Измена. Обоюдно, но!..
Любовь Трофимова
Измена. Обоюдно, но!..
ГЛАВА 1
Ариша
Ещё полчаса назад я рвала и метала. Меряя шагами нашу маленькую кухоньку, смотрела на настенные часы и продумывала изощрённые методы наказания неверного мужа.
Почему неверного? Сама не знаю, странное предчувствие. Иначе просто не представляла, что могло его так сильно задержать. В последнее время он стал приходить поздно и очень часто задерживался без особого повода.
Масло в огонь моих переживаний подлил его отключённый телефон и железобетонная договорённость поужинать вместе. На столе остывал нетронутый ужин, догорали свечи, а я начинала закипать.
Это было полчаса назад. А сейчас?.. Сейчас мне стало его жалко. Такой измученный, уставший, ещё и эта новость. Поначалу даже не поверила.
– Максим, – голос срывается, а скрещённые на груди руки безвольно опускаются, повисая вдоль тела. – Что значит, грозит уголовное дело?
– Всё сложно… Меня подставили.
– Кто подставил? Зачем? Да не молчи же ты!
– Ариш, не тараторь, – присев на пуфик прихожей, муж опускает голову и стискивает пальцами виски.
– Ты голоден? – не зная, о чём спросить, лепечу растерянно.
– Арина, ты меня слышала?! – вскинув прищуренный взгляд, рявкнул Максим. Вздрогнула и попятилась, но он тут же смягчился: – Я тебе про серьёзную проблему, а ты мне – про еду. Какая еда? Я даже не знаю, где окажусь завтра, – на улице или в тюрьме.
– Расскажешь? – попросила робко и, шагнув ближе, помогла снять пиджак. По привычке встряхнула и, ощутив чужой запах, поморщилась: – Фу-у, Макс, о тебя опять в лифте какая-то баба потереться успела?
– А-а? Что? Не помню, – разуваясь, рассеянно отозвался муж и, встав с пуфика, прошёл на кухню. При виде брошенных ботинок недовольно поджала губы, но Максим отвлёк: – Ариш, а что на ужин? Перекушу, пожалуй.
– Сейчас, – прибрала обувь, пиджак мужа унесла в гардеробную и, зайдя в кухню, осторожно поинтересовалась: – Так в чём собственно дело?
Муж протяжно вздохнул и, ополоснув руки, задумался. Глядя в одну точку, долго промокал полотенцем каждый палец. Потом отшвырнул его в сторону, прошёл к столу и, сев, многозначительно нахмурился.
Торопить я не стала. Разогрела его любимый бешамель, настрогала свежий салат, не спрашивая, сварила свежий кофе, зная, что Макс любит и может пить этот напиток в любое время суток.
Только когда расставила перед ним тарелки и парующую чашку, он с явной неохотой заговорил:
– Важный клиент. Все юристы перегружены были, вот я и взялся.
– А ты будто не перегружен? – фыркнула возмущённо, но поймав осуждающий взгляд, предусмотрительно замолкла. Взяла брошенное им полотенце и, сложив пополам, опустила глаза в пол.
– Ариш, ты что правда не понимаешь? – муж обвёл рукой нашу кухню, которую, несмотря на несовременность обстановки и довольно скромные размеры, я любила. Максим скривился и, взявшись за вилку, продолжил: – Ради нас же всё. Давно пора переехать, а в ипотеку влезать я не хочу. Ребёнка ты тоже здесь растить собралась? В этой квартирёшке?
Упоминание о детях неприятно царапнуло. Мы пытались уже полгода, но каждый месяц неизменно пролетали, а мы не залетали. Эти дни шли как по часам, и я даже тест не успевала сделать, и искренне не понимала, – что не так? Я, по словам врачей, была абсолютно здорова, а Макс наотрез отказывался обследоваться. Даже намёков не допускал.
– Ты сделал что-то незаконное? – уточнила, мысленно ворча, что если бы не бабушка, то и этой, как он говорил «квартирёшки» у нас не было бы.
– Не я, – поправил муж. – Клиент.
– Но-о…
– А я согласился помочь замять ситуацию. Как юрист, не более… – качнув головой, Макс снова протяжно вздохнул и, придвинув салатник поближе, продолжил есть.
– А что за ситуация? И почему ты вдруг крайним оказался?
– Ариш, ну вот какой толк, если я тебе расскажу? – прицыкнув, спросил муж и, сведя брови на переносице, напомнил: – Чем ты поможешь? Ты же не юрист. Не думаю, что на факультете преподавателей начальных классов учат…
– Зачем ты так? – фыркнула я обиженно и, встав, отошла к кофемашине. Налила немного кофе и, напомнив себе, что уже, вообще-то, далеко за полночь, добавила побольше молока.
За спиной раздалось шуршание, тяжкий вздох, шаги, и муж обнял меня со спины, притягивая к себе и целуя в макушку. Мурашки, конечно, разбежались по телу, но демонстрировать слабость всё ещё не хотелось. Отпила из чашки кофе и, вздохнув, попыталась разомкнуть руки Макса, надёжно удерживающие за талию.
– Ну Ариш, не дуйся, – проворковал он примирительным тоном.
– Ты сам настоял, чтобы я сидела дома, – заворчала и, развернувшись к мужу лицом, предложила: – Я могу выйти на работу хоть завтра. Лариска давно зовёт, у них вечно специалистов не хватает и…
– И мы уже это обсуждали, – перебив, отрезал Макс и, чмокнув меня в нос, предупредил: – Работать ты не будешь, и точка. К тому же вдруг скоро забеременеешь? Оно мне надо, – переживать, не грохнулась ли ты в обморок в душном классе?
– Уже полгода не выходит, – погрустнев, напомнила я и, пытаясь сменить тему, намекнула: – Сам сказал, проблема серьёзная, так? А как решается большинство серьёзных проблем?
– Ну и как? – муж нахмурился, но в глазах проскользнули искорки веселья.
– Связями или деньгами, – медленно, как маленькому, пояснила я, тут же дополнив: – Устроюсь на работу, возьму кредит. Мы найдём лучшего адвоката и быстро решим твою большую проблему.
– Сам решу, – задумчиво протянул Макс и, поджав губы, отвёл взгляд.
– Сам? Но как?
– Ты верно сказала, – пожал он плечами. Взъерошил волосы и едва слышно пробормотал: – Деньги или связи. В моём случае связи…
– Связи? О чём ты? – хмыкнула я, машинально делая ещё один глоток кофе.
– Есть решение. Практически стопроцентное, но…
– Почему, но? – спросила нетерпеливо. – Если есть решение, почему молчал?
– Есть, но тебе оно не понравится.
– Макс, – выдохнула и, закатив глаза, проворчала: – Бесишь.
Муж повернулся ко мне, встал ближе и, уперев руки в столешницу гарнитура по обе стороны от моего тела, посмотрел прямо в глаза. Свёл брови на переносице и, поджав губы, спустил курок:
– Я должен переспать с начальницей, и тогда проблема решится.
ГЛАВА 2
Ариша
Слова, произнесённые Максом просто, не укладываются в голове. В районе сердца тревожно сжимается, а дыхание прерывается. Глаза заволакивает пеленой, но я старательно гоню самые страшные предположения. Нервно хмыкнув, чуть отклоняюсь и, мечась взглядом по его лицу, выдыхаю:
– Что? Ты должен что? Макс, ты шутишь? Не смешно!
– Не шучу, – руки мужа перемещаются на мою талию и, обхватив, стискивают до лёгкой боли. Возмущённо шиплю, запоздало сообразив, что он просто отвлекает перед тем, как произнести новую порцию ранящего бреда: – Она давно намекала, а теперь я в её власти и…
Для меня это словно сильный удар под дых, а он так спокоен, будто сообщает о досадном недоразумении. Задохнувшись болью, мотаю головой, пытаюсь его оттолкнуть, но Макс не отпускает. Вместо этого стискивает ещё крепче и, скрипнув зубами, медленно выдыхает, явно пытаясь сдержать собственные эмоции.
– Макс, да о чём ты?! – ору ему в лицо, а он кривится и предупреждающе шикает.
– Не ори, соседей разбудишь.
– Соседей?! Ты в своём уме?! О соседях беспокоишься? Ты только что сообщил мне, что!..
Перемещает руки выше и, сжав мои предплечья, глухо рычит. Ойкаю от ощутимой встряски, а потом Макс стискивает моё лицо в ладонях и, оскалившись, медленно шипит:
– Арина, приди в себя. Всё очень серьёзно. Меня могут уволить по статье или посадить лет на пять, а то и больше. Ты этого хочешь? Скажи… Хочешь, да? Ты меня не любишь?!
– Как ты можешь? – лепечу задушено и, чувствуя, как по щекам текут слёзы, мотаю головой. – Люблю, конечно. Но я уверена, что мы найдём выход, а не вот это вот всё. Ты признался мне в планируемой измене и ждёшь понимания?