Смертные души (СИ)

— И Вацлав не попытался подослать убийц к Зайгеру? — спросил Ларс.
— Разумеется, попытался. Было два неудачных покушения. Всё-таки, что ни говори, а наш влюблённый солдафон крепко знал своё ремесло. После этого Вацлав оставил попытки до него добраться. Отыгрался на Тюрдоре. Свадьба после разразившегося скандала была под вопросом, и её ценой стала добровольная ссылка маркиза в пограничный гарнизон близь Холмогорья. Там он и сгинул при отражении одного из набегов. А бедняжка баронесса, выйдя замуж, совсем зачахла. Говорят, она уже много лет не покидает фамильного замка и повредилась рассудком из-за жестокости Вацлава, которая и её не обошла стороной. Так что, — потёр ладони архивариус, — наш старина Зайгер для всех как кость в горле. Особого беспокойства его не совсем естественная смерть не вызовет.
  
— Что скажите? — окинул Олег взглядом товарищей.
— Идея неплоха, — пожал плечами Ларс. — Если отбросить вопросы морали.
— Уже отбросил, — заверил его Миллер. — Осталось решить, как и кто.
— А кто получит душу? — спросил Жером. — Вот кто получит, пусть тот и убивает.
— Разумно, — согласился Дик. — Я готов.
— Почему ты? — постучал ногтями по столешнице Ларс. — Разве мы всё уже обсудили?
— Потому что я лучше для этого гожусь.
— Неужели? И по каким критериям ты себя отобрал?
— По объективным, — подался вперёд Миллер.
— Знаешь, развитая мускулатура, и суровая физиономия ещё не делают тебя лучшим кандидатом.
— Пф, — ощерился Дик, откинувшись на спинку стула. — Голубая кровь возомнила себя крутым мужиком.
— Я не давал тебе повода говорить со мной подобным тоном, — сжал Ларс пальцы в кулак. — Так что будь добр, следи за своим языком.
— Или что? Стукнешь меня? — спросил Миллер с издёвкой.
— Хватит, — вмешался в спор Олег. — Это сделаю я.
— Да нихрена подобного! — вскочил Дик со стула. — Ты свою душу только что получил! А эта моя!
— Успокойся.
— Мамаше своей указывай! Командир херов!
— Что ты сказал?
— Что слышал! Ты мною не командуешь!
— Ещё раз упомянешь мою мать, — указал Олег на Миллера пальцем, — пожалеешь.
Жером, наблюдая за напряжённой молчаливой сценой с тремя сопящими, красными от прилившей к голове крови товарищами, поспешил отойти подальше от стола.
— Ладно, — вскинул, наконец, руки Миллер. — Я погорячился, извини. Делай, как знаешь. В конце концов, это ты у нас мастер по душам. А мы все так, на подхвате. Верно говорю, голландец?
— Нет, неверно, — ответил непривычно металлическим тоном Ларс. — Ты провоцируешь конфликт, делаешь всё, чтобы разбить группу.
— Какую нахрен группу? — усмехнулся Дик, разведя руками. — Где ты видишь группу? Здесь трое заложников и один террорист, — указал он на Олега. — Вот только бомбу у него не отобрать. Что ты меня глазами сверлишь, русский? Хочешь сказать, что не видать мне теперь души? Да и похер! Только о пророчестве вашем можете смело забыть, потому что я никуда не иду.
— И что ты будешь делать здесь один? — поинтересовался Ларс.
— Почему один? Вон француз тоже желанием не горит. Возьму его в пару. Будем по ярмаркам ездить, кассу собирать. Чёрные тут в диковинку.
— Да пошёл ты! — вытянул средний палец Жером.
— Нет? Ну, как хочешь. И один справлюсь.
Дик встал из-за стола, взял пустое блюдо и принялся накладывать на него снеди, выбирая из не самого скоропортящегося.
— Что ты делаешь? — спросил Олег.
— А сам как думаешь? Пожрать собираю. И счастливо оставаться.
— Э-э... — затряс де Блуа указательным пальцем в направлении суетящегося возле стола Миллера. — Это неприемлемо. Это... Это совершенно недопустимо!
— Да забей, не оголодаешь.
— Я не про еду! Вы не можете уйти!
— Неужели? Смотри внимательно.
Дик оставил полное еды блюдо, и пошёл наверх за вещами.
— Вы должны ему помешать! — простёр архивариус руки к Олегу, будто к идолу. — Пророчество не исполнится, если не будет четырёх избранных!
— Мне что, связать его? — пожал плечами Олег.
— Да! Да и ещё раз да, если понадобится!
— Посторонись, — вернулся Миллер с вещами и стал пересыпать провиант в вещмешок.
— Умоляю! — воззрился на Олега архивариус.
— Недоноски, — затянул Дик горловину, повесил мешок на плечо и повернулся к двери. — Сами теперь разгребайте это дерьмо, а я...
Закончить фразу не дал удар по затылку. Миллер качнулся и плашмя грохнулся на пол.
— И что с ним теперь делать? — спросил Жером.
Все четверо стояли полукругом напротив привязанного к стулу Миллера с кляпом во рту.
— Пока не знаю, — покачал головой Олег, глядя в полные ненависти глаза Дика. — Позже решим. А пока нужно заняться другой проблемой.
— Разреши пойти с тобой, — вызвался Ларс. — Хоть снаружи подежурю. Подам знак, если что.
— Нет. Не стоит лишний раз светиться. Я всё сделаю сам. Где мне искать этого Зайгера? — обратился Олег к архивариусу.
— Он живёт возле северных ворот, я нарисую план. Правда, в темноте там и с планом можно заплутать.
— Я не стану ждать ночи. Пойду сейчас.
— Считаете, это разумно?
— Ночью я только вызову лишние подозрения. К тому же, Зайгер мне точно не откроет, а я не настолько ловок, чтобы лезть через трубу. Его вообще посещает кто-нибудь? Есть предлог, чтобы проникнуть в дом?
— Друзей у него давно нет. Родственников тоже. Тренировать он бросил, из-за артрита. Кстати... Да, бывает у него один посетитель — помощник аптекаря. Приносит старику мази раз в неделю.
— По каким-то определённым дням?
— Я не настолько пристально слежу за происходящим.
— Ну, уже что-то. А как зовут аптекаря и помощника?
— Стефан Монтрё. Имени помощника не знаю.
— Нужно больше деталей. Если Зайгер в самом деле так хорош, что пережил два покушения профессиональных убийц, он может меня подловить, станет подозрительнее, и наша задача сильно осложнится.
— Я бы и рад помочь, но большего не знаю. Придётся импровизировать.
— Ладно... Мне понадобится повседневная одежда. Помощник аптекаря в доспехах вызовет много вопросов.
— Разумеется, мой гардероб в вашем распоряжении.
Из богатого ассортимента дорогих нарядов Олег выбрал простую белую рубаху, серый камзол и самые непримечательные штаны с минимумом художественной вышивки. В комплекте с видавшими виды ботфортами и широкополой шляпой, вытащенной из самого пыльного угла, наряд выглядел вполне соответствующим достатку и потребностям лакея. Ножны с кинжалом Олег спрятал за голенищем, хотя де Блуа и заверил, что кинжал на поясе — это нормально. Наконец, закончив все приготовления, узнав от архивариуса все известные подробности об аптекаре и несколько раз повторив свою легенду, Олег вышел на дело.
Время было уже за полдень, и поднявшийся в зенит Рутезон заливал своим красноватым светом улицы Швацвальда, отчего те, впрочем, не становились уютнее. Маршрут, проложенный де Блуа, быстро свернул с мостовой и повёл петляющими окольными путями. Прошедший ночью дождь превратил не мощёные проулки в грязное месиво, не успевшее ещё подсохнуть. Пахло сыростью, замшелостью и нечистотами. Прохожих на глаза попадалось немного, и надежда Олега «смешаться с толпой» развеялась моментально. Те, кто встречался ему на пути, едва завидев хоть и не богатый, но чистый костюм, опускали взгляд к земле, стараясь оградить себя от лишних знаний. Как Олег ни старался выглядеть лакеем, но на фоне обитателей этого явно неблагополучного района он смотрелся едва ли не аристократом.
Дом Зайгера, впрочем, оказался не настолько жалок, как его описывал де Блуа. В сравнении с соседними постройками, напоминающими скорее скотные дворы, гнилые и покосившиеся, он выглядел вполне респектабельно. Стены первого этажа, сложенные из массивного грубо отёсанного камня, продолжались вверх деревянной частью, почерневшей от времени, но всё ещё достаточно крепкой, по крайней мере, обходящейся без подпорок. Остроконечная крыша с чёрной сланцевой кровлей сходилась над единственным оконцем второго этажа. Нижний этаж мог похвастать двумя окнами побольше под самым потолком, за слегка приоткрытыми ставнями. Между ними расположилась тесовая, обитая полосами металла дверь высотой метра в полтора, так, что входящий в неё человек вынужден был нагибаться.