Пожиратель V (СИ)

— Мужики, нам с Гариком примерно час потребуется, чтобы с этой мразью перетереть. Постоите на стрёме?
— С радостью, — ответил Орешкин и улыбнулся. — Морду светить перед ним не хочется. Даже такую, как у меня сейчас.
— На берегу или на воде? — уточнил Влад.
— С берега сюда не подобраться, — ответил Артур. — С воды. Вряд ли за нами кто-то гонится, но оно спокойнее, когда кто-то следит за обстановкой.
  
— Проследим, не переживай, — пообещал Гриша.
Мы с Артуром выбрались на пол, а Влад взялся за вёсла и выгнал катер из гаража. ИСБ-шник включил свет, затем подошёл к воротам, опустил их и спросил:
— Ну что, приступим?
— С превеликим удовольствием! — ответил я.
— Тогда снимай с него заклятие. И не забудь, что я для него просто поставщик бойцов. По крайней мере, я очень на это надеюсь.
— Не забуду, — пообещал я, затем поднял бандита, усадил его, прислонив к стене, и принялся снимать с него заклятие Сна.
Снял довольно быстро, и Петя Сибирский после этого почти сразу же пришёл в себя. Он дёрнулся, но почувствовал, что в наручниках, да ещё и ошейник ощутил. И явно догадался, что это за ошейник, потому как даже и пытаться не стал использовать магию. Впрочем, он мог как-то почувствовать, что она заблокирована. Но меня это особо не волновало. Я не удержался от довольной ухмылки, растянул рот до самых ушей и с наигранным торжеством произнёс:
— И снова здравствуйте!
  
Глава 11
 
— С-с-суки! — злобно прошипел бандит, бросив ненавидящий взгляд сначала на меня, а затем на ИСБ-шника.
Похоже, Петя Сибирский ожидал увидеть кого угодно, но только не нас. Меня такая реакция скорее развеселила, а вот Артур за это отвесил Пете затрещину — да такую звонкую и мощную, что я невольно поморщился, глядя, как у нашего пленника дёрнулась голова.
— Не правильное начало разговора! — рыкнул ИСБ-шник.
Признаться, меня его поведение удивило, но Артуру виднее, как с такими разговаривать, у него явно в этом деле опыт есть. И не малый.
— Ты думаешь, это тебе сойдёт с рук? — спросил бандит, бросив презрительный взгляд на ИСБ-шника.
— Уверен в этом, — ответил Артур и отвесил Пете вторую затрещину, с другой руки.
В этот раз бандит ещё и затылком об стену ударился.
— Что-то какое-то у нас не очень весёлое начало разговора получается, — произнёс я, привлекая к себе внимание нашего пленника. — Может, всё же попробуем начать по-другому?
Петя после этих слов оглядел меня с ног до головы, сплюнул в сторону и прошипел:
— Как чувствовал, что не стоит с тобой связываться.
— Связываться можно, — сказал я. — А вот пытаться убить не стоило. Кто нас заказал?
— Ты думаешь, я тебе это скажу?
— Придётся. Иначе я буду вынужден тебя немного покалечить.
— Немного покалечить, — передразнил меня бандит и рассмеялся. — Если я тебе это скажу, меня немного убьют.
— Убить тебя и я могу, — уверенным тоном произнёс Артур. — И пока что всё идёт к тому.
— Не убьёшь, — заявил Петя как-то очень уж самоуверенно.
— Короче, ты достал! — взорвался я. — Меня из-за тебя чуть не убили, а я с тобой пытаюсь по-человечески. А оно мне надо? Не хочешь по-хорошему, будем по-плохому!
Не дав Пете толком переварить информацию, я быстро наложил на него заклятие обездвиживания, после чего воспламенил свою правую ладонь и помахал ей прямо перед носом у бандита.
— Что собираешься делать? — поинтересовался Артур.
— Пытать, — ответил я. — И за неимением утюга и паяльника, придётся выкручиваться тем, что есть.
После этих слов, я левой рукой снял с Петиной правой ноги башмак и положил свою пылающую правую ладонь ему на ступню. Лучше бы, конечно, это всё с рукой делать, но руки у пленника были за спиной. Сразу же неприятно запахло горелыми носком, кожей и мясом, а глаза у бандита увеличились так, что казалось, сейчас они выскочат из орбит. Ему было больно, но бедняга даже стонать не мог. Разве что немного скривился.
— Неплохо, — произнёс ИСБ-шник, глядя на исказившееся от боли лицо Пети, и одобряюще кивнул.
— И это только начало! — громко заявил я, убирая свою руку с ноги пленника.
После этого я выждал примерно минуту, дав Пете сполна осознать, что всё у нас будет по-взрослому. Затем слегка приморозил ему раненую ступню и немного облегчил боль. И снял с него обездвиживание.
— Ты совсем охренел, Молот⁈ — заорал на меня бандит.
Вместо ответа я наотмашь ударил его по щеке пылающей ладонью и сказал:
— Мы с Артуром хотели разыграть плохого и хорошего полицейских. Но ты вынудил нас перейти на план Б. А там нет хорошего. Там плохой и очень плохой! Даже не так. Там два очень, очень, очень плохих!
Петя тем временем сморщился, а к запаху горелой кожи добавился запах жжёных волос — с пощёчиной я заодно ещё и подпалил остатки Петиной шевелюры.
— Вы психи, — простонал бандит. — Вы больные ублюдки.
— Я рад, что ты это наконец-то понял, — сказал я. — Начинаем нормальный разговор? Или снимаем второй башмак?
— Вы не понимаете… — начал было Петя, но договорить не успел — мой огненный кулак впечатался ему прямо в зубы.
Бедняга откинулся назад, ударился головой о стену, после чего завалился набок и застонал. А мне вдруг стало страшно. Я неожиданно понял, что готов истязать Петю до тех пор, пока он не сломается. И мне не было его жалко. Ни капельки. Очень уж я был на него зол после Монте-Карло. И очень уж мне хотелось узнать, кто меня «заказал».
— Мы всё принимаем, — произнёс я, усилив огонь в ладони. — А вот ты, похоже, так и не понял ещё ничего. Но это не страшно. Скоро поймёшь. Я ведь ещё даже и не начинал с тобой серьёзно работать. Но, чувствую, придётся показать тебе всё, что я умею. Ты только главное — с ума не сойди. А то раны тебе лекари залечат, а вот если кукуха улетит, то там уже всё — пиши пропало.
— Да кто ты, вообще, такой? — простонал бандит.
— Для тебя я сегодня — боль, — ответил я, театрально оскалившись. — Долгая, мучительная, неизбежная. Постепенно сводящая с ума.
Мои слова прозвучали настолько мрачно, что даже Артур метнул на меня настороженный взгляд. Я же наклонился над Петей, посмотрел ему прямо в глаза и сказал:
— Сейчас я опять тебя обездвижу, чтобы ты не мешал мне сжигать твою ногу. Ты всё равно сломаешься. Никто не может переносить такую боль долго. Вопрос лишь в том, произойдёт это на пальцах, или после того, как сгорит ступня. А может, ты хочешь дотянуть до колена? Мне уже самому интересно, как далеко ты готов зайти.
— Ты долбанный псих, — простонал Петя Сибирский.
— Есть немного, — согласился я. — Ну что, приступим?
— Нет!
— Это был просто крик отчаяния или мы договорились сотрудничать? — уточнил я.
— Договорились.
Я еле сдержался, чтобы не улыбнуться от радости. Признаться, мне очень не хотелось пытать Петю, и в глубине души я облегчённо выдохнул. Разумеется, я пытал бы его до тех пор, пока он не начал бы говорить. Других вариантов у меня не было — информация, которую он мог мне дать, жизненно важна для меня. Но хорошо, что он взялся за ум уже сейчас. Лучше было бы сразу, конечно, но хотя бы сейчас.
— И что мешало тебе принять это мудрое решение раньше? — спросил тем временем Артур.
— Страх, — ответил бандит. — Вы просто не понимаете…
— Опять двадцать пять? — перебил я его.
— Я всё расскажу, — поспешил прояснить момент Петя. — Просто вы действительно многого не понимаете и не знаете.
— Так рассказывай — узнаем, — сказал ИСБ-шник. — Как бы для этого мы тебя сюда и привезли — чтобы узнать некоторые вещи, которые нас очень сильно волнуют. Рассказывай. Мы тебя внимательно слушаем.
— Больно говорить, — промямлил бандит.
— Хорошо, сейчас подлечу, — сказал я. — Но только губы! Ногу — после того, как поговорим.
Снять ожог с лица бандита и убрать у него болевые ощущения было несложно. Передо мной ведь не стояло задачи сделать это так, чтобы не осталось следов. За такой тонкой работой к Насте, а я могу оказать лишь неотложную помощь.