Падение "Утренней звезды" (СИ)
— Мы прилетели? — в инженерном отсеке показался бледный Ли Конвей, и Лиза даже прониклась сочувствием к наблюдателю, таким она выглядел несчастным.
— Да, мистер Конвей, мы идем внутрь станции, а вы остаетесь тут за главного, — Такер ловко и умело облачался в скафандр.
— Что? — оторвавшись от консоли, Кир бросил на командира возмущенный взгляд.
Тот продолжал невозмутимо:
— Обо всех нештатных ситуациях докладывать по комлинку мне лично. Ясно?
Конвей побледнел еще сильнее, но кивнул.
— При всем уважении, — Лиза пыталась справиться с застежками штурмового скафандра, — мистер Конвей первый раз на орбите. Разумно ли…
— Разумно, — Такер перебил ее на полуслове. — Мистер Конвей профессионал своего дела. Его направили с нами в качестве наблюдателя, так вот пусть и делает свою работу.
Затем Майк подошел к Лизавете:
— Ты в космосе хоть и не первый раз, Лиззи, а скафандр надевать не умеешь, — он ласково пожурил ее, одну за другой застегивая защелки на ее броне.
Девушка неловко покраснела, но от помощи отказываться не стала.
Вскоре троица спасателей была готова, и Берта открыла перед ними дверь шлюзовой камеры.
***
Шипение воздуха возвестило о том, что давление в шлюзе и внутри станции выровнялось, но автоматическая дверь не открылась.
— Похоже, привод отказал. Смит, помоги мне, — вдвоем мужчины принялись отодвигать в сторону тяжелую створку.
Штурмовые скафандры были снабжены облегченным вариантом экзоскелета. По астероидам в таком, конечно, не попрыгаешь, но при работе в условиях космических станций или кораблей, они давали неплохой выигрыш в силе.
Спустя несколько минут, дверь поддалась, и из проема на троих спасателей уставилась слепая темнота.
— Освещение тоже вырубилось, — командир первым протиснулся в образовавшуюся щель. — Мысин, — он проговорил во встроенный внутри шлема комлинк, — что здесь с электричеством?
Следом за командиром из шлюза выбрался Билл и помог вылезти Лизе, которая не сразу приноровилась к движению в штурмовом скафандре.
Такер бросил на них быстрый озабоченный взгляд, оценивая готовность девушки к работе:
— Глаз с нее не спускай, — после короткой паузы он кивнул подчиненному, и они, не сговариваясь, включили закрепленные надо лбом прожектора и активировали фазерное оружие. — Мысин?
— Плохо слышу вас, командир… — из комлинка донесся далекий голос программера, хоть он находился буквально в нескольких шагах за внешней обшивкой станции. — Станция обесточена… фиксирую короткие всплески энергетической активности в зоне оранжереи и медблока… там же сигналы…
Комлинк зашуршал, и связь оборвалась.
— Так, мы без света и без связи, — Такер перевел взгляд на Лизу. — Что по твоей части? Есть здесь что-нибудь опасное в атмосфере? Токсичные газы, инфекционные агенты?
Спохватившись, Лизавета вытащила портативный газоанализатор, и принялась колдовать над его сенсорами. Прибор показывал пугающие вещи:
— Нет…
— Хорошо, — командир кивнул, но Лиза продолжила:
— Здесь нет атмосферы, — девушка подняла испуганный взгляд на Такера. — Воздух вокруг нас очень сильно разряжен.
— Щитки скафандров не поднимать. Надеюсь, это всем очевидно? — Майк внимательно посмотрел на Лизу, адресуя свой вопрос именно ей, и она скованно кивнула. — Герметичность станции нарушена, хотя тяготение, вроде, держится, — он легонько подпрыгнул над полом. — 0,8–0,9 земного, почти норма.
Сказав это, командир активировал встроенный в предплечье скафандра небольшой сенсорный экран. У всех троих членов группы он одновременно загорелся мягким синим светом. Лиза вздрогнула от неожиданности, тут же отругав себя за эмоциональность. Она врач, космобиолог, член спасательной экспедиции. Она не имела права дрожать от каждого щелчка, но нервы у девушки были на пределе, и она непроизвольно шагнула ближе к Такеру. Тот казался невозмутимым — железный человек с железными нервами, не то, что Лиза.
— Я иду вперед, Смит, ты замыкающий. Лиззи, следи за показаниями своих приборов. Если на станцию пробралась внеземная форма жизни, ты должна узнать о ней раньше, чем она о нас, — четко, по-военному Такер отдавал приказы.
— Ты думаешь, причиной аварии могли стать инопланетяне? — от этих слов Лизе стало еще жутче, сердце екнуло в груди, на мгновение перестав биться, и умная броня, отреагировав на резкий выброс гормонов в кровь и изменение давления, сделала ей микроинъекцию успокоительного. Сразу стало легче дышать, и в голове прояснилось.
— Все может быть. Дальняя разведка приносит любопытные новости, — Такер двинулся вперед.
Его голос, звучащий в шлеме Лизы был глух, словно командир был очень далеко, а не шел по темному коридору прямо перед девушкой. Вдруг он резко развернулся и подмигнул ей, видимо, воодушевившись неожиданным обращением на «ты»:
— Но это строго между нами. Военная тайна.
Лиза опешила и не успела ничего ответить на это.
— Следи за приборами, Лиззи. Молча, — Такер отвернулся и продолжил путь.
Каждый шаг штурмовых скафандров гулко отдавался в пустых коридорах. Станция Утренняя звезда была велика, хоть строительство ее еще не было завершено. Ее проектировали как научно-производственный центр на орбите, узел связи, транспортно-перевалочный пункт для грузов с астероидов и экипажей Дальнего флота. Небольшой отсек даже планировалось отдать под нужды космического туризма — из смотровых иллюминаторов станции открывался головокружительный вид на планету. В проект было вложено невероятное количество ресурсов — человеческих и материальных — и станции прочили великое будущее.
Основное тяжелое строительство — сборка крупных узлов, запуск систем жизнеобеспечения и связи — осуществлялось дистанционно с помощью дронов. Но завершающую стадию — скрупулезную калибровку аппаратуры, наладку самообучения искусственного интеллекта, тонкие строительные работы и, разумеется, декорирование — должны были делать и контролировать люди. Таков был непреложный закон Земной Федерации. Ни один робот или компьютер не имел права заменить живого человека в местах, где требовалось принятие контрольных решений. Ответственность должен нести человек.
Команда из шести специалистов в разных областях, возглавляемая Лучезаром Горским, как раз готовила станцию к приему основных рабочих и научных команд, когда связь с ними прервалась.
И вот теперь, Лиза шла по мертвым коридорам так и не ожившей станции, светя своим налобным прожектором в спину подполковнику спецподразделения Космофлота Майку Такеру. Пытаясь придумать для Лучезара слова приветствия, подходящие к ситуации, и одновременно следить за показаниями газоанализатора, Лиза едва не налетела эту самую, широкую спину командира, когда он остановился перед закрытой дверью.
— Переборка задраена. Если верить плану станции за ней находится оранжерея. Нам нужно как-то попасть туда, не повредив воздушного затвора, — Такер озирался в поисках решения.
— С той стороны двери должен быть переходный шлюз, — Лиза подошла к переборке, провела пальцами по приборной панели.
— Ты уверена, Лиззи? — Такер недоверчиво прищурился на девушку из глубины шлема.
— Если там оранжерея, то она должна иметь дополнительную защиту от перепадов температуры и от потери атмосферы. И, если эта переборка все еще герметична, то именно там и находятся выжившие.
— Но если шлюза не окажется, и мы вскроем эту дверь, они сильно рискуют, — Такер вскинул брови.
— Там есть шлюз, — в голосе Лизы была уверенность, которой она на самом деле не испытывала. Только чутье подсказывало ей, что она была права.
— Тогда приступаем к вскрытию.
Глава 2
Сервоприводы экзоскелетов взвыли от натуги, но двоим мужчинам все-таки удалось сдвинуть с места тяжелую дверь. Лизавета оказалась права — за ней находился шлюз.
С не меньшими усилиями переборка была задвинута на место. Как и ожидалось, автоматика внутри шлюза не работала.