Врачеватель. Олигархическая сказка

– Конечно, Пал Палыч.
– Скажешь, чтобы оформила тебе отпуск и выдала премиальные, скажем, три тысячи долларов. Пойдет?
– Ой, мамочка моя родная! – Женя не могла поверить своему счастью.
– Но не больше, а то загордишься. А чтоб не возникало вопросов, дай мне ручку и листочек какой-нибудь. Я ей записочку «чирикну».
Что-то написав на листе бумаги размашистым почерком, он отдал записку Жене.
  
– Здравствуйте, хозяин! Откуда столько благородства?
Эта фраза принадлежала Ларисе Дмитриевне, неизвестно когда появившейся на кухне.
– Пал Палыч, я пойду? – при виде жены хозяина Женя смутилась окончательно, густо покраснев.
– Пойди. Только, пожалуйста, сделай так, как я тебе сказал. И прямо сейчас.
– Здравствуйте, Лариса Дмитриевна! – еле слышно пролепетала Женя, выбегая из кухни.
– А вас-то сюда каким ветром занесло, сударыня? – поинтересовался Пал Палыч.
– Да вот, сказали, что ты здесь. Решила на тебя посмотреть, сударь.
– И не боишься испортить себе настроение?
– Все равно хуже не будет.
– Тогда приглашаю тебя попить со мною чаю. Теперь я даже знаю, где в этом доме находятся чашки. Представляешь?
Пал Палыч достал чашку, блюдце, ложку. Поставил на стол.
– Присаживайтесь. Чего стоять в дверях? В ногах-то правды нет.
Они сели напротив друг друга.
– И как мы себя чувствуем? – первой начала разговор Лариса.
– Минуту назад меня уже об этом спрашивали, но подушевнее.
– И за это сразу получили три куска.
– Неужели тебе жалко, Лариса? Да, так вот о моем драгоценном здоровье, которое тебя так сильно беспокоит. Едва проснулся, пошел в душ. Минут двадцать стоял под ледяной водой. Что-нибудь подобное со мной припоминаешь? То-то.
– Действительно, стоящий доктор?
– Он не доктор, Лариса. Он гений. Только со знаком минус. А я ноль, но с огромными деньгами. Вот мы и составили очень даже гармоничный дуэт.
– А подпевает вам вчерашняя ресторанная шлюха.
– Да нет, она не шлюха. Это его помощница. Но у нее проблема. Она ищет свою любовь. Причем, очень давно.
– И вот наконец-то она ее отыскала. В твоем лице.
Пал Палыч встал из-за стола и подошел к окну. Одинокий луч солнца пробился сквозь свинцовые тучи и осветил заснеженные макушки вековых сосен.
– Млечный путь исканий и судьбы… – задумчиво произнес он, глядя в окно.
– О, нас потянуло на философию?
– Даже если и так, что тут плохого?
– Познакомь меня со своим доктором.
Пал Палыч отошел от окна и, подойдя к столу, пристально посмотрел Ларисе в глаза.
– Если б это было в моих силах, я сделал бы все, чтобы этого не случилось. За тебя я бы боролся до конца. И знаешь, Лариса, если что, я тебя ему не отдам.
– Что вчера произошло? – в Ларисином вопросе уже не чувствовалось иронии.
– Встретились, выпили арманьяку трехсотлетней выдержки. Потом поехали в ресторан. Ну а дальше ты в курсе.
Он взял ее руку в свою, и она ее не отдернула.
– Лариса, мне очень важно, чтобы ты отнеслась к моим словам серьезно. Сможешь?
– Постараюсь. Я слушаю.
– Я ему нужен, и он меня не оставит. Так уж получилось: для него именно я, как кость в горле.
– Что вчера произошло?
– Ты слушай меня, Лариса. Слушай и запоминай. Не вздумай искать с ним встречи. Во-первых, это бесполезно. По тому адресу его уже нет. Я в этом уверен. Да это и не важно. Главное! Если тебе суждено с ним встретиться – не бойся его. Заклинаю тебя! Только не бойся!
Пал Палыч крепче сжал Ларисину руку.
– А я с тобой.
– Ты очень странно говоришь, Паша.
– Большего я тебе пока сказать не могу. Важно, чтобы ты поверила мне.
Какое-то время они, не отрываясь, смотрели друг на друга и каждый думал о своем. Но по выражению их глаз без труда угадывалось, что мысли обоих тянулись параллельно, образуя некую дорожку, ведущую в прошлое этих людей, которое было пусть и не безоблачным, но все же настоящим.
– Ну что же ты? Сам меня пригласил чай пить и не ухаживаешь?
Пал Палыч находился в кабинете своего загородного дома, облаченный в костюм и готовый к выходу. Зазвонил мобильный телефон.
– Да, Митрофаныч. Тебя и жду. Поднимайся наверх, я в кабинете. Ты уже здесь? А чего не заходишь? Слушай, прекращай!
Дверь отворилась, и в кабинет вошел Никита Митрофанович. Они обменялись рукопожатием.
– Ну что мне тебе доложить, Пал Палыч? Были мы по этому адресу. Там живут пенсионеры. Старичок со старушкой. Они, естественно, ни ухом, ни рылом. На всякий случай я оставил «наружку».
– Это уже не нужно. Только ребят будешь морозить. Собственно, ничего другого я и не ожидал услышать. Все. Закрываем эту тему.
– Слушай, Палыч, там такие ароматы, что нос сводит. Ты уверен, что вчера был именно там?
– Да вот как сейчас тебя вижу. Скажи лучше, ты мог бы мне достать адрес последнего Ларисиного ухажера?
Никита Митрофанович потупил взор, изображая смущение. Пал Палыч, глядя на него, улыбнулся.
– Ой, Никит, не надо демонстрировать плохую мину при нормальной игре, правила которой давно известны всем. За полчаса сможешь?
– Этого не потребуется. Он у меня есть.
– Во как!
– На всякий случай. Из соображений безопасности.
– Из соображений безопасности, говоришь? – Пал Палыч рассмеялся. – Уважаю и ценю.
– Хочешь подъехать? Дать тебе парочку испытанных молодцов?
– Не надо. Сам разберусь.
– Хорошо. Только вот что, Пал Палыч, впредь давай без фокусов. Без охраны я тебя больше не выпущу, или увольняй меня.
– Исключено и то, и другое, – ответил Пал Палыч, положив руку на плечо Скобликова. – С кем я тогда останусь? А эти понты с мигающим эскортом мне уже осточертели. Сам ведь знаешь: захотят грохнуть – замочат прямо в сортире, и никакая охрана не поможет.
– Возьми хотя бы пару человек.
– Ладно. Будь по-твоему. Только за руль сяду сам. Мне это вчера очень понравилось.
Квартира Жорика находилась на первом этаже в обветшалой хрущобе, где-то в районе Дегунино. Пал Палыч позвонил в дверь.
– Кто там? – донесся из-за двери голос Жорика.
– Извините, я от Ларисы Дмитриевны. Мне надо передать вам важную информацию.
– Какая там еще информация? – с этими словами Жорик открыл дверь и в ту же секунду получил увесистый удар кулаком в челюсть. Пролетев по маленькому коридору и ударившись спиной о стену, он осел на пятую точку.
– Это тебе, говнюк, за то, что ты вчера позволил себе оскорбить Ларису Дмитриевну.
– Гошенька, сыночек, что там? К тебе гости? – послышался женский голос из комнаты.
– Сиди, как сидишь. Дернешься – будет хуже.
Пал Палыч вошел в комнату, где среди почти нищенской обстановки в самом углу стояла кровать, на которой лежала пожилая седая женщина. Рядом на табуретке – недопитая чашка с чаем и какие-то галеты не первой свежести. Внизу под кроватью он увидел судно. Женщина, заметив это, прикрыла ладонью глаза.
– Извините меня, видите, как в жизни бывает. А вы к Гоше в гости? Вы, наверное, из агентства?
– Да, да. Мы с ним давние приятели. Это вы меня извините. Я не надолго. Я сейчас уйду.
– Вы помогите ему, пожалуйста. Он так на вас надеется.
– Хорошо. Не волнуйтесь. Обещаю вам.
– Да хранит вас Господь!
Пал Палыч вернулся в коридор. Жорик четко выполнял его указания, оставаясь сидеть на полу.
– Давно это с мамой?
– Два года.
Пал Палыч достал из внутреннего кармана пиджака чековую книжку. Что-то написав, оторвал чек и положил книжку обратно.
– Теперь встань и возьми чек. Здесь на первое время хватит. Но это исключительно для матери. Вижу, как глазки загорелись. Попробуй только копейку потратить не по назначению. Думаю, ты все понял.
Пал Палыч взял валявшуюся на полке бумажку и написал на ней телефон.
– Сегодня же позвонишь по этому телефону, попросишь Ситникова. Скажешь ему, что ты от Пал Палыча. Скажешь также, что я лично попросил устроить маму по высшему разряду. Так и передай – по высшему разряду. Оплату возьму на себя. Пусть позвонит мне сам.