Крик потревоженной тишины. Книга 1

Ахель был уверен, что ничего не произойдёт.
– Вам бы отдохнуть, – сказал он. – Вы переработали.
Он хотел сделать шаг из палатки, на улицу, и бежать – но непонятно почему вход оказался застёгнут на молнию, а времени на то, чтобы расстёгивать её, у Ахеля не было. Туман мгновенно рассеялся. Всё вокруг озарилось золотым светом.
Закон услышал призыв. Вопреки мнению Ахеля, вызов торговца возымел достаточную силу, чтобы подпасть под покровительство сил Закона. Ведь желание купца драться не было основано на простой прихоти нажиться деньгами. В этом случае Закон не стал бы ему помогать. Нет, тут всё происходило совсем иначе: у торговца была высокая цель – он хотел обрести счастье, заполучив согласие возлюбленной. Высокая цель была и у Ахеля: он хотел внести вклад в науку. А когда встречаются люди с высокими целями, они могут рассчитывать на то, что Закон их услышит. Увы, но эти встречи не всегда заканчиваются мирно…
   
Глава 5. Ярче огня
 
Воздух стал стремительно нагреваться. Его частички запульсировали, как на горячем асфальте. Объекты начали причудливо искажаться, извиваясь в такт потокам нагретого воздуха. Ахель прищурил глаза: настолько ярок был неожиданный источник света. Впрочем, как раз источника, собственно говоря, и не было: свет не исходил из какого-то конкретного места, светилось всё в пределах палатки. Она и сама была так ярка, что бросалась в глаза людям снаружи. Спрятаться от силы Закона было нельзя. Откуда он взялся – не помнил никто, да и у Ахеля не было желания сейчас думать об этом. Раньше он часто размышлял на эту тему, но теперь мысли улетучились. Ему была назначена дуэль. Отказаться от неё теперь, когда вступился Закон, можно было только по обоюдному согласию. А купец, похоже, был отнюдь не согласен на мирный исход дела. Впрочем, Ахель не сомневался в победе.
– Закон услышал призыв, – донеслись раскатистые слова, возникшие прямо из воздуха.
Учёные выяснили, что источника звука нет вовсе, когда дело касается проявления сил Закона: колеблется непосредственно барабанная перепонка. При этом ничего её не толкает, она раскачивается сама.
После громовых слов свет начал тускнеть. Золотой окрас слезал со стен, будто на них вылили бочку воды, смывшей краску. Теперь можно было широко раскрыть глаза и не щуриться. Купец, который сам не надеялся на то, что его слова будут услышаны, облегчённо вздохнул и тяжело уселся на свой стул. Он выпил ещё рюмку и подпёр голову рукой. Теперь ему можно было не бояться: Ахель никуда не денется, пока дуэль не будет отменена обеими сторонами. А уж он-то, торговец, никогда не отменит её! Теперь Ахель может идти хоть на все четыре стороны: тайная сила неизбежно приведёт его к купцу на дуэль. Более того, Закон не забудет и о причине дуэли: о черепе. Значит, Ахель не сможет избавиться от находки. Ему вечно будет что-то мешать. Кончатся эти чары только после дуэли или после её отмены.
Ахель тоже пребывал в шоке. Теперь пора было ему включать всё своё здравомыслие, всю накопленную мудрость и знания. Это всё могло ему пригодиться, чтобы уговорить купца избежать стычки. Драться не хотелось, тем более что дуэль подразумевала драку до тех пор, пока оба соперника не откажутся от своих планов, либо до смерти одного из них. Чтобы не работать кулаками, следовало поработать языком и головой. И то и то Ахель умел, хотя порой и забывался, делая всякие глупости. Например, поведение Гарпа легко вывело его из себя. Памятуя об этом, Ахель взял себя в руки, хотя злость и лезла из него: с какой стати купец мешает ему жить, вставляет палки в колёса, а Закон это ещё и поощряет? Вот так правила! Живи как знаешь!
– Теперь мы можем спокойно поговорить, – сообщил Ахель. – Закон нас рассудит в любом случае. Торопиться некуда.
– Некуда, – кивнул купец. – Не думал я, что в мире так много справедливости.
– Я и сейчас так не думаю, – честно сказал Ахель, уверенный, что Закон может сбоить. – Однако позвольте мне присесть и спокойно всё обсудить.
Купец посмотрел на него внимательно и уничижительно, как биолог, смотрящий на микроба.
– Размечтался! – выдавил он после паузы. – Буду я беседовать, да ещё и на равных, с такими ничтожными созданиями, как ты. Нет уж! Будем драться, и чем быстрее – тем лучше. Предлагаю, раз уж этого не избежать, – улыбка зловеще осветила его лицо, – предлагаю сразиться прямо сегодня же.
Ахель закусил губу. Туман снова начал наполнять шатёр, хотя и не в таких больших количествах.
– Я надеюсь избежать дуэли, – признался Ахель и поставил на пол свою маленькую сумочку, которую он часто брал с собой, так как в ней хранились деньги и документы. Теперь же он просто устал её держать. – Вы хотели купить у меня этот череп. – Он снова показал череп Наблюдателя торговцу, который так и впился глазами в артефакт. – Но я не охотник за добычей. Я – исследователь, понимаете разницу?
Торговец равнодушно смотрел на Ахеля, переводя дух от напряжения, с которым им было воспринято появление таинственных сил. Тогда Ахель продолжил:
– Я не хочу ничего продавать, кроме того, что продавать необходимо. А такие вот вещи вроде черепа я как раз и ищу. То есть мне нет надобности продавать его; напротив, я сам готов заплатить за сведения о странных существах.
– Интересно, сколько же? – ухмыльнулся купец.
– А сколько можно дать за слова? – ответил Ахель вопросом на вопрос.
– Я бы за слова ничего не дал, – признался торговец, не видевший смысла в том, чтобы хитрить.
– Смотря за какие. За уместные и правдивые можно дать очень и очень много. Я бы осыпал вас золотыми горами, но у меня нет таких денег. Так что могу дать столько, сколько позволяет мне мой кошелёк.
– И сколько же он позволяет тебе? – поинтересовался купец. – Думаю, несколько серебряных. В лучшем случае. Ты же простой селянин, зарабатывающий продажей рыбы. Нет, такие деньги меня не интересуют.
– Десять монет я бы вам кинул, – улыбаясь, сказал Ахель.
– Десять! – хмыкнул купец. – За десять медяков – а я уверен, что ты о медяках говоришь, – я даже еды нормальной много не куплю. Так, перекусить пару раз. Так что давай-ка сразимся. Мне нужны деньги – и деньги большие.
– Нет, – покачал головой Ахель, – я не о медяках. Мы же серьёзные люди. Недавно были выпущены платиновые монеты. Одна такая монета равна пятидесяти золотым, а значит, тысяче серебряных. Теперь-то вы понимаете, почему я совсем не хочу вам ничего продавать: зачем мне ваша тысяча, когда я сам могу дать вам в десять раз больше и при этом не обеднеть.
Купец присвистнул:
– Да ты банк ограбил, что ли? Я тогда твоему старосте донесу. Хотя дуэль тебя убьёт!
– Я не намерен драться, – повторил Ахель. – Как-то раз я в селении выпил по ошибке очень токсичный напиток. У меня дико болел живот. Боюсь, я потерял одну жизнь. Не хочу рисковать второй: жизни слишком дороги, чтобы ими рисковать. Заработать новые не просто.
– Не просто, – согласился торговец. – Да вот откуда у тебя вторая?
– А вы дайте присесть, налейте мне напитка из графина, и поговорим.
Купец побагровел.
– Замолчи, шавка! – крикнул он. – Ты должен соблюдать субординацию. Должен понимать, что разговариваешь со старшим по рангу. Так ты ещё и врун. Откуда у тебя жизнь? Или ты как-то исхитрился заработать второй ранг в какой-нибудь афере, а? Жаль, что ты ошибся с питьём только единожды!
Ахель рассвирепел. Здравый смысл, с которым подобает вести любую беседу, мигом пропал. Теперь из разговора только чудом могло получиться что-то хорошее. Ахель был умным человеком, но страдал обострённым чувством гордости. Он не был склонен завышать самооценку, но, когда люди ставили его ниже, чем положено, он просто взрывался. В селении Ахель долго держал волю в кулаке, но кулак устал: пальцы разжались, и запертый ураган чувств вылетел на волю.
  
Не заботясь о реакции торговца, Ахель ловко взял со стола графин с прозрачной жидкостью, поднёс его ко рту и сделал несколько больших глотков прямо из горлышка. Затем он вернул графин на место. Купец был так растерян, а Ахель так быстро провернул всё это действо, что бедняга даже не успел отреагировать. Только спустя миг после всех манипуляций он открыл рот и вскричал: