Дом вдали (СИ)

— Так, набирай горизонт 3000 метров, в воздухе никого, кроме нас.
Дальше пошёл стандартный набор, который я уже проходил. Коробочка над аэродромом с набором высоты. Выполнив три круга стандартной программы, я пошёл на посадку. На посадочный знак попал точно, вот только запаниковал, когда не нашёл землю. Вот же она подо мной, я опускаю машину, а касания нет. Закончилось всё позорно, я дал «козла», то есть хорошенько приложился о полосу, самолёт подскочил и только теперь ровно побежал по ВПП.
Уже на земле на меня накатили эмоции, — ничего, это нормально. В общем ты отлетал чистенько, а то, что скозлил на посадке, так это беда всех начинающих. Просто ты ещё не имеешь опыта и не можешь точно определить момент касания, ты провис и получил пинка по зад, — мой наставник благодушен и следит за тем, как Моника, это наша диспетчер и пассия местного администратора Стефана, приближается к нашему столу с подносом, на котором сиротливо стоит чашка с кофе и булочка.
— Парни привет, — стройная кореянка рухнула на стул и блаженно вытянула ноги, — у вас тут первая брачная ночь, я не помешаю?
— Нет, что ты. Вот Серж, мой курсант, впервые выполнил самостоятельный полёт. А сейчас у нас разбор полётов и обмен восторженными впечатлениями.
— Ясно, ладно парни, мне пора, Стефан ждёт, хорошего дня, — девушка отнесла подносик на мойку и цокая каблучками, вышла из бара.
Меня тилипает от нервного возбуждения, надо обязательно зайти к моей подружке на работу. Сегодня мы не планировали встречаться, но мне срочно нужно скинуть пар.
Мариса недоумённо наблюдает за моими танцами. Я забрал её с работы и сейчас межуюсь, сводить в ресторанчик или сначала в номер, а потом покушать. Девушка чудо как хороша, она в юбке чуть выше колена. Ножки слегка полноваты, но движения бёдер и попки просто завораживают мягкостью кошачьей пластики и заставляют придумывать причины, по которым нам срочно нужно заехать ко мне в номер.
— Я так и знала, ты меня использовал в своих примитивных желаниях. Не даром мама говорит, что ты не подходишь мне, ты никогда на мне не женишься.
— Ну почему? — ответ повис в воздухе. Мама права, я не представляю, чтобы Мариса, возможно, стала моей супругой. Она полностью устраивает меня как женщина. Но мы редко говорим по душам, возможно, это пресловутый языковой барьер. А может просто культурная пропасть. У Марисы большая семья, и она ищет мужа, который готов будет её обеспечивать и будет готов взять заботу о ней и её родителях, а заодно о многочисленных братьях и сёстрах. А мне это совсем не нужно, вот в постели у нас полное согласие и лад, я чувствую себя мужчиной рядом с нею. Но брать на себя заботы о её семействе — упаси боже. Там целый латиноамериканский колхоз и в основном не говорящий на ином кроме родной мовы языке.
После трёх вылетов, когда я полностью выполнял указания сидящего рядом инструктора, мы совершили первый в моей жизни пассажирский рейс. На борт взяли полного, потеющего и хрипящего мокротами мужчины. На сей раз я изображал капитана судна, сам делал предполётную подготовку. Лично потрогал топливные горловины, убедился, что коробка, которую притащил пассажир, не будет мотыляться по багажному отсеку и гордо сел в левое кресло.
Это был для меня новый опыт. Во-первых, полноценный перелёт, наш пункт назначений городок Роки Бэй, что на островах Новой Шотландии. А второе — это то, что мы летели над морем. То есть в здешнем мире пилоты лёгкой авиации стараются лететь вдоль дорог, которые и являются ориентирами. Отсюда и высота полёта не выше 1500-2000 метров. А в море какие дороги? Только компас.
До места назначения 420 км, их мы преодолели за два с половиной часа, мешал встречный ветер. Да и я тупил, Янису приходилось вмешиваться, выравнивая курс. Километров за 130 начал запрашивать диспетчера Роки Бэй. Тот нас успешно игнорировал. По идее он должен нам дать точный курс и направление ветра, возможно и давление воздуха. Правда я не понимаю, чем нам поможет знание последнего. В полёте Янис дал мне отдохнуть, взял управление на себя. Мне пока трудно долго пилотировать и контролировать приборы. Инструктор говорит, что с опытом придёт состояние, когда мне достаточно будет периодически скользнуть взглядом, не вглядываясь в каждый прибор. Мозг просто будет реагировать только на серьёзные изменения положения стрелок.
 
Посадка вышла почти классическая, я удачно сел на основные стойки, потом мягко притёр нос и уже на трёх опорах самолёт покатился по полосе. Самую малость припозднился, но в пределах нормы. Янис показал глазами, что заметил ошибку, но не стал даже выговаривать.
Дав указание заправить самолёт, мы дружно зашагали к небольшому одноэтажному зданию администрации аэропорта. Первым делом в туалет, потом счастливо облегчившись, зашли к местному диспетчеру. Крупный неопрятный парень гонял чертей на компьютере. Рядом стояла баклажка с пивом и недоеденная пицца.
Конечно, ему не до каких-то там самолётов, есть дела поинтереснее. Янис красноречиво посмотрел на меня и махнул рукой.
— Ну, Скот, как дела? Как супруга, как дети? Что нового?
Скот поставил игру на паузу и развернулся к нам, — А, Янис. Привет дружище. Давненько к нам не залетал, а чего у нас нового. Деревня и есть деревня, и новости соответствующие. Сосед лодку утопил, еле спасся сам. А это кто с тобой?
— Это Серж, мой курсант, знакомься. Вот уже сам летает, ещё разок другой и отправлю его в автономку.
На жаргоне летунов САМ — это первый самостоятельный полёт, выполненный без отеческого пригляда инструктора. Я знаю, что вскоре Янис меня выпустит и САМ будет экзаменом. Греку надоело со мною возиться, я его привязываю к городу. А здесь обычно пилоты, занимающиеся извозом, мотаются по городам и весям. В аэропорту они регистрируются и ожидают подходящих пассажиров. Бывает ждут по нескольку дней, проживая в дешёвых гостиницах. Допустим я знаю, что холостой Янис имеет подружку в Нью-Рино, а в Форте Ли у него вроде даже ребёнок растёт. Вот такая жизнь дальнобойщика, как говорится волка ноги кормят, а пилота крылья.
На обратном пути мы попали в дождь, пришлось обходить грозовой фронт. Если бы не помощь Яниса, я бы запаниковал. Дело в том, что облачный слой оказался очень высоким и объёмным. А летать только по приборам мне ещё сложно. Зато по прилёту Янис меня обрадовал, что следующий полёт мы совершим в город разврата и порока Нью Рино. Я про него многое слышал, но бывать не довелось. Ну, оно и понятно, город не имеет промышленности. Это что-то типа земного Лас-Вегаса, только контролируется он не государством и штатом, а несколькими мафиозными кланами. Он лишь формально входит в зону Автономной территории Невада и Аризона. А в реальности там нет советской власти, даже Орден не имеет в городе и его окрестностях значительного влияния. Только совет банкиров, банков там кстати полно, и пятёрка мафиозных боссов. Но, надо отдать должное, все говорят, что там очень красиво и цивилизованно. Местные полицаи тщательно следят за порядком, поговаривают, что даже карманных воришек почти нет. Следят бандиты, свою дойную туристическую азартную корову доят сами, другим не дают. Разбираются с гастролёрами очень жёстко и радикально.
На сей раз мы взяли на борт интересную парочку. Мужчина в районе пятидесяти лет, выглядит как солидный джентльмен. Неброская, но дорогая одежда, с собой у него только маленький чемоданчик. А вот его спутница тащила здоровый чемодан. Девице лет двадцать, несомненно, красивая, яркая и фигуристая, но глаза неприятные. Откуда это в молодой соплюхе взялось? Если джентльмен вежливо с нами поздоровался и не гнул пальцы, то его дама посмотрела на нас, как на быдло. Знакомый вариант, девочка поняла, что её тело тоже товар и выгодно его пристроила. Вот только если она продолжит в том же духе, то на этот товар лет через 5-7 приклеят ярлычок переоценки и она будет сопровождать простых коммивояжёров просто за мелкие подарки и даже за еду.