Только когда мы вдвоем (ЛП)

— Потрогай меня.
Моё сердце сжимается. Он тоже нервничает. Крепко обнимая его, я целую его изгиб шеи и плеча, глажу по спине, разминаю мышцы. Райдер отстраняется ровно настолько, чтобы снова наблюдать за мной. Он подталкивает мои ноги бёдрами и разводит их шире, потираясь своим пахом о мой. Это создаёт давление на клитор, совсем как его язык делал ранее. Размеренные и мягкие круги, пока он покачивает бёдрами.
Его член становится толще. Дыхание затруднено. Виски покрываются бисеринками пота, и у него вырывается шумный вздох, когда я сжимаю мышцами его длину. Я повторяю действие, и он сбивается с ритма, но не отводит от меня глаз.
Во мне нарастает нежная, ноющая потребность, подобная тугому узлу, что вот-вот разорвётся. Это нечто резкое, спешное. Всякий раз, когда Райдер отстраняется и снова входит, я становлюсь всё отчаяннее, лихорадочнее. Пальцы на ногах поджимаются, руки хватаются за простыню. Что угодно, лишь бы закрепиться как якорь.
Райдер опускает голову и шепчет мне на ухо.
— Отпусти себя.
Моё тело напрягается, разрядка невероятно близка. Я не хочу, чтобы это ужасающее и прекрасное блаженство заканчивалось. С каждым движением моё тело сжимается сильнее, напряжение нарастает.
— Отпусти и позволь себе упасть, Уилла, — Райдер хватает мои руки и сцепляет наши пальцы. — Я тебя поймаю, — его голос срывается, движения ускоряются.
По моему лицу катятся слёзы. Всё моё тело дрожит. Это самое несексуальное на свете, и всё же я чувствую себя такой красивой, пока Райдер удерживает мой взгляд, пока он наклоняется и целует меня, не разрывая зрительного контакта. Погрузившись в моё тело, Райдер вжимается бёдрами в мои бёдра.
— Прости, — одними губами произносит он.
Его лоб морщится, рот приоткрывается, и он жарко и долго проливается в меня. Я смотрю, как напрягается его лицо, как дрожат руки, но его глаза не отрываются от моих. Я знаю, что он не хотел кончать первым, но мне было это нужно. Райдер вновь храбро идёт вперёд, показывая мне, что всё безопасно, и я могу довериться, последовав за ним.
Я выкрикиваю его имя, когда на меня накатывает первая сокрушительная волна. Я цепляюсь за Райдера, хватаю воздух ртом. Следующая волна достигает пика, и я кричу. Его бёдра покачиваются навстречу, он входит глубже, даря мне ощущение его всё ещё крепкой длины во мне. Ещё одна волна, потом ещё одна. Я дрожу и рыдаю, выгибаясь навстречу, словно выброшенная на берег и совершенно уничтоженная.
Это самый пугающий, ошеломительный и откровенный момент в моей жизни. Мне хочется, чтобы это никогда не заканчивалось.
Напоследок нежно двинув бёдрами, Райдер скатывается с меня и ложится на бок, затем подхватывает меня и прижимает к своей груди. Наше дыхание прерывистое и шумное, тела так и вздымаются. Мои руки везде. Его волосы, щёки, подбородок, руки. Я целую Райдера везде, заставляя его тихо посмеиваться.
Вскоре ладони Райдера тоже ласкают моё тело, мнут и гладят, пока не находят моё бедро. Одним проворным движением моя нога оказывается перекинута через его бедро, и в мой живот тычется...
— Уже? — мои глаза широко раскрываются, когда он проводит твёрдой головкой эрекции между моими бёдрами.
Райдер смеётся.
— Да, Уилла. Уже, — очередная дрожь счастья шепотом проносится по мне от того, что он говорит, не имея возможности слышать, но при этом не испытывая неуверенности или смущения. Потому что, как он и сказал ранее, друг с другом мы в безопасности. — Я кончил, типа, за три минуты. Это был приквел. Теперь пришло время основного действа.
Я прижимаюсь к нему потеснее, но всё равно не прячу лицо, чтобы он мог читать по губам.
— Это было идеально. Я тоже кончила быстро.
Райдер улыбается, пока я целую его.
— Верно. Но теперь я должен покрасоваться. Очаровать тебя своей выносливостью и лесорубными движениями.
— О да, пожалуйста, — потянувшись мимо его талии, я накрываю ладонью его задницу и одобрительно сжимаю. Пресвятые булочки. — Я столько месяцев хотела это сделать.
Райдер скользящим движением входит в меня, и мы оба ахаем.
 
— Я тоже, Солнце.
Мои губы опускаются к его хорошему уху и оставляют там легчайший поцелуй, после чего я шепчу:
— Я люблю тебя.
Он счастливо вздыхает и кивает. Его ладонь дотрагивается до его губ, затем сжимается в кулак и прижимается к его сердцу, а потом к моему. «Я люблю тебя».
Мы не вылезаем из той постели ещё долго, очень долго.
Глава 30. Райдер
Плейлист: MisterWives — Coloring Outside The Lines
 
Я на крыше, наконец-то руки дошли заново прикрепить отошедший сливной жёлоб. Я уже закончил латать дымоход, откуда и образовалась течь.
Я на середине замаха, когда слышу это.
Визг. Душераздирающий, ужасающий визг. Никогда ещё не был так благодарен за кохлеарные имплантаты, потому что иначе ни за что бы её не услышал.
— Уилла! — реву я в ответ. — Ты в порядке? — я спешно бросаю всё в ящик с инструментами, который поднял по лестнице на крышу. Я спускаюсь до середины лестницы, затем спрыгиваю и бегу в дом. Уилла застыла на пороге и смотрит на пол.
— Уилла, — зову я, подходя ближе. Когда она так и не отвечает, я обнимаю её обеими руками, ища сломанные кости или кровотечение. Что угодно, что объяснило бы её вопль, напоминавший предсмертный крик.
— Т-там, — шепчет она дрожащим голосом.
Я прослеживаю за её взглядом и замечаю нечто маленькое и тёмное, семенящее по полу.
— Паук, — буднично констатирую я.
— Шшш. Не надо. Ты призовёшь его, — она пятится, вжимаясь в меня, и я невольно улыбаюсь от того, какой чертовски очаровательной она выглядит, сталкиваясь с теми немногими вещами, что способны напугать Уиллу Роуз Саттер. Медведи. Змеи. Пауки. Вот и всё, практически.
— Это сенокосец, Уилла.
— Чёрта с два, — она поворачивается и забирается на меня как на дерево, обвив ногами мою талию. — Убей его.
Я закатываю глаза.
— Я не буду его убивать. Пауки играют важную роль в экосистеме...
— Райдер. Стеллан. Бергман, — Уилла хватает меня за подбородок и смотрит прямо в глаза. — Если хочешь, чтобы сегодня ночью тебе что-то перепало, ты убьёшь этого долбаного паука.
— Это нечестно. Мы же договорились, что угрожать сексом — это несправедливо.
Она вздыхает и опускает лоб на изгиб моей шеи.
— Ладно. Пожалуйста, ну очень пожалуйста, убей его. Пока он живой, я не смогу спать. Или есть. Или думать о чём бы то ни было.
— Уилла, — я целую её в висок, шагая в сторону паука, и чувствую, как она крепче вцепляется в меня. — Я не буду убивать ни в чём неповинного...
Я останавливаюсь и присматриваюсь к пауку получше. Уилла тоже приподнимает голову, косясь на пол, и дрожит.
— Так, ладно, проехали, — я подсаживаю её повыше на себе. — Это чёрная вдова.
Уилла визжит в тот самый момент, когда мой ботинок давит паука.
Как только в ушах перестаёт звенеть, я опускаю Уиллу на пол и убираю размазанное пятнышко. Когда я выпрямляюсь, Уилла смотрит на меня. Её глаза выглядят шоколадно-карими и почти цвета ириски. Теперь я знаю эти глаза. Возбуждённые глаза.
Я удерживаю её взгляд и подавляю очень даже реальное желание закинуть её на плечо и снова отнести в кровать, но мне нужно сделать свою часть обслуживания дома, пока я здесь, и я ещё не закончил с жёлобом.
— Я пойду, доделаю на крыше.
Уилла медленно кивает.
— Ужин уже в процессе. Всё должно быть готово примерно через час.
— Идеально, — я крепко целую её в губы. — К тому времени я закончу и приведу себя в порядок, — она притягивает меня для ещё одного поцелуя, и отстранившись, я инстинктивно с любовью шлёпаю её по заднице.
Уилла икает и таращится на меня широко раскрытыми глазами.
Я смотрю на неё в ответ, затем откашливаюсь.
— Прости. Не знаю, откуда это вдруг взялось.
— Чёрта с два ты не знаешь, — шепчет Уилла, закусывая губу и прижимаясь ко мне. — И не извиняйся. Для галочки, я не недовольна. Я ни капельки не недовольна.