — у двери, и подозвал Олега.
— Встань у того окошка. Сейчас начнётся веселье. Ларс?
Голландец молча кивнул, вытягивая огонь из раскрытого фонаря.
— Жги.
Окутанный паром шар влетел в окно и, взорвавшись, заполнил огнём всю сторожку. Гул пламени смешался с воплями горящих заживо людей. Ослеплённые и опешившие они метались внутри, круша мебель, в поисках выхода. Первый отыскавший дверь рухнул на пороге рассечённый двуручником Миллера от плеча до паха. Топор Олега раскроил череп высунувшемуся в окно. Рапира Клозена пробила затылок пылающего беглеца, войдя через глазницу. Оставшиеся внутри сгорели, оглашая округу жутким воем, вырывающимся из спекающихся лёгких и обугленных глоток.
— Не так уж и сложно, а? — обтёр Миллер клинок бородою отрубленной головы, обращаясь к Олегу. — Дай Ларсу душ, мужик заслужил.
— Держи, — бросил тот голландцу кошель.
— Всего шесть, — высыпал Ларс содержимое на ладонь.
— Возьми две. Здесь ещё не меньше семи, — обвёл Олег взглядом полыхающую строжку и растерзанные трупы вокруг.
— Интересно, кто они? — покрутил рапиру Жером, проверяя, не осталось ли на изящном клинке налипших волос.
— Бандитское отребье, — отшвырнул использованную в качестве ветоши голову Дик.
— Можешь затушить огонь? — обратился Олег к Ларсу.
— Возможно. Но, учитывая, сколько у нас душ, стоит поручить это дождю. А пока вернёмся за вещами.
Притащив волокуши к полю брани и собрав трофеи с не охваченных огнём тел, четвёрка уселась на бревно и стала ждать, когда дождь откроет доступ к остальным душам.
— Довольно странно, — подался вперёд Жером, переводя взгляд с одного трупа на другой. — Вам не кажется, что они одеты одинаково?
— У того портки синие, — лениво кивнул Миллер на обезглавленное тело со спущенными штанами, — а у остальных — нет.
— Это да, — согласился Ларс. — Но верх и впрямь, кажется, одинаковый.
— Обычная бриганта, — пожал Дик плечами. — Таких везде полно.
— Может и так, — поднялся с бревна голландец и присел возле трупа. — Но много ли ты видел бандитов в одинаковых бригантах? Посмотри на нас — кто во что горазд. А тут, можно сказать — униформа.
— К чему ты ведёшь?
— Для регулярных войск численность маловата, — попытался предвосхитить ответ Олег.
— О нет, — вытянул Ларс из-под доспеха мертвеца цепочку с металлическим медальоном, — Это пограничный дозор.
— Что? — встал Олег. — Но ты говорил, до Готии сутки ходу!
— Похоже, я ошибся.
— Может, ты и сейчас ошибаешься? — предположил Дик.
— Знаешь, что это такое? — указал вместо ответа Ларс на сложенные в сноп ветки неподалёку от пылающей избы.
— Сигнальный костёр, — ответил за него Олег, и все четверо, не сговариваясь, подняли взгляд к устремляющейся в небо чёрной копоти пожара. — Берите только самое необходимое.
От дозорного поста до опушки соседнего леса было не меньше трёхсот метров. За спиной остались две трети пути, когда Жером, оглянувшись, крикнул:
— Бегите! Бегите, что есть сил!!!
Приближающийся конский топот разносился по равнине как набат. Всадники свернули с дороги, и копыта их скакунов стучали по камням, споря с шумом хлещущего дождя. Шкуры животных исходили паром, там, где не были забраны в броню. Латы наездников лязгали металлом о щиты и ножны.
— Вставай! — ухватил Миллер под локоть поскользнувшегося Ларса.
— Сколько их? — обернулся тот на бегу.
— Больше, чем сможешь осилить!
Не менее двух десятков конных латников стремительно приближались, и только скользкие от влаги камни не давали им пустить скакунов в галоп, дабы смести неприятеля стальной лавиной.
— Держимся вместе! — крикнул Олег, добежав до опушки. — Не теряйте друг друга!
Преследующие запыхавшихся хрипящих натруженными лёгкими беглецов кавалеристы построились цепью и двинулись в лес.
— Взять еретиков живыми! — раздался за спинами зычный командирский голос. — Любому, кто подарит им смерть от меча, я лично сломаю колени!
— Бегом-бегом! Не отставайте! — притормозил Олег, дожидаясь остальных.
— Я больше не могу, — обнял Ларс ствол дерева, чтобы не рухнуть от усталости.
— Эй, понеси-ка это, — кинул Миллер вещмешок голландца Жерому, а сам взвалил Ларса себе на плечо. — Просто двигай ногами.
— Надо принять бой, — пошёл тот вперёд, спотыкаясь. — Нам не оторваться.
— Заткнись и иди!
— Пока есть время... Я смогу подготовить огненную стену. Потом будет поздно.
— Это их не остановит, — забрал Олег копьё голландца.
— Тогда их ничто не остановит, — обернулся Жером. — Надо попробовать.
Цепь всадников, сверкая меж деревьев мокрыми латами, двигалась уже метрах в тридцати.
— Ладно, — кивнул Олег. — Какой-никакой, а шанс.
— Разойдитесь, — Ларс поставил раскрытый фонарь на землю и присел возле него.
Трепещущее на фитиле пламя вспыхнуло, как только ладонь пироманта приблизилась, и потянулось наружу.
— Разойдитесь, — Ларс поставил раскрытый фонарь на землю и присел возле него.
Трепещущее на фитиле пламя вспыхнуло, как только ладонь пироманта приблизилась, и потянулось наружу. Огненная субстанция, зародившаяся в воздухе, начала расти, шипя под дождевыми каплями. Она дышала жаром и, казалось, пульсировала между ладонями голландца.
— Быстрее, — попятился от неумолимо наступающего неприятеля Жером, выставив перед собой рапиру.
Субстанция стала приобретать форму спирали, удлиняясь и становясь ярче.
— Ларс, дружище, они уже рядом, — невольно шагнул назад Дик, сжимая рукоять цвайхандера так, что костяшки пальцев побелели.
— Ещё немного, — ответил тот, глядя в бездну огня.
— Давай, — прошептал Олег, поднимая щит. — Давай, чёрт подери!!!
Руки пироманта резко разошлись в стороны. Пламенная спираль вырвалась из-под контроля своего создателя, превратившись в широкую дугу, и, коснувшись земли, поднялась стеною огня на добрых три метра.
— Съели, ублюдки?! — проревел Миллер, потрясая мечом.
Но радость его была недолгой. Прямо из пламени один за другим появились всадники. Они шли сквозь огонь, будто его и не было. Только кони чуть нервничали и фыркали.
Один из окруживших четвёрку рыцарей подъехал вплотную к Ларсу и коснулся острием меча его шеи:
  
— На колени, безбожники.
  
Глава 19. Божий человек
 
Крыса уже минут пять неподвижно сидела в углу и пялилась своими крохотными чёрными глазками на человека у противоположной стены. Довольно крупная, чуть меньше кошки. Удивительно, как она смогла протиснутся в узкую щель между камнями. Покрытая шрамами и проплешинами серовато-бурая шкура почти сливалась с гнилой соломой, сбившейся комками на полу камеры.