Во всем виновата текила (ЛП)

― Предоставь это мне. Мне просто нужно знать, что ты не будешь со мной спорить, если я все устрою.
Я хотел. Хотел сказать ей и тому, кого она наймет, чтобы они отвалили, потому что я в них не нуждаюсь. Смех привлек мое внимание, я перевёл взгляд на трех парней, ради которых готов на все.
Я ненавидел рутину, которая окутывала мои мысли пустотой. Обычно вдохновение приходило словно кислород, но в последнее время ничего не получалось. Наверное, потому, что на пути к успеху мы мало отдыхали. Я любил каждое мгновение нашей работы ― мечтал об этом с самого детства, и каждый человек, сомневающийся во мне, лишь сильнее мотивировал меня... особенно один человек.
Этим человеком была моя мама, и поэтому, чтобы добиться успеха, мне приходилось непрерывно работать и не пасовать перед трудностями. Я мечтал, чтобы хоть раз в жизни путь к успеху был не так труден. Как тогда, когда рядом со мной была Нова. Она взяла меня за руку, и будущее казалось идеальным, словно правильно собранные кусочки пазла. Я надеялся, что разговор с ней вызовет новый прилив вдохновения ― она всегда была моей музой.
Но было трудно полагаться на музу, когда она не берет трубку. В результате меня так и продолжала поглощать рутина.
― Я не буду спорить с тобой по этому поводу, ― наконец сдался я.
― Хорошо, ― сказала она, ее красные губы растянулись в улыбке.
Я поднялся на сцену и взял свою гитару. Аспен рассказывала о нашем графике, пока мы готовились к выступлению.
― И еще, Паркер, завтра вечером у тебя свидание с Соней.
Соня ― модель и актриса, с которой меня сфотографировали на вечеринке после вручения премии в прошлом году. Когда пресса раздула из этих фотографий сенсацию, Аспен придумала план по созданию фальшивых отношений между нами, так как фанаты сходили с ума, воображая, что все написанные песни были о нас с Соней. Наши продажи резко возросли, и Соня не стеснялась использовать меня так же, как я ее.
Я не испытывал неприязни к сложившейся ситуации, потому что время от времени, после наших свиданий, мы с Соней трахались, и разрядка без обязательств доставляла удовольствие. Этому способствовало и то, что её волосы были похожи на волосы Новы.
Не у многих женщин были такие насыщенные рыжие волосы, но я делал все возможное, чтобы найти их и вытрахать из себя тягу к рыжим. Спойлер: это не сработало. На меня навесили ярлык парня, имеющего свой типаж. Думаю, у меня был типаж.
Все, кто напоминал Нову.
Аспен, будучи деловой женщиной, превратила это в контракт, который больше подавлял меня, чем помогал.
― Вы должны посетить открытие нового ресторана, так что перестань хмуриться, ― отчитала Аспен. ― Будет здорово.
― Ага, здорово, ― усмехнулся Эш, имитируя минет.
Броган делал толчкообразные движения, а Орен обхватил себя руками, изображая поцелуи, постанывая для эффекта.
― Парни, вы такие мерзкие, ― усмехнулась Аспен. ― Увидимся утром. Не опаздывайте.
Прежде чем я успел возразить, она ушла. Обычно я не возражал против договорных свиданий, но после того, как я увидел Нову ― даже мельком, ― свидание с Соней было последним, чего мне хотелось.
***
― Спасибо за вечер, ― сказала Соня, когда я помогал ей надеть жакет.
― Нет проблем. Я был счастлив, что мы снова не отправились по магазинам.
Она повернулась, вытаскивая блестящие волосы из-под воротника, ее полные губы растянулись в идеальной улыбке. Она была в образе. Возможно, потому что после ужина мы стояли перед рестораном со стеклянной стеной, и за нами наблюдали поджидающие папарацци.
― Когда понадоблюсь, я в твоей милости.
Сократив расстояние между нами, ей с трудом удалось посмотреть на меня из-под ресниц, так как из-за каблуков она была всего на пару сантиметров ниже меня. Она поправила лацканы моего пальто, а затем положила ладони мне на грудь.
Движения были естественными, поскольку мы отработали их. Я знал, когда нужно отклониться на несколько градусов от окна, чтобы у неё был идеальный ракурс для фотографии.
 
― Если только ты не готов к завершению ночи, ― пробормотала она. ― Ты же знаешь, я всегда готова по-быстрому перепихнуться.
Я вспомнил последний наш спонтанный секс, когда она отсосала мне по дороге в свою квартиру. Она заплатила водителю двести долларов, чтобы он держал рот на замке, но втайне надеялась, что он не сдержит обещания и тем самым подкрепит наши фальшивые отношения.
Но даже это воспоминание не смогло затмить другую рыжую, и когда Соня наклонилась, сокращая расстояние, я обхватил ее предплечье, удерживая таким образом, чтобы со стороны это походило на объятие, а не на отказ. Мне потребовалось лишь мгновение с Новой, чтобы напомнить о том, что у нас было. Вместе с этими воспоминаниями пришли мысли о том, что мне не нужно было так много работать ― не нужно было заставлять себя ходить на свидания.
― Не сегодня.
На долю секунды она сузила глаза, но затем снова жеманно улыбнулась.
― Ох, Паркер, ― сказала она на выдохе. ― Ты с кем-то встречаешься?
Я рассмеялся.
― Нет.
Но я не мог перестать думать о той, которую отчаянно хотел увидеть, и не хотел целовать Соню, когда не мог выкинуть из головы несколько скупых поцелуев с Новой, и эти мысли не давали мне покоя. Все во мне кричало: «Нет».
― Я не хочу слишком выделываться.
― Но мы всегда целуемся в завершении вечера.
― Только... не сегодня.
Некоторое время она изучала меня, а затем, расслабившись, скользнула руками по моей груди, отстраняясь и поворачиваясь к выходу.
― Хорошо. Я уважаю твоё решение.
Она протянула мне руку, и я покорно ухватился за нее, не даря ей обычно нежную улыбку. Мы вышли из ресторана и услышали щелчки затворов фотоаппаратов. Обычно я не обращал внимания на папарацци, не особо заботясь о том, как выгляжу. Но сегодня у меня волосы встали дыбом, каждый мускул был напряжен из-за того, как я позиционировался рядом с Соней, задаваясь вопросом, как эти фото воспринимаются посторонним человеком... Новой.
Подали наши машины, и я открыл дверь для Сони. Прежде чем залезть внутрь, она повернулась ко мне, сокращая расстояние между нами, и провела пальцами по моей щетине. Это было единственное предупреждение, которое я получил, прежде чем она наклонилась и запечатлела быстрый поцелуй в опасной близости от моих губ.
Я крепко сжал руки на ее бедрах, с трудом борясь с желанием оттолкнуть ее. Прежде чем отстраниться, она прошептала:
― Договор есть договор, Паркер. Радуйся, что я не подарила тебе полноценный поцелуй, от которого ты не смог бы отвертеться.
Я заскрежетал зубами, мне не нравилось то положение, в котором я оказался, не нравилось, что меня заставляли играть роль, от которой сегодня я испытывал тошноту. Она отстранилась, стирая большим пальцем след от красной помады с моей щеки.
― Надеюсь, в следующий раз ты будешь охотнее играть свою роль. Это был лучший бонус нашего соглашения.
И с этими словами она в последний раз улыбнулась папарацци и села в машину. Я подождал, пока она отъедет, и направился к ожидавшей меня машине, развалился на заднем сиденье, благодарный за затемненные окна.
ЧЕТЫРЕ
НОВА
Я в очередной раз отбросила книгу на матрас рядом с собой, не в силах уснуть. Перестав пытаться, снова перевернулась на спину, положила голову на край матраса, чтобы посмотреть на звезды за окном.
Я больше не могу держать задние двери фургона открытыми. С наступлением осени ночи становились холоднее, даже в Джорджии. Краем глаза уставилась на свой телефон, желание взять его в руки поразило меня, словно ночной кошмар.
Как всегда.
Но я не поддаюсь.
Прошло чуть больше месяца с момента моего цифрового столкновения с Паркером. Месяц, наполненный нерешительностью, сомнениями, воспоминаниями ― счастливыми и... не очень, ― любопытством, и для верности, еще большими сомнениями. Добавим к вышеперечисленному «коктейлю» воспоминания о чувствах, и я практически не выходила из фургона. Я ехала без остановок, пытаясь найти успокоение, которое нарушил его телефонный звонок. Я не отвечала на электронные письма Эйкена, в которых он не очень мягко призывал меня принять решение по ряду моих бизнес-проектов.