Убийство на острове Фёр

— Хорошо, — кивнула Лена, — Дайте мне отчеты, и я сама опрошу семью.
Мейер прочистил горло.
— Вы закончили? Мы бы хотели ознакомиться с местностью до того, как прибудет подкрепление.
— Конечно, коллега. Как и договаривались, через час я согласую операцию на месте, — сказал Брандт. — Все уже готово. Желаю вам удачи.
После того, как двое полицейских вышли из комнаты, он повернулся к Лене:
— Давайте взглянем на отчет.
Положив на пассажирское сиденье папку с отчетом, Лена выехала из Вик-ауф-Фёра. Не доезжая до Овенума, взяла левее, миновала Алькерзум и оказалась у Ольдзума. По обе стороны от дороги тянулись широкие поля, на которых паслись коровы. Лена и забыла, что за пределами Вик-ауф-Фёра, так называемой «столицы» острова, взгляду предстает пасторальная сельская местность.
В Ольдзуме Лена свернула направо, следуя указателю на «Станцию охраны Ваттового моря», потом снова свернула направо и остановилась перед бывшей фермой. Припарковалась, вышла из машины и направилась к дому. В глаза бросились новые деревянные окна, да и крыша, судя по всему, была недавно заново перекрыта черепицей. Ухоженный палисадник, аккуратно подстриженный газон, ровный ряд цветов… дорожка, казалось, была подметена только сегодня. После второго звонка дверь приоткрылась. В узкую щель выглянула женщина лет пятидесяти и недружелюбно посмотрела на Лену. Роза Логенер, мать Марии. Лена уже видела ее — на одной из фотографий, висевших на вайтборде в полицейском участке.
— Мы ничего не покупаем, — сказала женщина и уже собиралась закрыть дверь, когда Лена показала ей удостоверение.
— Старший комиссар Лена Лоренцен из Управления уголовной полиции города Киль. Мы можем поговорить? Речь пойдет о вашей пропавшей дочери.
Роза Логенер медленно распахнула дверь.
— Моего мужа нет дома. Не могли бы вы вернуться через час?
— Нет, госпожа Логенер, простите. Мне нужно переговорить с вами сейчас. Это важно.
Женщина нерешительно отступила, впуская Лену внутрь. Потом прошла вперед и открыла перед ней следующую дверь.
— Проходите.
Лена вошла в большую кухню. Справа стояли плита, холодильник и раковина, а напротив — стол в окружении четырех стульев. Судя по всему, госпожа Логенер прибиралась, когда пришла Лена.
— Не хотите ли чаю?
— Если вас не затруднит, госпожа Логенер.
— Конечно, не затруднит.
Роза Логенер отвернулась, и некоторое время Лена молча наблюдала за тем, как она хлопочет по кухне. Роза была примерно на голову ниже ее. Собранные в пучок волосы, темно-синее клетчатое платье, похожее на фартук, не тронутые помадой губы, да и вообще — никаких следов косметики… Налив чай, Роза поставила чашку перед Леной на стол и нерешительно застыла.
— Не стойте, садитесь, — попросила Лена.
Поколебавшись, женщина выдвинула стул и села.
— Вчера вы… точнее, ваша дочь Иоганна, заявили о том, что Мария пропала. Вам наверняка известно, что пока поисково-розыскные мероприятия ни к чему не привели. Сегодня с материка прибудет подкрепление, и поиски продолжатся.
— Да, муж мне говорил.
— Но поиски — это одно, госпожа Логенер. Нам нужно узнать о вашей дочери как можно больше, чтобы поскорее ее найти.
Роза кивнула.
— Мой муж…
— Уверена, вы тоже сможете мне помочь, — мягко перебила Лена. — Когда вы в последний раз видели Марию?
Роза опустила взгляд на руки. Лена испугалась, что женщина снова заведет речь о своем муже, но вместо этого она тихо ответила:
— В понедельник. Утром Мария, как обычно, отправилась в школу. Она ездит в Вик на автобусе.
— Больше вы ее не видели?
Роза не торопилась с ответом.
— К обеду она вернулась домой.
— Что было потом?
— Мария сказала, что ей нужно делать уроки, и поднялась к себе в комнату.
— В котором часу это было?
— Около двух, — призадумавшись, ответила женщина. — Мы всегда обедаем в это время.
— Ваш муж и ваша старшая дочь обедали с вами?
— Вернер уехал на материк.
— А Иоганна?
— Она… ее здесь не было.
— Значит, вы с Марией были одни. Что случилось потом?
 
— Не знаю. Я зашла к Марии в комнату, но там ее не оказалось. Я обыскала весь дом, но нигде ее не нашла.
— У Марии есть мобильный телефон?
Роза молча покачала головой.
— У нее нет телефона? — уточнила Лена. — Или он сломан?
— Мобильный телефон есть только у моего мужа. Он нужен ему для работы.
Лена сделала пометку в блокноте.
— Следующим утром ваша старшая дочь Иоганна позвонила в полицию и сообщила об исчезновении Марии. Почему позвонила она, а не вы или ваш муж?
Роза не ответила.
— Где Иоганна сейчас? — спросила Лена и, снова не получив ответа, задала следующий вопрос: — Один из коллег сообщил, что Иоганна живет не с вами и приехала на остров погостить. Это так?
— Иоганна учится. Она не захотела оставаться со своей семьей.
— Где учится?
— В Киле. Она собирается стать аптекарем.
— Значит, она изучает фармацевтику в Киле и сейчас у нее каникулы. Как долго Иоганна пробудет на Фёре?
— Не знаю.
Лена подавила вздох. Неужели эта женщина ничего не знает о своих дочерях? Или просто не хочет говорить? Похоже, она совсем не переживает из-за исчезновения Марии. Лене не раз доводилось опрашивать людей, у которых пропали дети. Некоторые из родителей так волновались, что и слова не могли вымолвить и сидели перед ней истуканами, другие беспокойно ходили по комнате, засыпая ее бесчисленными вопросами… Но Лена впервые видела мать, которая вела себя так спокойно и бесстрастно.
— Я бы хотела осмотреть комнату Марии, — наконец сказала она.
Роза нерешительно привстала из-за стола.
— Мой муж вот-вот вернется… Мы можем дождаться его?
Лена глубоко вздохнула, заставляя себя сохранять спокойствие.
— Извините, но нет. В таких делах на счету каждая минута. Уверена, вы и сами это прекрасно понимаете. Где комната Марии?
Некоторое время Роза нерешительно переминалась с ноги на ногу, словно не зная, как поступить, а потом прошла мимо Лены в коридор, поднялась по лестнице в комнату своей младшей дочери. Комната была небольшая, метров пятнадцать. У одной стены стояли кровать и маленький письменный стол, у другой — шкаф и кресло с книжным шкафом. На стенах не было ни плакатов, ни постеров. Ничего в комнате не указывало на то, что здесь живет девочка-подросток. Все казалось стерильным, как в больнице.
Лена подошла к полке и просмотрела стоящие на ней книги. Библия, какие-то религиозные трактаты, несколько классических романов, взятых из библиотеки…
— Мария ведет тайный дневник? — поинтересовалась Лена.
Роза Логенер вздрогнула и во все глаза уставилась на нее.
— Наша Мария — хорошая девочка!
— Не сомневаюсь, но нам нужно больше информации, чтобы найти вашу дочь.
— У Марии нет дневника.
— А компьютер? Или ноутбук?
— Нет.
Было заметно, что каждое слово дается женщине с трудом. Интересно, почему? Неужели мать не хочет, чтобы ее дочь нашли как можно скорее?
У Лены на руках оказалось несколько кусочков мозаики, которые никак не хотели складываться вместе. Исчезновение Марии казалось загадочным и необъяснимым — на такой ранней стадии расследования это обычное дело, но все же… До сих пор нет никаких доказательств того, что девушка покинула остров. Никто не видел, чтобы Мария садилась на паром, да и на острове ее тоже не видели… Вдобавок ко всему Роза Логенер вела себя крайне подозрительно, хоть Лена и гнала из головы нехорошие мысли.
— Не возражаете, если я обыщу комнату Марии? — словно мимоходом поинтересовалась она.
Роза открыла было рот, собираясь ответить, но тут позади них прогремел грозный мужской голос:
— Что здесь происходит? Что вы делаете?!
Лена обернулась. В дверях стоял крепкий мужчина лет пятидесяти, устремивший на нее стальной взгляд.
— Господин Логенер? — Лена протянула ему свое удостоверение. — Я — старший комиссар Лоренцен из Управления уголовной полиции города Киль. Я участвую в поисках вашей дочери.