Британский вояж (СИ)
Майор Киркланд печально вздохнул и отбросил молоток в угол.
Мы вместе поднялись на палубу. Матросы перетягивали паруса и чинили надстройки. К нам медленно, слегка прихрамывая, подошел боцман Лоуренс.
— Этот французский капитан молчит?
— Я бы развязал ему язык, если бы не ваш капитан Шепард…– пробурчал Киркланд.
— Я только что был у доктора. Саймонс, которому осколком располосовало живот, к сожалению, умер. Перед смертью он стонал и звал маму…
Майор Киркланд побледнел и заиграл желваками.
— Если бы командовал капитан Грейджон, он бы наизнанку вывернул этого французика…– вздохнул боцман.
К нам подбежал молодой круглолицый юнга:
— Боцман Лоуренс, нам нужны еще гвозди.
Юнга посмотрел на нас и радушно улыбнулся:
— Джентльмены, ну и бой был, правда? Прямо как при Трафальгаре!
— Сынок, разве ты участвовал в битве при Трафальгаре? — нахмурился боцман.
— Нет… я просто хотел выразится образно.
— Боюсь что и твой отец тогда еще пешком под стол бегал. Пойдем, умник, выдам вам еще три фунта гвоздей…
В Портсмут мы вернулись через два дня, ближе к вечеру. В пути он ран скончался один пленный матрос. Остальных доставили и сдали на военно-морской базе. Адмирал Остин был потрясен недавним инцидентом и попросил пока никому не распространяться о случившемся. Назревал серьезный международный скандал.
После столкновения на море я догадался, что охотились вовсе не за найденными сокровищами, а за подводной лодкой, которая впервые вышла в море. Но точный маршрут следования знали всего двое: я и капитан Шепард. Даже ученый Добсон не знал точных координат, пока мы не прибыли к берегам Ирландии. Шепард не мог быть предателем, я наблюдал за ним во время морского боя. И тут меня будто окатило холодной водой. Пьер Лемар. Вот кто знал и точные координаты затонувшей галеры, и то, что именно туда направится подлодка. Ему оставалось только выяснить время. Но неужели Лемар располагает такими возможностями? Действительно слишком много совпадений. К тому же и капитан нападавшего фрегата тоже француз, как и почти вся команда…
В кабинете адмирала Остина мы сидели вчетвером.
— Кислое дело…– нахмурился адмирал.– Нападение на фрегат Королевского Флота во внутренних морских водах… давненько я такого не припомню…
— Адмирал Остин, сэр, мы должны обязательно отыскать второй нападавший фрегат…– тихо произнес капитан Шепард.
— Это дело чести,– кивнул адмирал.– Повторюсь еще раз. Произошедшее у Луп-Хеда прошу держать в тайне. Иначе точно не избежать международного скандала. Во Франции и так много противников Восточной войны. А без французов наша армия сразу уменьшится вдвое. Об инциденте я уже доложил в Лондон.
— Капитан Лафушо молчит как рыба,– пожал плечами Шепард.
— Мы еще найдем способ его разговорить. Джентльмены, пока отдыхайте. Мистер Мельбурн, вас я попрошу пока остаться.
Как только мы остались вдвоем, адмирал Остин хмуро взглянул на меня:
— Теперь давайте поговорим начистоту. Откуда вы взяли координаты затонувшей галеры?
— Вы слышали о писателе Пьере Лемаре?
— Конечно. Очень странный тип.
— Однажды месье Лемар предложил мне вложиться в одно выгодное дельце. Выкупить водолазные костюмы и достать затонувшие сокровища. Он хотел вывезти найденный клад и продать в Сардинском королевстве. Чуть позже я познакомился с нашим общим другом, ученым Добсоном и узнал, что у него есть не только водолазные костюмы, но и целый подводный аппарат. Но когда я поступил на службу, то понял, что эти затонувшие сокровища должны принадлежать Британии.
— Теперь вы прекрасно понимаете, кто мог устроить засаду?– нахмурился адмирал.– Я немедленно отправлю людей в особняк Пьера Лемара…
— Отправляйте. Но думаю это бесполезно. Лемара как всегда не окажется дома. Возможно он даже был на втором корабле…
— Нам теперь нужно беречь подлодку как зеницу Ока. И конечно мистера Добсона.
— Кстати, мой особняк в Портсмуте сейчас пустует. Пусть мистер Добсон поживет пока у меня. Завтра я все равно уезжаю в Лондон.
— Но зачем? Здесь, на Военно-Морской базе у мистера Добсона отличные условия!
— Думаю в особняке ему все же будет лучше.
— Хорошо. Но с завтрашнего дня я обязательно приставлю за ним охрану. Сегодня вручаю вам ученого под личную ответственность.
Я кивнул и хотел уже выйти из кабинета, когда адмирал окликнул:
— Постойте, мистер Мельбурн. Как вам показался капитан Шепард?
— Он довольно толковый малый. Во время боя вел себя грамотно и хладнокровно.
— Вас не смущает, что он капитан всего в двадцать восемь лет?
— Шепард вполне достоин быть капитаном. Возможно ему слегка не достает жесткости… я имею в виду допрос французского капитана.
— Жесткости или жестокости? Мы должны уважать права военнопленных. Капитаном Лафушо займутся специалисты. Идите отдыхать, мистер Мельбурн. Кстати, чтобы между нами не было недомолвок, знайте — Джон Шепард — сын моей кузены. Не скрою, ваши слова о Джоне — согрели мою душу.
Пока улаживали дела на военно-морской базе, уже окончательно стемнело. В особняк мы отправились вместе с Грегори Добсоном. Хоть на вечер все же удалось отвязаться от навязчивого майора Киркланда.
Ученый удивленно осмотрелся в доме:
— У вас шикарный особняк, мистер Мельбурн.
— Предлагаю вам пока пожить в моем особняке. Все лучше, чем на Военно-морской базе. Разрешение у адмирала Остина я уже получил.
— А у сэра Генри?
— Не волнуйтесь. Все будет улажено. Единственный недостаток — теперь с вами постоянно будет охрана. Но это для вашей же безопасности.
Ученый вздохнул:
— Если бы только вы знали, как я устал за последнее время… устал от постоянного контроля.
— Сейчас идет война, потом будет значительно легче.
— Я так не думаю.
— Отдохните. Я приготовлю кофе и что-нибудь перекусить.
Но через полчаса, когда я вернулся в гостиную, ученый уже спал прямо в кресле. Я осторожно переложил Добсона на диванчик и хотел уже подняться к себе, как вдруг вспомнил о корреспонденции.
В почтовом ящике лежал свежий номер «Таймс» и письмо от дядюшки. Редкиф с недавних пор присылал зашифрованные письма, если требовалось срочно обменяться информацией. Когда я расшифровал письмо, получился следующий текст: «Положение очень серьезное. Придется идти на прямую вербовку Добсона, времени совершено нет. В Генштабе настаивают о перевозке ученого в Петербург и о вашем возвращении»
Я сразу сжег письмо. Идти на прямую вербовку всегда опасно. Но похоже, выбора действительно нет. Но почему Генштаб настаивает на моем возвращении и почему ни слова не сказано о Разумовском?
Даже выпив двойную порцию кофе, я почувствовал сильную усталость и вскоре вырубился, едва голова коснулась подушки.
Глава 3
Утром я встал пораньше и приготовил яичницу с ветчиной, заварил крепкий душистый чай. Грегори Добсон спустился к завтраку отдохнувшим и посвежевшим.
— Доброе утро, мистер Мельбурн! Послушайте, а где же ваша прислуга?
Я рассмеялся.
— Мистер Добсон, в последнее время мне приходится жить на три дома. В основном, в Лондоне. Здесь у меня просто временное пристанище. Так что с удовольствием вверяю вам эти апартаменты.
— В самом деле?
— Конечно.
— Пожалуй, с удовольствием приму ваше предложение. Осталось только найти грума, чтобы добираться на военно-морскую базу.
— Не волнуйтесь. Я обеспечу вас и грумом, и экипажем. Даже подыщу прислугу. Берите приборы, иначе яичница скоро остынет.
— Вы так добры, мистер Мельбурн…
— Кстати, сегодня у вас выходной. Можете никуда не торопится…
— Вы серьезно? — удивился Добсон.– Знаете, у меня не было выходных почти три месяца… к тому же недавнее событие у мыса Луп-Хед потрясло меня до глубины души. Вы так и не выяснили, кто были эти пираты?
— Вооруженные наемники. Но кто за ними стоит — еще предстоит выяснить.