Искупление (СИ)

— Погоди, и чем нам поможет мертвец? — Гарри задает волнующий всех вопрос, нетерпеливо стуча ногой по основанию кресла.
— Сперва дослушайте! Он жив. Я видела его в Хогвартсе после окончания уже недавней войны — и он отнюдь не был похож на оглоданные псами кости. Да, он постарел, но почти не изменился, судя по фотографиям. И если тогда я не придала этому особого значения, то сейчас… Когда у меня попеременно возникают в голове мысли о том, как бы было здорово, если бы ничего не случилось… Я хочу в это верить.
— И ты была у МакГонагалл? Что с ней? — я увлеченно наблюдаю за огоньками ее оживших глаз и проникаюсь той же верой в невозможное.
— Она не отрицала. И дала несколько зацепок, несмотря на вербально однозначный отказ.
— Мисс Грейнджер, вы были правы — я вынуждена запретить вам даже мечтать о подобном. Нынче озеро Запретного леса скрывает в себе множество опасностей, включая гениальность некоторых своих соседей. Ступайте с миром и не задумывайтесь о том, что чревато непоправимыми последствиями.
— Она дала нам зеленый свет: он явно живет у озера и, судя по всему, располагает тем, что нам так необходимо.
— Ты уже думала о том, как мы сможем его убедить? — Гермиона стыдливо закусывает губу, оборачиваясь ко мне с виноватым выражением лица.
— Кража?..
Я подавляю смешок, как и ребята, мягко похлопывая ее по спине: — Вот ты и ступила на скользкую дорожку, Миона!
— На самом деле, как бы там ни было, мы могли бы с Фредом этим заняться — нам столько раз приходилось забирать у Снейпа из-под носа ингредиенты для зелий, что облапошит какого-то старикана не представляется трудной задачей!
— Может, все-таки будем немного честнее и поговорим с ним?
— Джин, ты все еще веришь в чудодейственную силу разговоров? — я скептически изгибаю бровь, поддерживая затею брата.
— Сегодня они нам помогли…
— Но еще пару часов назад я отбивалась от ранящих Беллатрисы без единого шанса завести дружескую беседу. А парочка фраз Малфоя с тетушкой стоили ему, кажется, жизни, — Гермиона опять нервничает, сжимая ладошками одеяло и удрученно разминает шею. В порыве чувств я кладу свою голову ей на колени, чувствуя, как мигом напряженные мышцы расслабляются с завидной скоростью. Она несмело перебирает мои волосы, накручивая их на тонкие пальцы и продолжает: — Да и разговоры сейчас об этом вряд ли нас к чему-то приведут. Я бы хотела… Нам бы следовало отправиться туда как можно скорее и убедиться самим, есть ли толк в этой затее. Иначе — я не знаю, как поступить. Все обернется в тысячи раз сложнее, не имей мы возможности… Немного использовать время на свою руку.
— Кто поддерживает? — по ребятам видно: они готовы ко всему, как бы ни пугало будущее.
У прошлого с этим куда больше опыта. Прошлое пестрит липкими ручейками страха на темном орнаменте погребальной земли.
Они все поднимают ладони в одобрительном жесте.
— Когда отправляемся? — Гарри встает с места, потягиваясь и разминая кости.
Гермиона рисует невидимые узоры на моей шее своими коготочками, а я по-мужски сдерживаю вздохи удовольствия, следя за каждым ее перемещением.
— Я готова хоть сейчас, — произносит неуверенно и оттого так тихо, что слышу, пожалуй, лишь я.
— Ты давно ела? — застаю ее врасплох. Девушка останавливается, и я переворачиваюсь, чтобы лучше ее разглядеть.
— Не помню. Только огневиски…
— Тогда решено — сейчас обедаем и сытые, грозные, уверенные в себе на все сто идем покорять вершину Эвереста, — спасибо отцу за метафоры этого часа, я очень доволен видеть ее искреннюю радость от моих речей.
— Хорошая идея. Я успею принять душ? — Джинни всегда чешет за ухом, когда строит бытовые планы на ближайшее время.
— Давайте так: сейчас идем в Большой зал, после — час на подготовку. Встречаемся у совятни.
— Принято.
Они один за другим покидают комнату, а я и не думаю двигаться с ее ног, мешая Гермионе последовать их примеру. Но она и не стремится.
— Прости, — мы снова начинаем говорить одновременно.
— Скоро ты переплюнешь в этом самого Джорджи, — она скупо улыбается, поджимая губу в желании сказать очередное оправдание, но я не хочу их больше слышать.
 
— Не нужно, — поднимаю корпус и накрываю ее губы в нежном поцелуе, на который она нетерпеливо отвечает, обвивая мою шею и зарываясь пальчиками в шевелюру.
Я ее выпиваю без остатка. Был бы упырем, Миона бы уже давно лежала здесь обескровленная. И я бы вновь и вновь наполнял ее собой — и так по кругу.
Она сминает мои губы, почти задыхаясь, углубляет поцелуй, играя своим языком у меня во рту, и я умираю в тысячный раз за секунду. Легкие жгут нехваткой воздуха, мы едва ли отстраняемся друг от друга, и я прижимаюсь своим лбом к ее, тяжело дыша.
— Запомни на всю свою жизнь — я без тебя не смогу, Гермиона. Слышишь ты? — дышу ей в лицо, раскаляя атмосферу.
— Угу, — она прижимается ко мне всем телом с невиданным ранее рвением: — Я тоже, Фредди. Я тоже.
— Пойдем поедим? Обещаю, что ни одна Паркинсон не посмеет и рта открыть в твою сторону.
— Ох, если бы это было самым страшным! Но я не смогу тебе отказать в любом случае.
Отстраняюсь, поправляя ее взъерошенные волосы.
— Тогда идем, малышка на миллион.
***
POV Гермиона
В Запретном лесу ветер выл подобно стае волков. Мы отбросили к черту идею разделяться, всей гурьбой переступая через поваленные ветки деревьев и выставляя орудия защиты перед собой от каждого непредвиденного звука. Когда на горизонте замелькало озеро, половина дела была сделана.
— Давайте используем заклинание обнаружения по всему периметру. Здесь открытое пространство, думаю, можно пойти в разные стороны и, найдя какое-либо строение, звать подмогу.
— Эм, Герм, не хочу показаться бестактным, но твой план слишком хорош, — смеется Джордж, на что мы оборачиваемся к нему в непонимании. Он лишь указывает рукой вдаль — там маячит фигура старика, собравшего с собой охапку левитирующих дров.
— Это было проще, чем мы думали.
— Пойдемте, пока не убежал.
— Рон, посмотри на него. Куда этот милый Санта может убежать? Разве что в объятия Морфея или самого Мерлина…
Мы подбираемся все ближе и на расстоянии нескольких метров окликаем его.
— Оу, мисс Грейнджер, — горбатый мужчина на вид лет семидесяти доброжелательно светится глазами и пытается улыбаться своим беззубым ртом. — Вы еще и с друзьями! О, великий Гарри Поттер! Господи! Проходите скорее, на улице такая холодрыга! — он распахивает дверь, и мы заталкиваемся в его хижинку совершенно растерянные — такой прием даже не вписывался в наши планы после всего зла, излитого на нас этим миром.
— С дровами я и сам разберусь, проходите, молодые люди!
Виконт закрывает тяжелую дверь с вопрошанием:
— Никто не против чая? Я, к всеобщему сожалению, больше ничего не пью всю свою жизни, поэтому гостям бывает со мной туго. Да и чай, впрочем, без сахара. И без любой другой пищи, если честно, — он медленно ковыляет к шкафчику, который заменяет ему всю кухню, и вытаскивает чашки с нижней полки. Ребята дружно ютятся на небольшом диванчике.
Место, в котором мы оказались, очень напоминает хижину Хагрида, — за исключением того, что у нашего егеря не стоят через каждые двадцать сантиметров странного применения приспособления, работающие не то от магического вмешательства, не то от воздуха.
— В следующий раз стоит принести ему маминых гостинцев, — хихикает Джинни, наблюдая за манипуляциями забавного мужчины.
— Все изобретатели такие, чего вы удивляетесь, — Фред старается скрыть блаженное веселье за манерной серьезностью, но проваливает это негласное испытание, отворачиваясь с улыбкой.
— Вам помочь? — я не могу найти себе места и кружусь возле него.
Маг грузно выдыхает:
— Девочка моя, спасибо тебе! — я забираю у него фарфор и разливаю кипяток по чашкам, краем глаза замечая, как мужчина вытирает слезы, провожая каждое мое движение долгими взглядами. — Ты так выросла, малышка Гермиона! И так похожа на своего потрясающего отца!