Да здравствует магия! 2 (СИ)

Я быстро нашёл на стене одетого в чёрную рубашку плечистого темноволосого мужика лет сорока.
Мне не пришлось орать в ответ — сидящий в машине Макс протянул мне микрофон.
— Я барон Михаил Ярославович Жаров! — разнёсся над окрестностями мой усиленный мегафоном голос. — Согласно указу императора Фёдора Алексеевича, владелец этих земель и находящихся на них деревень. Все соответствующие документы у меня с собой. У вас есть пять минут, чтобы выслать группу переговорщиков и объяснить, по какому праву вы не пустили моих людей сегодня с утра и стреляли в них. Время пошло.
  
— Заходи внутрь, барон, поговорим по-людски за столом.
Я не стал отвечать, а вместо этого пошёл вдоль длинного ряда наших машин, проверяя, как ведут себя мои люди.
К моему удовлетворению, по большей части они спокойно ждали развязки и не сводили взгляда со стены.
— Осталось три минуты! — Теперь в мегафон говорил Максим.
Ещё через две минуты ворота открылись, и из них вышли десять человек во главе с тем самым темноволосым. Я ждал их у машины и, едва они приблизились, заговорил первым, обращаясь к самому главному.
— Имя! Занимаемая в деревне должность.
— Всеволод Емельяненко, староста Объединённого Дегунино, — после паузы проговорил мужик. — И я всё-таки не понимаю, барон… почему ты…
— Моё имя Михаил Ярославович, и со своим бароном ты должен говорить на вы, — отрезал я. — Почему вы не пустили моих людей сегодня? И кто отдал приказ стрелять?
— Да мы просто не знали… мало ли кто ездит.
— Чего ты не знал⁈ — рыкнул я. — Машин с такими картинками много ездит? Или ты Шаповала в лицо не знаешь? Он тебя, например, хорошо знает.
— Это просто недоразумение, Михаил Ярославович, — заговорил седой худощавый мужчина лет шестидесяти. — Парень перенервничал и случайно вверх выстрелил. Вот он.
Вперёд выпихнули бледного парня лет восемнадцати.
— Я случайно! — испуганно пискнул он и, похоже, говорил правду.
— Допустим, — после паузы уже спокойнее проговорил я. — Тогда перейдём к следующему вопросу. Мне кажется или вы не собираетесь подчиняться императорскому указу?
— А как ты… вы себе это представляете? — снова заговорил староста объединённых деревень. — Мы тут нормально живём, не бедствуем. Монстров валим. Нам барон не нужен.
— И сколько вы этажей за неделю зачистили?
— Четыре первых и два вторых, — гордо произнёс Всеволод. — Все в закрытых ямах!
— А мы двенадцать только вторых этажей, не сосчитать сколько первых, три ямы полностью закрыли и сегодня закроем ещё две, — сверля главного оппонента взглядом, медленно поведал я. — Соответственно, наш вклад в безопасность района, а самое главное, добыча минимум в пятьдесят раз больше. Ты знаешь, что такое эффективность?
— Знаю. — Староста отошёл от первого шока и снова заговорил борзо. — Просто у вас пистолетов больше. Но и у нас они теперь есть.
С этими словами он достал из-под куртки магический ствол.
Признаться, чем дальше, тем больше происходящее меня удивляло. Следовало кое-что выяснить.
— Секунду.
Я залез в машину и сделал вид, что достал оттуда неработающий пистолет, а на самом деле отключил свой. Одновременно послал энергию по каналам к М-узлу и, возвращаясь к переговорщикам, уже видел мир немного посиневшим.
— Можете этот активировать?
Я протянул оружие старосте.
— Прям сейчас? — явно растерялся он.
— Да, это просьба владельца земель. Сделаешь, будем утренний инцидент считать исчерпанным…
— Ну, прямо сейчас людей нужных нет… — промямлил Всеволод.
— А где они?
— Ну-у-у…
— В Сосновке? У барона Садальского?
— Ну…
— Отвечать!
— Да!
— То есть вы уже сговорились с другим бароном, а я вам мешаю? — с угрозой проговорил я, а когда ответа не получил, перефразировал: — Как вы собирались работать с ним, если вы на моей территории⁈
Не знаю, сработала ли ментальная магия или просто моё природное обаяние, но ответ я получил.
— Согласно указу императора от двенадцатого декабря тысяча девятьсот семьдесят третьего года, — затараторил староста, — если восемьдесят процентов жителей деревни выскажут желание, любая приграничная деревня может отделиться от земель одного барона и присоединиться к землям его соседа.
— То есть ты собирался присоединиться к Садальскому? — удивился я. — Когда вы успели всё решить, если документы я только сегодня получил?
— Он вчера заезжал и сказал, что деревни к вам отойдут. И что потом он нам поможет присоединиться к нему.
— И что он тебе дал?
— Пять пистолетов и пятьсот тысяч.
Вот теперь я окончательно убедился в том, что староста отвечает на мои вопросы, потому что работает ментал. Это было видно по тому, что он сам явно удивляется своему развязавшемуся языку.
— Какие пятьсот тысяч, Сева? — вдруг спросил седой.
— Те, за которые он вас продал барону Садальскому, — ответил я и, вернувшись к машине, взял у Макса микрофон. — Внимание всем!
Дальше я толкнул уже привычную речь об общих выгодах дружбы со мной, а в конце перешёл к сути.
— Я могу дать вам не только пять сраных пистолетов! Я могу научить вас эти пистолеты легко добывать или даже обходиться без них. Первое звено, поднять руки.
Согласно предварительной договорённости, та часть бойцов, что владели магией, тут же выполнили приказ.
— Зажечь!
Колонну охватило пламя, а по стенам деревень пронёсся выдох удивления.
— Ещё неделю назад никто из них не владел магией! И посмотрите, что они могут теперь! Я научил их — и могу научить вас! Хотите того или нет, но вы на моей земле и с сегодняшнего дня являетесь моими поддаными. Вашего старосту купил приехавший из Рязани зажравшийся аристо. Купил за пятьсот тысяч за вашей спиной. Как бессловесных рабов! Вы для него никто, пыль, пушечное мясо, а я… — Тут я заговорил медленнее и тише: — Я сам родился в Волхове и большая часть из вас мои земляки! Это наш край! Только вместе мы можем сделать эти земли по-настоящему безопасными и процветающими. У нас общие цели, но перед тем, как наслаждаться результатами нужно ударно потрудиться. Я хорошо плачу за труд, а также веду набор в дружину. Прямо сейчас вы должны отобрать двадцать человек, которым полностью доверяете, и они поедут с нами в Афонино. Там мы им покажем, чего добились всего за две недели. Они увидят всё своими глазами, и расскажут остальным. У вас пятнадцать минут!
Я отключил микрофон и повернулся к переговорщикам, которых уже взяли в кольцо мои люди.
— Все свободны, а Сева останется. Нам есть что ещё обсудить.
  
Глава 20
 
— И больше так не делай! — Я ткнул пальцем в грудь Всеволода, вместе с которым расположился на заднем сиденье.
— Конечно, ваше благородие, бес попутал!
— Свободен!
Староста объединённого Дегунино выскочил из машины и поспешил к воротам. А я перекрыл потоки льющейся в М-узел энергии и устало откинулся на спинку.
— Посольство готово выезжать, — доложил, запрыгивая за руль, Макс. — Смотри, кстати, как наш флаг красиво смотрится.
Я перевёл взгляд в окно и увидел трепещущее на ветру над воротами черно-оранжевое знамя. Красиво и агрессивно. То, что надо, и чем больше таких будет, тем лучше.
— Да, хорошо смотрится. — Я кивнул и закрыл глаза. — Поехали, меня до Афонино не трогать.
Хотя далеко не факт, что удастся прийти в себя так быстро. Общение со Всеволодом далось очень тяжело, особенно последняя его часть, когда мы остались наедине. Моей основной задачей было вбить ему в голову оправдание для него самого, то есть причину, по которой он решил себя сдать.
Вроде вышло, и теперь староста будет всем рассказывать, что, увидев столь солидное представительство довольных людей, вдруг понял, как ошибся, и под давлением проснувшейся совести сломался.
  
Сам-то он в это уже твёрдо верит, ведь по неопытности я действовал как топор, и чудо, что серьёзно не навредил ему. Наверное, не навредил.